Кумыкский мир

Культура, история, современность

Поляна мира

фото

К западу от Эрпелей существовала тропа Тав-йол («горная дорога»). Если идти по ней, то в 5-ти км от аула путник попадал на большую поляну Байталлар юрек («лошадиное сердце»), по краям которой выплескивалась из земли два ручья. На той поляне в год раз проводилась ярмарка для Койсобулинского общества и жителей плоскости. Основным товаром обмена, если судить по названию поляны, являлись лошади. Иногда обменивали или выкупали людей, которых та или иная сторона захватывала во время набегов. Обычно это делали те, кого в народе неуважительно называли дели тайпа - «конченные» или «потерянные люди»...

К примеру, житель Эрпелей Кокой, прикорнувший в шалаше на своем кукурузном поле, оказался в руках дели тайпа. Родственники Кокоя выкупали его на поляне Байталлар юрек.

Во время ярмарки устанавливался всеобщий мир. В середине XIX в., когда через Верхний Каранай и Гимринский перевал провели широкую дорогу, прекратился обмен товаром на поляне Байталлар юрек. Исчезло племя и тех, что умыкали людей. Народ их презирал, зато уважительно относился к абрекам, среди которых известен был эрпелинец Карачай. Он никогда не расставался с оружием. Когда Карачай умирал, ему сказали: «Давай освободим тебя от этого груза, ведь мешает». «Нет, - говорил абрек, - этот груз как раз всегда спасал меня. От него меня освободите, когда умру».

«Я - Карачай Шапи, - сказал мне человек, ради которого я ехал в Эрпели, - а Карачай был моим отцом. Он всегда говорил, чтобы без оружия на улицу не выходили: всякое может случиться. Прожил отец более 100 лет, а о том, как он, умирая, не разрешил снять оружие, вы знаете. Имя Карачай он получил следующим образом. Как-то приезжал к моему деду Лачину из Карачая его кунак. В день приезда родился мальчик. Гость просит: «Назови в честь моей Родины». «Что не сделаешь ради кунака!» - воскликнул Лачин и назвал новорожденного Карачаем.

У моего отца было 11 детей. Нас осталось двое: я да 45-летний мой брат чабан Абсалютдин Шапиев.

Я был в бригаде Далгата с первых дней его организации. Ушел на отдых, когда стукнуло 90 лет, в 1962 г. Это после 30-летнего совместного труда со стариками. Могу утром поесть и до вечера не вспоминать о еде. Мне помогают сын и сноха Мадинат. Спасибо им и, конечно, Советской власти. Что бы мы, старики, делали без нее.

В нашем роду все долго жили. Дальше Махачкалы не бывал. Летал на самолете в Ботлих, Хунзах! Раз - и там! Удивительное дело - самолет! То ли было в моей юности - за арбой тащишься целый день. Впрочем, всему свое время... Чем занимаюсь? Смотрю за скотиной, убираю, дрова рублю. Нет-нет, помогать не надо. Все это - мое лекарство. Спасибо...»

Дед Карачай Шапи при мне берет топор. Размах над головой, удар, еще удар, и дубовое полено в ногу толщиной разрубается пополам. Помочь себе он не разрешает, а отвлекать своими вопросами я не решаюсь. Единственное, что меня мучает, - не захватил из дома фотоаппарат.

Размахнувшийся для удара топором 100-летний дедушка - какой это был бы изумительный кадр! Увы, мне оставалось только откланяться Карачай Шапи и двинуться в обратную дорогу.


© Булач Гаджиев. Буйнакский район в истории и легендах. 2003г.

Размещено: 31.01.2013 | Просмотров: 1812 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.