Кумыкский мир

Культура, история, современность

Род Салаватовых из Буглена

Род Салаватовых известен не только в Буглене и Буйнакском районе, они внесли заметный вклад в развитие нашей республики. Село Буглен богато своими состоявшимися людьми. Одной из ярких личностей, оставившей глубокий след в памяти бугленцев, был Муса Салаватов. Он один из первых, кто в 20 веке стоял у истоков новой жизни на пути создания колхозов и совхозов.

Родился Муса в 1895 году в семье крестьянина-середняка. В 1929 году в возрасте 34 лет вступил в ряды большевиков. В селе был заметным и уважаемым человеком. Послужной список Мусы Салаватова богат. В 1927-1930 годы являлся председателем сельсовета. В 1930 году организовал колхоз в селе Буглен и стал его первым председателем. Сохранились документы, характеризующие его как человека и работника. 1930 год, февраль. Районный исполнительный комитет Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов выдает Мусе Салаватову удостоверение о том, что он был председателем Бугленского сельского совета с 5 ноября 1927 года по 1 января 1930 года, отличался честностью, аккуратным и точным исполнением порученных ему заданий. В те далекие тридцатые годы прошлого столетия получить такую характеристику было большим признанием и доверием.

Огромное трудолюбие, обязательность во всем привело Мусу Салаватова к всеобщему уважению среди односельчан. Он был авторитетом не только в родном ауле, но и во всем Буйнакском районе.

За успехи в развитии сельского хозяйства, инициативу и смекалку в 1929 году Мусу Салаватова командируют в столицу нашей родины Москву на Всесоюзное совещание колхозников-аграриев. Ему как передовику в области сельского хозяйства была предоставлена возможность выступить с трибуны высокого совещания. Говорил Муса на своем родном кумыкском языке по существу, зажигательно.

Его выступление привлекло внимание членов президиума совещания. Михаил Иванович Калинин спросил у наркома земледелия Михаила Александровича Чернова: «Скажите, пожалуйста, не турок ли выступает сейчас с трибуны?» Не ожидавший такого вопроса Чернов, несколько опешив, этот же вопрос переадресовал Нажмутдину Самурскому - секретарю Дагестанского обкома ВКП(б). «Нет, Михаил Иванович, выступающий не турок, он кумык. Есть такая народность в Дагестане - кумыки. Эта народность входит в тюркоязычную группу, они населяют равнинную часть Республики Дагестан». «Да-а, - несколько растянуто сказал Михаил Иванович, - хорошо говорит, как настоящий оратор, видимо, умеет зажигать сердца людей. Говорит не просто хорошо, но и красиво, эмоционально, убедительно. Как я догадываюсь, и по делу, и, главное, без бумаги». Не обрывая речь, Михаил Иванович просит Михаила Александровича сделать в своем блокноте запись, в чем нуждается колхоз, которым руководит М. Салаватов.

Позднее обо всем, что происходило в президиуме совещания, Мусе Салаватову во время перерыва рассказал Нажмутдин Самурский. Муса был польщен таким вниманием высокого руководства страны.

После завершения совещания, когда он вернулся в родное село, в Буглен поступает правительственная телеграмма с радостной вестью. Михаил Александрович Чернов, уже нарком земледелия СССР, сообщает: федеративное правительство для нужд колхоза имени Тельмана Буйнакского района АССР выделило один вагон лесоматериала, радиоприемник, две автомашины полуторки и кое-что из товаров соцкультбыта». А лично Мусе Салаватову был прислан в подарок велосипед.

Из строительных материалов, поступивших из Москвы, Муса построил в селе несколько животноводческих ферм и башню для силоса. Все эти строения благополучно дожили до наших дней.

