Кумыкский мир

Культура, история, современность

Расцвет и упадок Туманского (Тюменского) княжества

Глава из книги «Кизляр-наме»

Говоря об общей истории кумыков и формировании кумыкского народа, необходимо обратить внимание и на работу Джамалутдина-хаджи, сына Мамы из Карабудахкента, «История Кавказа и села Карабудахкент».

Она написана между 1917-1926 гг. Рассматривая факты, освещающие древний период жизни кумыков, Джамалутдин-хаджи писал: «Большую часть кумыкского племени (тайфа) притесняли, и их считали Исраилевым потомством (Бану Исраил), появившимся во времена пророка Мусы»[1]. Для нас важен сам факт, что Джамалутдин-хаджи считает кумыков древним народом и находит для этого подтверждения, хотя бы и религиозного характера. Но в основном он прав, так как и исторические материалы подтверждают его слова. Обращает на себя внимание еще одно обстоятельство - этимология названий рек Терек и Кубань. Он пишет: «Дети Тары (Тара), происходившего от детей Яфиса, а также Кумари, происходившего из потомства Яфиса, обитали на берегах реки Кубань (Кобан). В более поздние годы, изменяясь в языках, в настоящее время название Тара превратилось в Терек, а название Кумари - в Кубань. В основе эти реки назывались Тара и Кумари»[2].

Никто из исследователей и путешественников не пытался обосновать этимологию названия этих рек. Нам же представляется название реки Терек немного иначе. На всем протяжении реки Терек росли леса, местами дремучие. С ударением на первом слоге - Терек - это название реки, т. е. русское название, а кумыкское название произносится без выделения слога, как и во всех тюркских наречиях. Поэтому нам представляется правомерным считать, что название этой реки идёт от тюркского слова терек - «дерево», так как на Северном Кавказе почти все известные местности, особенно на равнинных районах, названы тюркскими словами, и это по той простой причине, что здесь издревле жили тюрки.

Разгадкой тайны названия реки Терек занимались не только мы, этим вопросом интересовались многие и давно. Профессор Мурад Аджи - один из них. Он по специальности географ. На волнующий его вопрос, почему эту буйную реку назвали Терек, он нашел такое объяснение у одного древнего путешественника: «Входите вы в старый буковый участок леса, вас сразу охватывает какая-то сырость и темнота. Громадные буки стоят, заслонив небо непроницаемым пологом и не допуская солнечные лучи...» И далее Мурад Аджи пишет: «Буковые леса чередовались с ореховыми рощами. Отсюда Терек - «Лесная река»[3]. Первоначально название реки было, как и подложено у тюрков-кумыков, Терек-сув, как и Акъ сув - Аксай - «Белая вода», Ярыкь-сув - «Светлая вода» и другие подобные речки. С течением времени слово сув («вода-река») у других народов перестали говорить. Кумыки и теперь говорят Терексув. Такова история названия реки Терек.

Отвечая на вопрос, куда же подевались эти огромные пойменные леса, Мурад Аджи пишет: «Вырубили, оказывается, те леса, с которыми связаны поколения кумыков. Все под топор пустили. Это была военная операция по колонизации Кавказа, чтобы не прятались... Словом, озер, лиманов, плавней, где охотился Печорин, нет - исчезли. Другая началась жизнь, а старая все равно продолжалась. Народ, даже завоеванный, не умирал»[4]. Такие леса обычно росли по правому берегу Терека, где река далеко отходила от высокого берега, образуя большие илистые поля, ежегодно заливаемые на время в период разлива Терека. Эти леса населяли большое количество животных и птиц. Это были идеальные места для охоты. Они же и скрывали людей в моменты опасности или войн. Они были убежищами для людей в безвыходном положении. Вот почему вырубили и извели эти леса русские солдаты. Об этом и говорит профессор Мурад Аджи. Где сейчас с. Киевское (Астемир-юрт. - А. Д.), в свое время был такой лес. Постепенно его вывели в целях безопасности. Но все же там небольшой лес сохранился и до наших дней. Возможно, там и охотились герои Лермонтова, о которых мы пишем далее.

