Баммат Атаев

Гори звезда Ботаюрта

(история родного села)

Махачкала. 2005. - 136 с.
 
  Содержание

5. Власть большевиков

Наступил 1918 год, весной которого лучи Советской власти проникли в дома жителей Кумыкской равнины. Члены Дагестанского просветительного Бюро Солтансаид Казбеков и Зайнулабид Батырмурзаев тайком выезжали в селения Хасавюртовского округа и на местах выявляли людей готовых стать в ряды борцов за Советскую власть.

Хизри Джакаваджиев, Сиражутдин Хасболатов из Эндирея, Шихмурза Эсенбулатов, Изутдин Гаджиев из Дылыма, Юсуп Аджиев, Багав Астемиров, Тота Дибиров из Яхсая, Алибек Алибеков, Арслан Юсупов из Костека, Ибрай Байболатов, братья Хадуловы - Арсланбек и Сююнчгерей, Ильяс Канболатов из Ботаюрта первыми отозвались на призыв большевиков и приступили к созданию красно-партизанских отрядов на местах.

Председатель Хасавюртовского Окружного Исполкома Рашитхан Капланов созвал съезд представителей сельских обществ. По этому поводу имеется высказывание С.М. Кирова в его докладе: "За республику рабочих, крестьян, казаков и горцев", сделанном на народном съезде Терской области, происходившем в Пятигорске 5-7-го марта 1918 года.

"Кумыкские помещики торопятся присоединить Кумыкскую плоскость к Дагестану, чтобы таким путем спасти свои земли, свое княжеское господство. [:] Когда, например, князь Капланов, потерявший доверие у всех, должен был бежать из Владикавказа, то уже через несколько дней он председательствует на окружном съезде трудовых кумыков".

На съезд трудовых кумыков был приглашен и муфтий Нажмутдин Гоцинский. Полагалось, что он выступить с насихатом: "выделить земли крестьянам и установить мир в округе". А получилось наоборот. Божественный служитель ислама произнес воинственную речь, смахивающую на призыв к газавату против большевиков.

"Я в Дагестане покончил с большевиками, - говорил он, - надо бы сделать то же самое и с хасавюртовскими большевиками, но сейчас мне некогда, так как меня зовут в Баку на спасение мусульман. А когда покончим там с врагами Аллаха и шариата, вернемся сюда. Если к этому времени хасавюртовские большевики не откажутся от своих намерений, то мы покончим с ними так же, как и в Дагестане".

Но большевики Хасавюртовского округа не побоялись угроз главы фанатичного мусульманского духовенства и не прекратили борьбу за освобождение трудящегося человека от эксплуатации со стороны господ все еще цепляющихся за власть.

Пролетариат Азербайджана сумел дать достойный отпор отряду Нажмутдина Гоцинского, к этому времени объявившего себя имамам Дагестана. Разбитый под Баку, он вернулся в Дагестан и поспешил упрочить свои тылы.

Полковник Нухбек Тарковский из слободы Хасавюрт отозвал своих 300 солдат в Темирханшуру для поддержки Гоцинского.

Уходу из слободы Хасавюрт преданных Тарковскому и спешащих на помощь Гоцинскому солдат, обрадовался другой духовный глава мусульман-горцев, шейх Узун Хаджи Салтынский. Он двинул десятитысячный отряд мюридов-тарикатистов, приверженцев шариата, на слободу Хасавюрт и в селения округа, якобы "для освобождения края от русских и большевиков". А фактически, шейх Узун Хаджи, совершил традиционный грабительский набег на кумыкскую равнину.

Узун Хаджи приказал "грабить русских как можно больше, убивать их, не взирая на возраст, сжигать их дома". В слободе были сожжены наиболее красивые здания не только русских, но и кумыков. Несколько мюридов вошли в церковь христиан, начали стрельбу по иконам, скульптурным изображениям ангелов. Один из мюридов даже полез на купол церкви чтобы "снять золотой крест". Но крест оказался медным. Это огорчило мюрида, который, спускаясь, упал с 40 метровой высоты и разбился насмерть. Верующие христиане посчитали это знаменем... отмщением мюриду за богохульство.