* * *

Родной брат Мусы Салаватова Закарья также был человеком активным. С мая 1920 года по февраль 1921 года служил в эскадроне Дахадаевского отряда, принимал участие в боях по ликвидации банды в Терской области. С 1921 года являлся красным партизаном, воевал в горах Дагестана против банды Гоцинского и по списку значился под номером 231. Известный в республике красный партизан Ата-Салатау выдал ему за своей подписью справку-подтверждение, что он являлся красным партизаном в горах и воевал с бандитами Гоцинского и Алиханова.

В тяжелое для страны время Великой Отечественной войны, сдав свою бронь, Закарья добровольцем уходит на фронт. Воюет вначале рядовым, позже лейтенантом. Советское командование для достижения устойчивости в оборонительных боях решило изучить немецкую тактику. В числе тех, кто был командирован в Геленджик, оказался и парторг пулеметной роты пулеметного батальона седьмой горной стрелковой дивизии восемнадцатой армии Закарья Салаватов. В январе 1942 года рота попала в окружении в районе Туапсе. 20 января по подразделениям дивизии было объявлено о предстоящем прорыве из вражеского окружения. Закарья собрал всех коммунистов, их в роте оказалось 15 человек. В 4 часа утра согласно приказу рота поднялась и пошла в атаку. Полагали, что в такой ранний час немцы еще спят, но ошиблись. Фашисты встретили наших солдат шквальным огнем, используя пушки и минометы. Одна из мин разорвалась вблизи Закарьи Салаватова. Сделав вперед еще один, теперь уже последний шаг, он упал. Так безвременно ушел из жизни храбрый и мужественный бугленец Закарья Салаватов. Более полувека лежит лейтенант Советской Армии в братской могиле у подножия древних Адыгских гор. Вечная память и слава ему.

* * *

Дочь Мусы Салаватова юная Зайнаб отличалась твердостью характера, целеустремленностью. Училась в семилетней Бугленской школе, в числе первых вступила в комсомол. Получив аттестат, по направлению РК ВЛКСМ поехала учиться в школу ФЗО фабрики III Интернационала. По ее окончании она поступила в медицинский техникум. Окончив два курса, понимает, что ей ближе педагогика.

В1941 году было введено платное обучение, и Зайнаб из-за отсутствия средств была вынуждена оставить учительский институт и вернуться в родное село. Жажда знаний и желание доводить начатое до логического конца не давали девушке покоя. Зайнаб экстерном оканчивает 1-е Дагестанское педагогическое училище в Буйнакске.

В тяжелые военные годы Зайнаб Мусаевна работает учителем, затем директором родной Бугленской школы. Именно в годы войны, когда в селе практически не оставалось мужчин, в ней проявились качества руководителя. Во все времена сельская школа не только давала знания, но и духовно поддерживала жителей села. Зайнаб Мусаевна была источником духовности. Работая в школе, она вела кропотливую ежедневную работу по просвещению и культуре своих односельчан. Сколько сил, энергии, времени она отдавала любимой работе! Сколько сил, энергии было посвящено бугленской детворе по расширению их кругозора!

Рядом с Зайнаб Мусаевной шел по жизни известный в республике человек, ее муж Салаутдин Джалилов - участник Великой Отечественной войны, заслуженный учитель профтехобразования РСФСР.

Инициативная, старательная Зайнаб Мусаевна должность инструктора Буйнакского РК КПСС сменила на должность ответственного секретаря газеты «Колхозчу». Затем она работала директором Буйнакского интерната горянок, заведующей культпросветотделом Бабаюртовсюго райисполкома, Буйнаскского исполкома. Трудилась Зайнаб в Карабудахкентском и Кизилюртовском РК КПСС заведующей женотделом. С 1953 по 1955 год она - слушатель областной партийной школы. Все передвижения по работе были связаны с семейными обстоятельствами, с назначением Салутдина Джалилова на новую работу. За весь предшествующий период работы в разных районах республики она накопила большой опыт общения с людьми. В Махачкале ей предложили новую работу, вначале инструктором, а затем заведующей женотделом махачкалинского Горкома КПСС.