На вопрос, почему так много народностей на Северном Кавказе, Джамалутдин-хаджи пишет: «По причине того, что Кавказские горы с самого своего зарождения являются по своей природе местом весьма прочным и удивительно укрепленным и здесь имеются огромные естественные утесы, сюда, на Кавказ, переселились народы разнородного происхождения и с разными языками. Они переселились сюда еще до рождения пророка Мусы и после рождения пророка Мусы, вплоть до времени появления мусульманства. И каждое из племен сохранило и не потеряло свои языки. Поэтому на Кавказе стало множество языков, так что одно соседнее село не понимает язык другого соседнего села»[5]. И он отдельно говорит о кумыках: «Кумыкское племя - из числа переселившихся на Кавказ, происходит от восточных тюрков. Дата их переселения - 75-й год по христианскому летосчислению»[6]. Хотя Джамалутдин-хаджи и не ссылается на кого-нибудь, на какие-то источники, но его утверждения совпадают с современной научной мыслью о формировании кумыкской народности.

Все факты, о которых мы писали раньше, и доводы Джамалутдина-хаджи дают нам основание утверждать, что кумыки на Северном Кавказе являются аборигенами - одной из основных народностей этого региона и, постоянно живя и находясь на равнинных районах и предгорьях Северного Кавказа, всегда претерпевали влияния пришлых родственных тюркоязычных племен и народов. Особенно велико было это влияние со стороны тюрок-кыпчаков в духовном, моральном и языковом отношении. Оно было настолько сильным, что кыпчаки и кумыки как бы слились вместе и стали одним народом. Об этом говорят многие факты. Равнины Северного Кавказа всегда были ареной больших драматических событий, которые предопределили судьбу кумыкского народа. Как утверждают И.И. Пантюхов и другие исследователи, тюрки-кумыки составляли большинство на Северном Кавказе, их численность исчислялась миллионами, не считая казаков. Как утверждают исследователи, на старокумыкском языке говорили и писали почти все жители Хазарского каганата, а потом и Золотой Орды. На сегодняшний день кумыки - один из малочисленных народов в этом регионе, и это следствие различных трагических обстоятельств и захватнической политики царской России, о чем красноречиво говорят исторические документы и факты. Чтобы это понять, приведем результаты и выводы исследования «История народов Северного Кавказа с древнейших времен и до конца XVIII в.», где дана характеристика Туманского княжества, хотя и названного по-другому: «Одним из крупнейших городов того времени на Северном Кавказе был Маджары (Мажар), который располагался на берегах реки Кума у впадения в нее речки Мокрый Буйвол (перевод неверный, должно быть Гамиш сув - «Буйволиная речка». - А. Д.). В настоящее время большая часть его территории занята г. Буденновском Ставропольского края... Общая протяженность его достигала 5 км, а площадь - 8 кв. км»[7]. И далее: «По словам Ибн-Баттуты (XIV в.), Маджары - «город большой, один из лучших тюркских городов, на большой реке с садами. И здесь же внимание привлекали большой базар, крупная соборная мечеть и другие общественные здания. По данным археологии и письменных источников более позднего времени, в городе выявлены остатки ремесленных мастерских и водопровода, снабжающего население водой по глиняным трубам. Маджары имели сложную планировку, характерную для золотоордынских городов с довольно сложной социальной структурой. Они состояли из аристократического и торгово-ремесленного районов, кварталов социальных низов, крупного городского кладбища и сельскохозяйственного пригорода. О важном политическом и экономическом значении Маджар свидетельствует также тот факт, что в XIV в. там чеканились монеты». Но в княжестве был не один город. Был еще и Малый Маджар (Гиччи Мажар) так же, как и Большой Маджар. Л. И. Лавров пишет: «Город Буденновск (бывший Подкумск). Фрагмент мраморной плиты, найденной в 1966 г. А. П. Руничем на Кирках (городище Маджары) на правом берегу р. Кума в 600 м к северо-востоку от артезианского колодца совхоза «Прикумский». Прорисовки, арабский текст и перевод изданы Э. В. Ртваладзе». «...Джанибек-хан, да продлит Аллах его правление». Относится ко времени правления золотоордынского хана Джанибека, т. е. к 1339-1357 гг.[8] И далее там же читаем: «В золотоордынские времена на месте селища Нижний Джулат, возникшего еще в первых веках нашей эры, появился город. Он находился на правом берегу р. Терек близ Майска в Кабардино-Балкарии. Он также имел сложную планировку, доставшуюся от предмонгольского периода.