На помощь населению слободы Хасавюрта, которого кумыки называли "шагьар", поспешили красные партизаны селения Эндирей под командованием большевика Хизри Джакаваджиева.

Красные партизаны эндиреевцы стали свидетелями того злодейства, что совершили мюриды шейха Узун Хаджи. Хасавюрт лежал в развалинах. Всюду тлели костры пожаров, зажженных мюридами. Имущество почти всего населения Хасавюрта было разграблено. Эндиреевские партизаны подобрали 450 человек (из них сто детей) русских хасавюртовцев, погрузили их на сто подвод и повезли в свое селение. Там их они распределили по своим домом, каждому выделили по 2 фунта хлеба на сутки. После восьмидневного пребывания в кумыкском селении Эндирее, спасенные от гибели и позора русские братья и сестры, попросили их отправить в Кизляр.

Командир краснопартизанского отряда эндиреевцев, большевик Хизри Джакаваджиев, опять погрузил их на сто подвод и в сопровождении ста всадников отправил в Кизляр. Эвакуированные русские люди были благополучно доставлены в советский город Кизляр, где Ревкомом руководил известный большевик Хорошев. Он поблагодарил эндиреевцев и обещал им помощь в их справедливой борьбе за счастливую жизнь.

Несмотря на угрозы имама Нажмутдина, грабительские набеги шейха Узун Хаджи, объявившего себя эмиром "Северокавказской шариатской Империи", население Терско-Сулакской равнины, в основном состоящее из кумыков, проявило большую революционную энергию. Жители селений Хасавюртовского округа с оружием в руках вступали в ряды только, что родившейся Красной Армии Дагестана, активное участие принимали в боях и сражениях против контрреволюционных вооруженных сил. Они, кумыки, составляли основное ядро красноармейских подразделений, сражавшихся против банд имама Гоцинского на Чирюртовском фронте, где Командующим являлся их земляк, известный большевистский руководитель Солтансайид Казбеков.

Газета "Известия Бакинского Совета" от 19 июня 1918 года сообщала: "Бои у Чириюрта развиваются весьма успешно и победоносно для нас. В двенадцати аулах Терской и Дагестанской областей, у границ Сулака признали Советскую власть и образовали Красную Армию в числе 600 всадников, которые сражаются в наших рядах". Это были селения Хасавюртовского округа: Эндирей, Карланюрт, Муцалавул, Байрамавул, Темиравул, Генжсавул, Ботаюрт, Казма, Герменчик, Бабаюрт, Адильянгиюрт, Хамаматюрт, Геметёбе, Мужукай, Тамазатёбе и другие, более чем двенадцать аулов.

Наиболее активные и дееспособные главари дагестанской контрреволюции князь, полковник Нухбек Тарковский и барановод, имам Нажмутдин Гоцинский никак не могли мирится с тем, что беднота Хасавюртовского округа перешла на сторону Советской власти и игнорировала их. Ведь князю Нухбеку Тарковскому была обещана светская верховная, а имаму Нажмутдину Гоцинскому верховная духовная власть в округе. Кроме того имам, как барановод, тайно мечтал о том, чтобы земли Кумыкской равнины, богатые обильными пастбищами принадлежали бы ему для устройства кутанов на содержание своих многотысячных овец.

В конце июня в начале июля 1918 года положение в Хасавюртовском округе, так же как и во всем Дагестане осложнилось. В слободе Хасавюрта все еще держались у власти силы помещиков и буржуев, которыми руководил Рашитхан Капланов. Он также сосредоточил белогвардейские силы в крупных кумыкских селениях округа - в Яхсае и Костеке, где его поддерживали местные бийи, помещики и крупные торговцы. Ботаюртовские крестьяне отказались вступить в ряды его белогвардейских вооруженных сил. Он обратился за помощью к полковнику князю Нухбеку Тарковскому и имаму Нажмутдину Гоцинскому. Те в округ направили своих вооруженных людей. Газета "Известия" - орган Бакинского Совета рабоче-крестьянских и матросских депутатов от 27 июня 1918 года писала: "В селении Костек стоит отряд от трех тысяч чеченцев и аварцев, пришедших с Гоцинским, который находится там же".