Зайнаб Мусаевна считала себя вечной студенткой. Всю сознательную жизнь она занималась самообразованием, открывала для себя что-то новое, неизведанное. Ее интересовали исторические науки, и она сделала свой выбор. Окончив исторический факультет Дагестанского государственного университета, не ограничилась этим, поступила в заочную аспирантуру и защитила кандидатскую диссертацию. Годы работы на разных партийных и советских должностях повлияли на ее творческий и научный потенциал. Постоянная занятость, напряженный ритм работы не лишили ее красоты, женственности, обаяния. Одна из двух ее любимых дочерей Роза пошла по стопам мамы. Она тоже стала заниматься наукой, кандидат технологических наук. Для нее пример мамы явился источником познания, жизнелюбия. Зайнаб Мусаевна была счастлива в семье, она вырастила достойных детей и не потеряла себя, она состоялась. Она блестяще справлялась на любом участке работы, который ей поручали. Зайнаб Мусаевна бережно и с любовью относилась к своим внукам и не уставала повторять, что только знания - главный фундамент, на который дети должны опираться. Сегодня, к сожалению, нет с нами Зайнаб Мусаевны, но тот положительный пример собственного поведения передался всем внукам и внучкам. Ей удалось воспитать достойных детей славного рода Салаватовых и Джалиловых, и это делало ее счастливой до последних дней жизни.

* * *

Возьмите себе весь мир, а Буглен оставьте мне. Эта фраза, высказанная Магомед-Рашадом Мусаевичем Салаватовым, на всю жизнь запала мне в душу. И еще он сказал: «Если бы над Бугленом повисло огромное солнце, освещающее село днем и ночью, то Москву бы перенесли в Буглен». Магомед-Рашад Мусаевич был очень привязан к своему селу, односельчанам, родственникам, любил свою малую Родину безраздельно и мечтал, уйдя на пенсию, жить в Буглене.

Магомед-Рашад не был тщеславным человеком. Все, чего он достиг в жизни - это плод упорного, кропотливого труда над собой. Самосовершенствование было главным кредо его жизни.

В 1960 году он уже сформировался как партийный работник. Его карьера была связана с нелегкой партийной работой - на ниве пропаганды и агитации. В десять лет он потерял отца и жил с матерью. Отношение сына к матери было трепетным. Он проявлял невероятную заботу о ней, ухаживал, любил большой сыновьей любовью, а она, его мама Ажам, была привязана к сыну.

Сестры, родственники Магомед-Рашада пытались убедить подростка в необходимости продолжить учебу. Спустя годы он часто вспоминал об этом, помнил добрые намерения близких ему людей, но не мог оставить маму без внимания и заботы и всю жизнь проучился без отрыва от работы. Магомед-Рашад достиг в жизни многого: создал семью, вырастил трех сыновей и дочь, построил дом, посадил сад. Прожив всего 70 лет, он успел быть и стать учителем, партийным деятелем, журналистом, ученым, профессором, заведующим кафедрой. Все 70 лет своей жизни он был примером в жизни не только для своих односельчан и родственников.

Не всегда жизнь его была гладкой, были и ухабы. В 1939 году, окончив школу, он поступает в техникум советской торговли в Буйнакске. Введение платного обучения не позволило ему продлить обучение. Юноше пришлось работать трактористом, комбайнером в Буйнакском МТС. Спустя годы ему удается окончить десятимесячные курсы по подготовке учителей семилетней школы при Первом Дагестанском педучилище. По окончании курсов был направлен учителем в Бугленскую семилетнюю школу, работал завучем и директором.