В Нижнем Джулате отчетливо выделяется цитадель, укрепленная с наиболее уязвимых сторон глубокими рвами и земляными валами, а в золотоордынское время - и мощной саманной стеной. В XIV в. цитадель Нижний Джулат являлась административным и религиозным центром города. Здесь археологами были открыты остатки крупнейшей на Северном Кавказе соборной мечети того периода, построенной из квадратных кирпичей; площадь ее достигала 426 кв. м. Свод мечети поддерживался 48 колоннами, стоящими в четыре ряда. Под полом мечети находится подземный склеп-мавзолей с арочными стенами и восьмиугольным потолком. Там было погребено несколько знатных людей. Во внешнем облике погребенных антропологами прослежены явные признаки смешения монголоидов с европеоидами. К цитадели Нижний Джулат примыкал посад, защищенный лишь неглубоким рвом и земляным валом. Судя по многочисленным остаткам производственной деятельности и другим признакам, посад города, очевидно, был заселен ремесленниками, рядовыми воинами, крестьянами. К югу от посада располагалось городское кладбище, а к востоку от него - обширное, совершенно не защищенное поселение простых земледельцев и скотоводов». Но на этом описание княжества не заканчивается. Есть и третий город-крепость: «Третьим крупным городом золотоордынского времени являлся Верхний Джулат, или Татартюп («Татарский стан» - вернее «Татарская основа» или «Основа татар» - А. Д.»). Он располагался на обоих берегах р. Терек близ современного с. Эльхотово (Ял хот по-кумыкски. - А. Д.) в Северной Осетии.

При раскопках Татартюпа выявлены остатки трех мусульманских кирпичных мечетей, трех христианских церквей, булыжная мостовая на городской площади и другие объекты золотоордынского времени. Площадь города достигала 3 кв. км». Турецкий путешественник середины XVII в. Эвлия Челеби писал о развалинах Татартюпа: «Видны остатки древних зданий... На дверях сохранились надписи и даты... Когда смотришь на этот город с высоты, то видишь 800 старых зданий. По этим развалинам можно судить, что с древности эти здания красились в разные цвета».

Эвлия Челеби, обосновывая свои данные на фактах, приводимых Шериф-ханом и Мирхондом, указывает, что «в древние времена столицей падишахов (шаухалов) Дагестана был именно (этот) город» (то есть Джулат, Татар-и-Шехир).

Историк Темирлана Низамиддин Шами (XIV в.) в «Зафар-наме» («Сапар-наме». - А. Д.) описывает «лесистую Бораганскую землю (страну)» на Северном Кавказе. Это примечательно. Все эти факты подтверждают, что кумыкское государство располагалось от Пятигорья и до Дербента и было ликвидировано царской Россией в XVII-XX вв.

О Татартюпе писал не только Эвлия Челеби, но и великий русский поэт А.С. Пушкин: «Справа сиял снежный Кавказ; впереди возвышалась огромная гора, за нею находилась крепость, кругом видны следы разоренного аула, называвшегося Татартюпом и бывшего некогда главным в Большой Кабарде. Легкий одинокий минарет свидетельствует о бытии исчезнувшего селения. Он стройно возвышается между грудами камней, на берегу иссохшего потока. Внутренняя лестница еще не обрушилась. Я взобрался по ней на площадку, с которой уже не раздается голос муллы... Мы встретили еще курганы, еще развалины. Два, три надгробных памятника стояло на краю дороги. Там, по обычаям черкесов, похоронены их наездники[9]. (Зачастую кумыков называли черкесами, видимо, имея в виду то, что и черкесы в основе своей были тюрками.) Татарская надпись, изображение шашки, танга, иссеченные на камне, оставлены хищным внукам в память о хищном предке. Черкесы ненавидят нас. Мы вытеснили их из привольных пастбищ, аулы их разорены, целые племена уничтожены. Они час от часу далее углубляются в горы и оттуда направляют свои набеги. Дружба мирных черкесов ненадежна: они всегда готовы помочь буйным своим соплеменникам»[10]. Великий поэт не только описывал древний разрушенный минарет, он еще указал на тех, кто это сделал - царское самодержавие. Это ли не геноцид. Пожар войны, зажженный тогда, не затухает и по сей день.

