Кумыкский мир

Культура, история, современность

Из тухума Мехтулинских

Жил в Нижнем Дженгутае Патали-хан Мехтулинский, балагур, весельчак, озорник. Долго дженгутайцы не могли прийти в себя от одной его выходки. Когда хоронили его родственника, с которым Патали находился в ссоре, он выставил граммофон в окно и играл веселые марши, в тем числе «Кармен» Ж. Бизе.

Не любил, когда с ним не считались, жил на широкую ногу, имел хутора, скот, линейки, фургоны, не считая такую «мелочь», как арбы.

Жил он с семьей в квартале «Чанка-аул» в доме с большим двором, который до сих пор сохранился.

У Патали-хана Мехтулинского родилось четверо детей – Абута, Изим, Махли и дочь Бажув, умершая в раннем возрасте. Абута сделался царским офицером. При советской власти его сослали. Из ссылки вернулся с русской женой, которая вскоре умерла, и сыном Анатолием, пропавшим на войне.

Абута работал в отделе кадров одного из учреждений Махачкалы, пока вторичного его не сослали. А куда и что с ним стало, даже близкие не знают.

Следующий сын Патали-хана – Изим окончил в Петербурге военное училище, стал офицером и в чине ротмистра служил в царском конвое со своим другом из Касумкента Юсупхановым. Последний имеет прямое отношение к нашему повествованию, поэтому я привел его имя. Вот в чем дело.

Прослужив в царском конвое определенный срок, они возвратились в Дагестан. Юсупханов уговорил Изима погостить у него в Касумкенте. Тот согласился, хотя очень соскучился по родному дому. Гостил он у отца Юсупханова Халимбека и его дочерей Патимат и Саадат.

И надо же такому случиться: 16-летняя Саадат заболела корью. Халимбек заявил дочери: «Если ты выздоровеешь, хотя у меня на примете есть человек, выдам замуж за того, кто первым попросит твоей руки».

Саадат выздоровела, а первым, кто попросил ее руки, оказался Изим Мехтулинский, друг ее брата. Для отца девушки мало было того, что он друг его сына. Решил поехать в Темир-Хан-Шуру и разузнать, кто такие Мехтулинские и являются ли они теми, за кого себя выдают. Удовлетворенный увиденным, Халимбек данное дочери слово сдержал.

Из Касумкента в Темир-Хан-Шуру Саадат везли, что называется, с конвоем. На то имелось несколько причин: во-первых, спрашивали земляки, почему лезгинку выдают за кумыка. Кроме того, было немало двоюродных братьев, которые давно домогались руки юной красавицы.

Если из Касумкента и удалось благополучно выбраться, то в Дербенте произошла перестрелка, впрочем, закончившаяся для той и другой сторон без жертв. Ну а в Темир-Хан-Шуринском округе опасность новобрачным не угрожала.

Мехтулинская невеста своей внешностью, манерами и разговорам понравилась. Но всех, в том числе и Изима, смущало одно обстоятельство: Саадат в одном из сундуков привезла с собой массу разнообразных кукол и, пока муж отсутствовал, играла с ними. Однажды он, строго подбирая слова, сказал ей: «Скоро ты станешь матерью и у тебя будет живая кукла». Игрушки пришлось отдать соседской девочке. Родились дети, пошли заботы.

Любовь одного из двоюродных братьев к Саадат оказалась так сильна, что заставила его сделать много глупостей. В частности, когда в очередной раз Изим с супругой приехали в Касумкент, то в него стреляли, он был ранен в грудь – пуля чуть не задела сердце.

Это событие произошло в декабре 1911 года. Рана серьезно беспокоила, и Изим с женою выехал в Сухум, где он основательно занялся лечением своего здоровья.

Саадат, как устроились на лечение, сразу же известила родных письмом, на конверте которого значилось: «Темир-Хан-Шура. Дагестанская область. Ее высокоблагородию Патимат-Бике Юсупхановне. Дом Штапер, около женской гимназии».