Это был трудный военный 1944 год, когда практически все учителя-мужчины были в армии, а он, оставшись в тылу, учил и воспитывал молодежь. Как перспективного и инициативного работника его выдвигают на партийную работу на должность зав. отделом пропаганды и агитации Буйнакского РК КПСС, зав. отделом пропаганды и агитации окружкома партии. Первая ступень на пути в большую журналистику пришла, когда он стал корреспондентом газеты «Дагестанская правда» по Буйнакскому району. На страницах «Дагестанской правды» он выступал с содержательными статьями по вопросам экономики и культуры, смело критиковал недостатки в деятельности предприятий, учреждений города и района. В 1956 году Магомеда-Рашада Салаватова избирают секретарем Буйнакского горкома КПСС, а в декабре 1957 года утверждают редактором Буйнакской городской газеты «Коммунист». На новом месте работы Магомед-Рашад серьезно вникает в жизнь городской партийной организации, систематически выступает перед горожанами с лекциями и докладами. Все эти годы он работает над собой, и в 1955 году заканчивает исторический факультет Дагестанского педагогического института, а в 1957 - завершает учебу в Высшей партийной школе при ЦК КПСС.

«Жизнь торопится, - говорил он, - несколько опережая науку. Она остается лишь частичкой этой жизни». А ему хотелось, чтобы наука была не сама по себе (для науки), а применялась в повседневной жизни. Мечта о большой науке, желание достичь чего-то большего привели его в декабре 1962 года в аспирантуру Азербайджанского госуниверситета для целевой подготовки по специальности философия.

В сентябре 1964 г, досрочно окончив аспирантуру, он возвращается в ДГУ старшим преподавателем, а затем избирается доцентом кафедры, профессором. Своим честным и принципиальным подходом к делу, инициативностью в работе сникал особо уважительное отношение к себе как среди преподавателей, так и студентов.

Успешно окончив аспирантуру, он не останавливается на достигнутом, публикует научные статьи, выступает на научно-практических конференциях. Наука полностью поглощает его. Он начинает работать над докторской диссертацией, выбрав для этого очень интересную и неразработанную тему из истории общественно-политической жизни народов Северного Кавказа.

Вскоре М.-Р. Салаватов был зачислен слушателем Института повышения квалификации преподавателей общественных наук при Московском государственном университете. Учеба совмещалась с научной работой и в 1970 году М.-Р. Салаватов успешно защищает докторскую диссертацию.

Помимо педагогической и большой научно-исследовательской работы он принимает активное участие в общественной жизни университета. Продолжительное время редактировал многотиражную газету «Дагестанский университет», являлся внештатным лектором обкома партии, членом общества «Знание». Он часто выступал с лекциями пред трудящимися республики.

Приказом министра высшего и среднего образования РСФСР Магомед-Рашад был утвержден заведующим кафедрой научного коммунизма ДГУ. Им опубликовано более 40 работ.

В 1994 году решением общего собрания Академии М.-Р. Салаватов избирается действительным членом Академии наук.

... Ничто не предвещало трагедии. В расцвете творческих сил, полный замыслов и идей, он неожиданно для всех уходит из жизни. Внезапная смерть потрясла родных и родственников, всех, кто знал и любил его... 15 лет минуло с того трагического дня. Боль родных и близких не утихает, а для людей, знавших М.-Р. Салаватова, он остается символом света и добра, примером бескорыстного служения людям и науке.