Но значение этих городов еще больше вырисовывается из следующего описания, данного в «Истории народов Северного Кавказа...»: «О выдающемся значении Верхнего Джулата (Татартюпа) в средневековой истории народов центрального Кавказа говорит и то, что до недавнего времени его развалины являлись местом особого почитания и суеверного поклонения осетин, кабардинцев, балкарцев, ногайцев. (Это был зиярат - святое место, где похоронен святой человек, а под ногайцами надо понимать кумыков, так как тут жили они. - А. Д.). И еще один документ о Нижнем Джулате: «Поселок Майский КБАССР. В 1947 г. в Государственный исторический музей в Москве поступило от Е. И. Крупнова кусок каменного фрагмента с надписью, обнаруженной на городище Нижний Джулат и содержащей одно слово - Аллах. Е. И. Крупнов относит его к XIV в.»[11].

И далее: «Татартюп и Нижний Джулат, как и некоторые другие городища центрального Кавказа, содержали слои золотоордынского времени (Хамидиевское, Терекское и т. д.)». (По нашему мнению, это ошибочное утверждение. Надо говорить не о слое золотоордынском, а о том, что все это создано именно тюркскими народами. Ни одного слова в топонимичских названиях из других кавказских языков там не встречается. - А. Д.). Эти города возникли и развивались на территории с весьма высоким уровнем развития сельского хозяйства и животноводства. При раскопках этих городищ обнаружено огромное количество костей животных, главным образом крупного рогатого скота, и множество зерновых ям с остатками проса и пшеницы. Особенно крупными были ямы зернохранилища XIV в., выявленные в Нижнем Джулате. Этот богатый земледельческий и скотоводческий район, в пределах которого располагались названные городища бассейна среднего течения р. Терек, известен в средневековых письменных источниках как «область Джулат», именно в этой области и «запаслась провизией из тамошних зерновых продуктов» 200-тысячная армия Тимура накануне решительного сражения с Тохтамышем на р. Терек в 1395 г.

Выгодное географическое положение Маджар, Татартюпа и Нижнего Джулата в окружении богатых земледельческих и скотоводческих районов, высокий уровень развития ремесел (металлургия и металлообработка, ювелирное дело, керамическое производство, обработка кожи, ткачество и т. д.) наряду с некоторыми другими факторами способствовали развитию широких торговых связей этих городов. Значительной была их роль и как транзитных или перевалочных пунктов. Судя по многочисленным находкам монет и различных импортных предметов, особенно интенсивную торговлю вел город Маджар.

Торговля велась не только с соседними народами Северного Кавказа и другими городами Золотой Орды, но и со Средней Азией, с Закавказьем, Италией, Испанией, Ираном, Китаем, Индией. Главным образом ввозились предметы роскоши, пряности, стеклянная посуда, определенные виды наливной керамики, китайские зеркала, изделия из фаянса и янтаря и т. д.

Ввозились некоторые виды товаров, производства местных ремесленников, продукты земледелия и скотоводства. Широкий размах получила работорговля, развитие которой было связано с постоянными войнами и грабительскими походами золотоордынских ханов, а также с деятельностью генуэзских колоний, развернувших интенсивную скупку и перепродажу невольников... Чем же торговали генуэзцы на Северном Кавказе? Главным образом они ввозили итальянское сукно, бакасины, букаран (легкая драгоценная ткань), хлопчатобумажные и бархатные ткани, парчу, ковры, хлопок-сырец, венецианское стекло, мыло, ладан, клинки сабель (с вытисненными на них надписями, гербами и рисунками), соль, рис, горчицу, имбирь и некоторые утонченные пряности. Вывозились в основном сушеная и соленая рыба, лисьи, куньи и прочие меха, хлеб, воск, а также мед, икра, вино, фрукты, дерево (самшит и иные сорта), кожи и др.