В письме говорилось: «Милая сестрица, я с Изимом благополучно прибыла в Сухум. Город хороший, очень тепло. Тропические растения, цветы, розы. В общем изумительно. Приезжай к нам в гости ... Изим, слава Богу, здоров... Как тебе нравится Шура? (Патимат-Бике была замужем за даргинцем Махмудом и из Касумкента переехала в Темир-Хан-Шуру. - Б.Г.).

Мой адрес: г. Сухум. Сухумскому полицмейстеру для штаб-ротмистра Изима Мехтулинского. Твоя сестра Саадат. 29 декабря 1911 года».

Должен заметить, что письмо от имени жены писал Изим.

Когда чета Мехтулинских прибыла в Сухум, то очень скоро здесь обозначился добрый круг знакомых. Изим водил Саадат на балет. В перерывах муж танцевал с дамами, женами офицеров, а она сидела в укромном месте и наблюдала не совсем привычную для себя, дагестанки, картину.

Мехтулинские в Сухуми оставались до марта 1912 года, после чего выехали в Дагестан.

Потом грянула революция. Времена и нравы изменились, и весь ход жизни, рассчитанный на покой и благополучие, оказался растоптанным и исковерканным.

О детях я скажу позже, а теперь о тех бедах, которые выпали на долю моих героев. Когда в сентябре 1918 года между Аркасом и Верхним Казанищем убили Махача, то подозрение пало на Изима, хотя Мехтулинский в этом деле никакого участия не принимал.

На него как на царского офицера показали некоторые дженгутайцы. Не бывает так, чтобы всем и все должны быть довольны. Хотя бы потому, что, как я говорил выше, мехтулинцы отличались от сельчан богатством и происхождением. Короче говоря, Изима арестовали и сослали.

Затем стали преследовать и Саадат. Ей пришлось скрываться по знакомым и незнакомым. И когда она поняла, что ареста не миновать, ночью двинулась пешком из Темир-Хан-Шуры в Петровск, где устроилась на фабрику им. III Интернационала. Дочь Умукусюм осталась у дяди, а сын Мехти в Дженгутае.

Как-то приехал друг Изима и объявил, что ее муж скоро вернется. Не вернулся. Через много лет стало известно, что дагестанец отбывал ссылку в кронштадтской тюрьме. Оказалось, в 1921 году, когда произошло восстание матросов и красные стали бомбить Кронштадт, он погиб от разрыва снарядов. По крайней мере, такое известие дошло до родственников.

Саадат умерла в 1966 году, прожив с мужем всего-навсего 7 лет. Очевидцы передавали мне, что Изим Мехтулинский имел средний рост, был плотно сложен, черноволос, чернобров, носил усы. Он запомнился родственникам мягким, добрым характером. Никогда не повышал голоса. Начитанный, знавший, кроме родного кумыкского, русский и лезгинский языки, Изим Мехтулинский всегда являлся приятным собеседником...

Мои поиски еще кого-либо из рода Мехтулинских долго не приносили успеха, пока в Баку не встретился с моим большим другом Р.Г. Халиловым – директором и создателем музея им. У. Гаджибекова.

– Как же, как же, – оживился Рамазан Гамзатович, – я знавал одного Мехтулинского, с которым встретился при странных обстоятельствах. Это было в Гражданскую войну. В Баку, берег которого был загроможден баржами из Порт-Петровска, доставили офицеров-деникинцев, чтобы затем переправить в Иран. По крайней мере такие слухи ходили тогда. По какому-то поводу, сейчас не помню по какому, я очутился в порту. На борту только что причалившего из Дагестана корабля я увидел молодого человека в черкеске и погонах. Он держал себя подчеркнуто независимо, ходил по палубе от одного борта к другому. «Наверное, дагестанец», – подумал я и велел одному из моих подчиненных пригласить незнакомца на берег. Молодой человек уважил мою просьбу. Подойдя ко мне, представился: «Поручик Умахан Мехтулинский».

– Вы что, хотите отправиться в Иран? – спросил я его.

– Хочу в Дженгутай, – ответил он мне.