Вскоре, белогвардейский генерал Лазарь Бичерахов участвовавший в военных действиях русской армии против Турции на территории Ирана в союзе с английскими войсками, после Февральской революции в Петербурге и свержения монархии, возвращаясь в Россию через Баку, захватил Дербент, Порт-Петровск, Темир-хан-шуру как городов красных, перешедших на сторону Советской власти. Он полковника князя Нухбека Тарковского назначил диктатором Дагестана. Власть Бичерахова и Тарковского просуществовала недолго. Вторгшиеся в Дагестан турецкие войска на горе Тарки-тау разгромили основные силы генерала Бичерахова.

В октябре 1918 года турецкие аскеры появились и в Хасавюртовском округе. Они старались кумыков, как мусульман и родичей по языку, мобилизовать в свою армию. За отказ они мужчин избивали плетьми, сбривали усы, унижая мужское достоинство кумыка, иногда и вешали. Этому свидетельствует инцидент, происшедший в селении Ботаюрт осенью 1918 года между командиром турецкого подразделения и жителями Ботаюрта. Командир турецкого отряда Исмайил бей, собрав сельчан у канцелярии старшины, агитировал их вступить "в славную армию Турции для борьбы с большевиками". Сначала ботаюртовцы тихо и мирно выслушивали его изощренную речь. Некоторые даже склонились на его сторону, видя в турках своих родственников. Один из жителей селения, крестьянин-оьзден по имени Абсалам Арчиханов призвал ботаюртовцев, собравшихся у канцелярии старшины "не поддаваться агитации странствующего турецкого офицера и разойтись". Началось брожение в толпе крестьян. Офицер Исмайил бей повысил голос на собравшихся, обвинил их в трусости. Это задело достоинство узденей и они склонились на сторону Абсалама Арчиханова, выражая свой протест офицеру. Тогда он, турецкий офицер Исмайыл бей, сошел с коня, подошел к Абсаламу, взял его за шиворот, поднял на него свою плеть, с медным наконечником. При этом офицер страшно ругался по-турецки, на языке, близком кумыкскому.

Абсалам Арчиханов схватил руку офицера и предупредил его говоря: "Я не янычар турецкий, и не азап солтанский, а свободный кумыкский оьзден из Ботаюрта. А ботаюртовцу оьзденю не подобает позволить такому мерзавцу как ты, бить себя плетью".

"Молчать, кепекогъули (сын собачий)", выругался турецкий офицер и попытался освободить руку. Доведенный до отчаяния оьзден Абсалам вынул из ножен свой огромный кинжал-базалай и всадил в брюхе иноземного офицера. Тот скончался тут же, его сопровождающий отряд молча отошел от места происшествия, не пытаясь отомстить за своего "субая"-командира. А ботаюртовцы, сплотившиеся в группу в поддержку Абсалама, также вытащили из ножен кинжалы, с которыми они не расставались даже во время еды.

Турецкие аскеры видя готовность толпы броситься на них, растерялись и не предпринимая ничего, ушли из Ботаюрта.

Когда тот турецкий офицер в одном из соседних селений избил одного крестьянина за отказ вступить в его отряд, то люди его предупредили следующими словами. "Ты, наверное будешь в Ботаюрте, и попытаешься наказать кого-нибудь. Но живым оттуда не уйдешь!" Турок не внял вещим словам жителя соседнего селения и нашел свою погибель в Ботаюрте, а тело его было захоронено неизвестно где.

Вслед за турецкими отрядами на земли Хасавюртовского округа пришли проденикинские вооруженные силы. Закончился 1918 год, победой хасавюртовской контрреволюции.

Copyright © 2008 | Кумыкский мир