Особенно широкий размах получила работорговля, основным источником которой являлись военные набеги татарских ханов и местных князей. Известны случаи, когда сами генуэзцы захватывали пленных для продажи. Большинство рабов, продаваемых итальянскими купцами в другие страны, состояло из кипчаков, адыгов, абхазов, дагестанцев и иных кавказцев.

Определенная часть невольников оставалась в причерноморских колониях. Но главным образом они продавались в мусульманские страны, преимущественно в Египет, где многие мужчины становились воинами-мамлюками в гвардии султана. (Мамлюки, а потом и султаны Египта Бейбарс и Калавун были из числа этих самых рабов. — А. Д.) Очень много рабов вывозилось и в Европу. Так, по письменным сведениям от 1368 г., число рабов, доставляемых из Северного и Восточного Причерноморья в Италию настолько возросло, что там стали опасаться их восстания, поэтому многих невольников начали перепродавать в другие страны. «Интенсивная работорговля, наложившая определенный отпечаток на процессы социально-экономического и этнического развития Северного Кавказа, имела место и на протяжении последующих столетий позднего средневековья»[12]. И это было одной из основных причин резкого уменьшения количества кумыкского населения Туманского княжества[13].

Такое большое и обстоятельное описание Туманского (Тюменского) княжества, нам представляется, было необходимо дать, чтобы ясно представить общую картину жизни этого тюркского, т. е. кумыкского, княжества. То было огромное княжество и жизнь там, как видим, шла очень интенсивная. Но продолжалась она до второй половины XIV в., т. е. до появления на Северном Кавказе Темирлана (Аксак Темира), который расшатал основы Золотой Орды и поставил ее на грань распада. Это произошло в 1395 г., когда на берегу буйного Терека сошлись в смертельной схватке два тюркских войска - золотоордынского хана Тохтамыша и среднеазиатского полководца-захватчика Темирлана, который вел за собой 200-тысячную армию среднеазиатских тюрок и других племен. В этой решающей битве армия Тохтамыша потерпела поражение на территории Туманского (Тюменского) княжества. Из исторических источников известно, что на стороне Тохтамыша против Темирлана сражались воины черкесского рода, отчаянно защищая свой «черкесский улус». Это был тюркский улус. Тохтамыш с остатками своей армии скрылся в Булгарии, а воины Темирлана начали грабить местное население. Мужчин и молодых женщин, кто сопротивлялся, изрубили, а остальных забрали в рабство, села и города разрушили, разграбили, скот угнали, поля растоптали. Забрали всех мастеров, ремесленников, оружейников, строителей. После этого везде были слышны только плач и причитания и вой шакалов и волков. К туманам, которые постоянно стояли над речками и лесами княжества, прибавился черный дым пожарищ, пылающих почти во всех селищах княжества.

Это было начало заката Туманского (Тюменского) княжества. Только через несколько лет княжество начало оживать, но это было уже похоже не на выздоровление больного, а на зализывание ран инвалида, так как бубонная чума, черная смерть, которая почти 60 лет, с 30-х по 90-е годы, косила Золотую Орду и, конечно, княжество Туман (Тюмен), обезлюдила села и города. Люди не знали, где от нее скрыться. Золотая Орда и княжество Туман были похожи на огромное кладбище. Села и города, начиная с Капкай кента, Татартюпа, Верхнего и Нижнего Джулата, Малгобекских селищ до Большого и Малого Маджара оказались почти опустевшими.

Оставшиеся в живых люди искали прибежище и укрытие. Из разных мест они собирались в более или менее сохранившиеся населённые пункты и там начинали новую жизнь или пытались начать, так как многие, не выдержав, шли куда глаза глядят. Десятилетиями пустовали эти населенные пункты, так как прежние жители уже никогда не могли там жить, да и не было столько людей. И поэтому горские народы переселялись в эти пустующие села, деревни и города, селились там, где желали, так как больше некому было хозяйничать в этих местах. Еще больше была разорена и опустошена та часть Туманского княжества, которая располагалась между реками Терек и Кума, так как на той территории в основном проходили большие сражения между Тохтамышем и Аксак Темиром.