Я помог Умахану Мехтулинскому устроиться в Баку, но поручик быстро исчез. С тех пор я о нем ничего не слыхал…

И я бы ничего не знал о поручике, если бы в 1990 году случайно не познакомился с Тажли Умахановной, 1937 года рождения, имевшей университетское образование и работавшей заведующей детским садиком в Махачкале. Оказалось, что кроме нее из рода Мехтулинских более никого в живых нет. Родословную своих предков Тажли Умахановна не знала. Хотя их семья по социальному положению ничего из себя не представляла, но вот фамилия могла стать поводом для преследования.

Тажли Мехтулинская могла мне рассказать только о своем отце Умахане Алисултановиче, последнем по мужской линии из рода ханов дженгутаевских. У.А. Мехтулинский родился в 1902 году. Блестяще окончил Темирханшуринское реальное училище. Наставники поражались не только его обширным знаниям, но и тому, что он, дагестанец, сочинения и диктанты писал без единой помарки. Мехтулинского ожидало блестящее будущее как офицера или государственного мужа в дагестанском масштабе, но революция перечеркнула мечты молодого князя.

Была возможность выехать за границу, как это сделал старший брат Бекмурза, но из-за матери, пожелавшей быть похороненной на родной земле, Умахану пришлось остаться на месте. Когда же в конце 20 – начале 30-х годов XX века над «бывшими» начали сгущаться тучи, он с семьей выехал в Грозный, где работал заместителем директора базы снабжения треста «Грознефть».

Умахан и его жена Сагидат жили душа в душу. В минуты откровенности муж говорил, что очень хотел бы иметь наследника, иначе с его, Умахана, смертью прекратится род Мехтулинских. Для этого имелись причины. Сын Магомед-хан, родившийся в 1926 году, надежда семьи, работая на севере, смертельно простудился и умер. Оставалась двухлетняя Тажли.

И вдруг Умахан Алисултанович узнает, что в Буглене у его близкого друга Фатали Джамбариева родился мальчик. Забыв всякую осторожность, он мчится в Дагестан, стучится в знакомые ворота и, узнав, что известие правильное, тут же в ауле в подарок новорожденному покупает корову. На себе поднимает ее на 2-й этаж, ставит скотину на ноги перед изумленной публикой, стреляет из пистолета в воздух и просит родителей назвать их мальчика его именем.

Желание дорогого кунака было немедленно исполнено. Удовлетворенный этим и сказав: «Воздаст Вам Аллах за это!», Умахан Мехтулинский, как появился нежданно-негаданно, так же неожиданно исчез из Буглена.

Если первая поездка на родину оказалась как нельзя удачной и без последствий, то вторая обернулась арестом на Махачкалинском вокзале, когда У.А. Мехтулинский ездил хоронить отца своей супруги Абдулбасира, умершего в Карабудахкенте.

...В 1966 году, за год до своей смерти, как слабое утешение Сагидат получила справку о том, что «постановлением Президиума Верховного суда Дагестанской АССР от 6 июля 1966 года дело в отношении Мехтулинского Умахана Алисултановича ... отменено и делопроизводством прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления.

Гражданин Мехтулинский У.А. по настоящему делу реабилитирован»


Источник: Булач Гаджиев. «Дагестанцы – царские офицеры», Махачкала, 2005 г.

Размещено: 05.04.2013 | Просмотров: 2612 | Комментарии: 1

Комментарии на facebook

 

Комментарии

sadr оставил комментарий 05.04.2013, 01:46
Comment
На сайте телепередачи "Жди меня" Мехтулинская Тажли Умахановна оставила сообщение (09.09.2012)

Я Мехтулинская Тажли Умахановна, родилась в 1937 г. Мой отец Мехтулинский Умахан Алисултанович в 1938 г. был осужден по сфабрикованному делу и 1939 г. был отослан в лагерь для политических заключенных под г. Орел, и пропал без вести.
В семье отца было две сестры и три брата. Старший брат Магомедхан Мехтулинский был белогвардейским офицером, погиб в 1924 г., в гражданскую войну. Сестры умерли в подростковом возрасте.
Средний брат отца Мехтулинский Бекмирза-Хан Алисултанович эмигрировал в Турцию в 1924 г. Хотелось бы узнать о его судьбе, есть ли у него дети, внуки.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.