«Ёлдаш/Времена», 27-07-2012

Размещено: 04.08.2012 | Просмотров: 3692 | Комментарии: 3

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Bammathanoff оставил комментарий 22.08.2012, 23:30
Comment
С согласия А.Коркмасова, привожу выдержку из переписки относительно данной статьи с очень существенными историческими уточнениями:
"Занятная статья с имеющимися вымыслами и грубыми историческими недочетами.
Речь идет о том абзаце ( первая колонка), где говорится о том, что КАЛИНИНУ пришлось разъяснять, что Салаватов не турок, а КУМЫК.
Это - то, что можно списать просто на обывательскую байку, но,тем не менее, отравляющую сознание кумыков, результат длительного пропагандисткого зомбирования и, как мне кажется, сегодня достаточно безответственного отношения к истории, в которой недопустимы вымыслы и всякого рода огульности....в противном случае мы продолжаем способствовать чему угодно, но не самосознанию нации.
Во-первых, КАЛИНИН неоднократно бывал в Дагестане(почему то его поездку всегда связывают лишь с открытием КОРА).
В 1923 г. он , кстати проехался от Москвы до Буйнакска и его репортаж ( по населенным пунктам) широко освещался в прессе.
Он побывал в Кумторкале, Буглене, Н. Казанищах и т.д. Очень подробно была описана его поездка по КУМЫКИИ.
Во-вторых, Калинину, непосредственно работавшему с Коркмасовым, так же как он сам заседавшего ( начиная с 1920 г.) в Президиумах Всесоюзных съездов, а потом и работавшего ( с 1931 по 1937 г.) с ним, как зам.секретаря Сов. Наца, не было необходимости разъяснять о том " что - де есть такая национальность - кумыки"....
Калинин , кстати, и сам мог изъясняться на тюркском.
Через него, как пред. ЦИК СССР, проходила вся документация и выносились окончательные решения связанные, в частности, с латинизацией письменности.
Начиная с 1922 г... КУМЫКСКИЙ, согласно перечня тюркоязычных народов в СССР, всегда рядом с Азербайджанским, Татарским за которыми следовали все остальные. Тюркско- Кумыкский с 1922 г. один из 6 ГОСУДАРСТВЕННЫХ ЯЗЫКОВ В СССР.
Как видно из статьи, САЛАВАТОВ на совещание в Москву был направлен в 1929 г.
Как следует из повествования этой части статьи, КАЛИНИН ЗАДАЛСЯ ВОПРОСОМ О ЕГО НАЦ. ПРИНАДЛЕЖНОСТИ- "Не турок ли?"( что тоже абсурд, так как по протоколу слово предоставлялось Салаватову из Дагестана) и записку адресовали находящемуся в Президиуме съезда СЕКРЕТАРЮ ДАГЕСТАНСКОГО ОБКОМА САМУРСКОМУ, который - де и разъяснил, что к чему, что ЕСТЬ ТАКАЯ НАЦИОНАЛЬНОСТЬ - КУМЫКИ), а потом пересказал об этом самому М. Салаватову.

Если подобное и имело место в истории, то происходить это при описанных обстоятельствах не могло, так как:

а) САМУРСКИЙ, как известно, в 1929 г. секретарем обкома в Дагестане не работал.
В 1928 г. на Пленуме Обкома, " за систематическое СКЛОЧНИЧЕСТВО " он был освобожден от работы и из Дагестана удален.
б) до 1928 г. он ни одного дня Секретарем Даг. Обкома не являлся ( ими были: Буйнакский, Коркмасов, Коробкин, Хавинсон, Полешко, И. Алиев, М. Далгат.... далее с 1928 г. Грановский, Муравьев, Цехер..)
в) в качестве такового он был навязан Дагестану Джугашвили в 1934 г.
г) если же в 1929 г. Самурский действительно присутствовал на данном Совещании в Москве, то это ( возможно) и могло иметь место т.к. в то время он работал в Тресте Овцепрома, находящегося в ведении ЭКОСО РСФСР.

БОЛЕЕ ТОГО ( относительно "удивления Калинина и "разъяснений" Самурского), с 1922 г. ТЮРКСКИЙ в СССР ( у истоков образования которого стоял кумык Д. Коркмасов, в составе делегации Особ.уполномоч. от РСФСР ведшего переговоры с делегациями независимых сов.Республик; Украины, Белоруссии, ЗСФСР о выработке Союзгого Договора и Декларации образования Союза) стал одним из 6 Гос. языков, а с 7 августа 1929 г. в качестве такого стал государственным на латинской графике.
САЛАВАТОВ ( что в статье преподносится как нечто необычное) таким образом, на Совещании, всего лишь, как и положено, свой доклад делал на одном из Государственных языков в СССР т.е. тюркско-кумыкском!!!!