Бубонная чума имела глобальные масштабы и катастрофические последствия: она унесла, по данным различных исследователей, от 30 до 40 миллионов человеческих жизней. На этот счет есть различные мнения, но ясно одно: это событие в корне изменило всю жизнь людей на Северном Кавказе и в Европе. Ко всему этому прибавилась еще и смертельная война между двумя сильнейшими тюркскими полководцами - Аксак Темиром и Тохтамышем. В результате всего этого в начале XV в. численность населения территории между Тереком и Кумой составляла 10,000 крестьянских семей и 1,500 узденских - всего около 11-12 тысяч дворов. А в другой части Туманского княжества, по правому берегу Терека, в живых осталось около 1000 семей. Целые населенные пункты остались опустошенными. Каким-то чудом пережившие эти потрясения люди (тюрки-кумыки) поодиночке и группами собирались в аулах и селах по правому берегу Терека, селились по берегу, ставили новые поселения-аулы из плетеных домов или врытых в землю подвалов (теле) и жили в них. Видимо, тогда и появилась поговорка-пожелание, которую у нас до сих пор знает каждый кумык: Гелгинчи онгсун - «Переселившийся (приезжий) пусть возродится».

Таким образом, из огромного количества поселений и жителей Туманского княжества сохранилось: по правому берегу несколько сел и деревень, такие, как Бораган юрт, Баммат юрт, Туман юрт, Магамет кала, Булгар юрт (в 10 километрах к западу от села Кизляр) и другие поселения; по левому берегу Терека и до Кумы такие города, как Уллу Мажар (Большой Маджар), Гиччи Мажар (Маленький Маджар); Верхний и Нижний Джулат на границе Кабарды по Тереку, села и аулы той территории были разрушены войной. Тогда же был разрушен и город на левом берегу Терека, расположенный приблизительно напротив современного с. Кизляр, в лесу. Надо иметь в виду, что Терек был тогда в несколько раз шире современного, лес рос намного севернее того места, где растет он сейчас. Вот в том лесу, вернее, около леса и стоял тот древний город Моздок, о котором писал известный французский натуралист Ш. Беланже: «Старый Моздок, развалины которого еще видны, действительно стоял в лесу в XVIII в.»[14].

Через некоторое время образовавшийся вакуум начали заполнять горские племена: чеченцы, ингуши, кабардинцы, адыги, частично возвращались и кумыки, но их было очень мало. Не забыто было недавнее прошлое этих сел. Каждое кумыкское село за Малгобекским хребтом и в предгорьях сохранило в основном старое кумыкское название. Но со временем все они произносились в соответствии с разговорной речью живущих в тех селах людей. Так, Телакьай юрт стал Дёлякай, Сувкьапчыкь юрт - Сугобжа, Аччыкьулакь юрт - Аччалуки и т. д. Названия сел и топонимика других местностей этого региона красноречиво говорят о том, что тут жили тюрки-кумыки.

С ХVI-ХVII вв. территорию от левого берега Терека и до Кумы стали называть Ставропольским краем и Большой Кабардой. Там стала хозяйничать царская администрация, а противостоять ей было некому, кроме шамхала Тарковского, который, кстати, был слишком далеко - за 300-400 километров от этих мест.

Особенно усилилось влияние царских властей в этом регионе после того, как владетели Туманские и князья Бековичи-Черкасские приняли один за другим христианство и дали шерть на верность. Шарт по-кумыкски - «условие договора между двумя сторонами»: русский царь оставлял им все княжеские привилегии, а князья должны были верой и правдой служить русскому царю и России. Князья исполняли все в точности, а со стороны царских властей не всегда соблюдалась договоренность. Возможно, для того чтобы покрепче привязать князей Бековичей-Черкасских к России, Иван Грозный в 1560 г. женится на дочери самого влиятельного князя Темрюка, потомка Инала, на Гюлчечек (Кученей, по крещении - Мария). Это событие действительно упрочило влияние русского царя на Северном Кавказе. Только противостояние шамхалов Тарковских и сопротивление некоторых местных народов не позволило царскому режиму установить полный контроль в этом регионе вплоть до середины XIX в.

В перерывах между захватническими походами Российская империя стала строить укрепления и крепости по левому берегу Терека. Но шамхалы Тарковские своими частыми набегами вплоть до Пятигорья и предгорий Кавказа рушили эти укрепления и наносили русским войскам поражения один за другим более десяти раз.

Земли так называемой Малой Кабарды - территория, расположенная между Тереком, Сунжей (Сююнч по-кумыкски. - А. Д.) и предгорьями - вплоть до полного завоевания этой территории генералом А. П. Ермоловым в 1816-1827 гг. считались Безымянными землями. Кроме живущих там народов, никто не хозяйничал на них. Только на северо-западной окраине иногда во время походов крымских ханов на Кабарду появлялись кабардинские кабаки. И те очень быстро исчезали, как только с Северного Кавказа уходили крымские ханы.

Раз в два года обязательно появлялись тут и отряды Тарковских шамхалов для сбора дани (ясака) с проживающих в этом районе народов. И никто не помышлял противостоять им, так как все считали эти земли законными территориями кумыков.

 


[1] Джамалутдин-хаджи. История Кавказа и Карабудахкент. Махачкала, 2001. С. 7

[2] Там же. С. 47

[3] Мурад Аджи. Полынь половецкого поля. М., 2000. С. 27

[4] Там же. С. 27

[5] Джамалутдин-хаджи. История Кавказа и Карабудахкент. Махачкала, 2001. С. 48

[6] Там же. С. 48

[7] Ртваладзе Э.Ю. Из истории городской культуры на Северном Кавувзе в XIII-XIV вв. и ее связь со Средней Азией. Автореф. Л., 1975. С. 8

[8] Эпиграфические памятники Северного Кавказа X-XX вв. М., 1980. С. 31. № 688

[9] Алиев К.М. Таргу-наме (Лексикон). Махачкала, 2001. С. 189

[10] Пушкин А.С. Л., 1964. С. 649

[11] Эпиграфические памятники Северного Кавказа X-XX вв. М., 1980. С. 39. № 715

[12] История народов Кавказа с древнейших времен и до XVIII века. М., 1988. С. 204

[13] Возрождение, 1999. №5. С. 35, 183, 223

[14]  Осетины глазами русских и иностранных путешественников. Орджоникидзе, 1967. С. 312

Размещено: 20.10.2012 | Просмотров: 3476 | Комментарии: 2

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Kadiev оставил комментарий 20.10.2012, 11:36
Comment
Из записок генерала Ермолова А. П. цитируем; «Моровая язва была союзницею нашею против кабардинцев; ибо, уничтожив совершенно все население Малой Кабарды и производя опустошение в Большой, до того их ослабила, что они не могли уже как прежде собираться в больших силах, но делали набеги малыми партиями; иначе и войска наши, на большом пространстве частьми слабыми рассеянные, могли бы подвергаться опасности. Далее чеченцев по правому берегу Терека живут андреевские, аксаевские и костековские народы, называемые вообще кумыками, издавна подданные наши…Каждое из трех владений кумыцких управляемо было старшим по летам беем или князем и так они чередовались между собою. Следовательно, по большей части получалось, что управлял наименее способный. Народонаселение в сих владениях ничтожное, казне никаких доходов нет». [5]. Именно эпидемия чумы (моровой язвы) привела к опустошению когда то густонаселённой кумыкской равнины в XVII—XVIIIвеках.
Kadiev оставил комментарий 26.10.2012, 15:36
Comment
Огромное баркалла Вам Аббас! Читаю и перечитываю вашу статью, всё хорошо, доступно, чётко, внятно. Хотелось бы, чтобы вы совместно с К.Алиевым, Г-Р.Гусейновым, С.Багаутдиновым, Ю.Идрисовым и многими нашими историками написали историческую книгу под названием "Кумыкия" или "Кумукистан", куда вошли бы все новые публикации последних лет, новые открытия по истории кумыкского народа. С ув. Саид.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.