ДЛЯ СВЕДЕНИЯ: с известного времени в дагестанской литературе ( отметим преднамеренно со времен 1937 г. в разрезе вакханалии сталинского антитюркизма) была навязана некая, прибедняющая кумыков, байка о том, что " ЕСТЬ - ДЕ ТАКОЙ НАРОД- КУМЫКИ" , где-то кто-то слышал... Это чушь, не имеющая ничего общего с историей. Это преднамеренная (построенная на "безобидном" приручении постоянным принижением его значения малоизвестностью и убогостью, вопреки его историческому значению и роли, как минимум в данном в регионе СССР, во взамосвязи с другими тюркоязычными народами страны и на ближнем Востоке)

История КУМЫКОВ, их язык и выдающиеся представители ( память о которых попытались предать забвению или исказить длительной "переодизацией", затеянной после 1937 г. постороенной на засекречивании архивов и изъятии литературы) были очень хорошо известны во всем мире и особенно на Востоке ( тем более советскому руководству, очень благодарного ( до 1937 г.) за то содействие, которое кумыки оказали в борьбе против Антанты, обеспечивавшие смычку с революционной Турцией в годы борьбы и во всей последующей жизнедеятельности...НЕ ГОВОРЯ УЖЕ о таком историческом событии , как ведении переговоров и подписании Первого международного договора о ДРУЖБЕ между СССР и Турцией, осуществленного главой правительства Дагестана и чл. правительства страны - КУМЫКОМ Д.КОРКМАСОВЫМ.
И, особенно в развитии ( 1922 по 1937 г.) латинизации письменности, сыгравшее выдающуюся роль и значении в СССР и за его пределами.

P. S.

К этим пояснениям я счел нужным прибегнуть лишь в той связи, что в кажущейся безобидности трактовок, имеющихся в статье, усмотрел не только деформацию содержания в повествовании событий и обстоятельств , но и главное, как отмечалось выше, НЕОБХОДИМОСТЬ не расслабляться и решительно способствовать изжитию ( а не способствовать таким вот преподношением обывателю) длительно навязывавшихся и потому укоренившихся с 1937 г. " упрощений", фактически уводящих читателей от истинного познания ( манипулируя вкраплениями, как бы неприметных на первый взгляд, деталей) подлинного развития событий и самой исторической действительности, что на деле существенно ( негативно) отражалось на сознании ( деформированием) нации.

С ув. А.К.
БУЛ оставил комментарий 23.08.2012, 11:01
Comment
Травля КУМЫКОВ была спланирована продажными коммунягами.Они не могли вынести того,что в ДАГЕСТАНЕ говорили на КУМЫКСКОМ языке.(это одна из основных причин).Самое подлое наследство от коммуняг это месть за добро,за авторитет КУМЫКОВ.Мы уже по плану должны были забыть все свои корни ,язык,культуру и т. д.И даже активнейшее участие в ВОВ не остановила антикумыкских идеологов.
Им многое удалось,но самого главного не добились.Основной удар от пропаганды вонючей пришёлся на КУМЫКОВ,НОГАЙЦЕВ,как тюркоязычных народов.Вот этот цирк о том,что кто-то объяснял этому старому пердуну кто такие КУМЫКИ просто тупость.О КУМЫКАХ знали тогда не меньше чем о грузинах.
Kadiev оставил комментарий 12.10.2012, 17:45
Comment
На сколько мне известно Разия Исаевна, ещё в 1997 году опубликовала документы по репрессиям 30-х годов, было бы не плохо опубликовать их в "Кумыкском мире". Я очень хотел бы попросить об этом Бамматханова, в надежде, что у Вас как у историка они (документы) имеются. С ув. Саид Кадиев

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.