Арсен Акбиев

Кумыки

Вторая половина XVII - первая половина XVIII века

Дагестанское книжное издательство. 1998. - 152 с.

К оглавлению


Глава II. Социальные отношения кумыков

Земельно-правовые отношения

Одной из актуальных проблем истории кумыков являются земельно-правовые отношения, поскольку это - основная база для выяснения степени развития общественных отношений. Основные формы владения землей, земельной ренты, различные способы присвоения этой ренты и складывающиеся на их основе взаимоотношения членов общества являются важнейшими аспектами, характеризующими уровень развития общества, его социально-экономическую структуру. Поэтому, чтобы прийти к правильному пониманию общественных отношений кумыков в рассматриваемый период, необходимо всесторонне исследовать земельно-правовые отношения.

Земельные отношения у кумыков, как и у других народов Дагестана, в силу ряда исторических и географических причин, отличались большой сложностью. Следует отметить, что в отечественной историографии существуют различные мнения о формах земельной собственности у кумыков. Так, С. В. Юшков1 и Р. М. Магомедов2 пишут о существовании трех форм земельной собственности: феодальной, феодально-общинной и общинной. По мнению же Б. Г. Алиева, у народов Дагестана, в том числе и у кумыков, существовали пять видов земельной собственности: крупное феодальное землевладение, условное землевладение, частное мюльковое землевладение узденей-общинников, мечетское землевладение (вакуф) и коллективное землевладение, т. е. общинные земли3. Рассмотрим каждую из форм в отдельности.

Крупное феодальное землевладение

Крупное феодальное землевладение - это земельная собственность феодальных правителей, а также беков, получивших от первых, как члены их семей, в наследственное владение и по завещанию населенные и пустопорожние земли. Крупная феодальная собственность охватывала все категории земельных угодий. В отношении их землевладельцы обладали полным правом собственности. Особое значение здесь имела собственность феодальных правителей и беков на пастбища, которые приносили им большие доходы и являлись основой феодальной зависимости общин4.

Крупнейшими земельными собственниками в Дагестане были шамхалы Тарковские. Они владели большими площадями пахотных земель, кутанами и пастбищными горами. Поземельные правами самого шамхала, так и других владельцев выражались всегда и трёх видах. К первому виду относились земли пахотные и покосные, принадлежавшие сельским обществам, но состоящие издавна и общем пользовании их с владельцами на условиях повременного выдела определенной обычаем доли владельцам и узденям из участков, назначаемых к обработке5. Сюда мы можем отнести шамхальское поле на Герменчике, которое тарковцы обязаны были распахивать и собирать с него урожай. Здесь же на Герменчике выделялись ежегодно земли жителям Тарков6. К этому же виду относятся пастбища, на которых владельцы и жители могли содержись свой скот в известные периоды года, а также и леса, в которых и владельцы и жители имели одинаковое право свободной рубки7.

Ко второму виду относились земли, считавшиеся принадлежащими шамхалу и бекам, но состоявшие в неотъемлемом наследственном пользовании известного населения, без права отчуждения их и за определенные обычаем повинности8. Из-за этих земель между владельцами и сельскими джамаатами происходили частые споры, наиболее обострившиеся во второй половине XIX века.

К третьему виду относились земли, принадлежавшие отдельным владельцам и сельским обществам на правах частной собственности. В этот разряд входили кутаны, горы, пахотные земли и другие угодья, которые находилась в исключительном пользовании шамхалов, беков и узденей и, особо, сельских обществ, с полным правом отчуждения их9. Известно, что шамхалам принадлежало около двенадцати кутанов: Уйташ, Сосик-булак, Гийк-Салган, Верхний Хаджи-аул, Уллу Дармаз, Кигиляу, Калмукъ-Ятхан, Эги-кутан и Косу-уч (у Аграханского залива)10. Кутан означал в Дагестане такую собственность, на которой предполагалась обычно усадьба, сады, пашни и покосы, одним словом полное, отдельное внеаульское хозяйство11. По наблюдениям майора Д. И. Тихонова, шамхалы отдавала кутаны "горским жителям на зимнее время в наем". "Берут в зиму за один кутан по 200 баранов, а за иной и менее"12.

Помимо этого в собственности шамхалов находились пастбищные горы и пастбищные места, которые они отдавали внаем или же дарили на определенных условиях горцам. В 1757 г. Мехти-шамхал по просьбе джамаата селения Араканы предоставил жителям этого селения горы Уркат и Акай-тау. Шамхалу были сделаны подарки. Кроме того, им были поставлены условия: в случае необходимости посылать военные отряды. Однако араканцы нарушили договор. Началась вражда, в результате которой горы были отобраны13.

Известно, что шамхалам принадлежали пастбищные горы Бухнаб, Мамат-тау и окраина горы Магмизмеэра. Помимо этого им принадлежали горы Герген, Огуз-тау, Исмаил-тау, а также пастбищные места, начиная от Аркасской горы да горы каранайцев14. Часто шамхалы дарили кутаны и пастбищные горы своим родственникам-бекам. Так, в 1735 г. шамхал подарил своему внуку Амал-Магомеду два кутана в Чипчаке под названием Хайдак и Сархай и третий кутан Чиканок15.

Не надо забывать еще и тот факт, что шамхалы являлись верховными собственниками всех шамхальских земель, селений, которые они дарили или давали в управление бекам или же чанкам из шамхальской фамилии, о чем будет сказано ниже. Кроме того, некоторые шамхалы в подарок от иранских шахов получали деревни в Азербайджане. Так, в письме к Петру I от 15 августа 1722 г. шамхал Адиль-Гирей писал, что "пять деревень в Мескурской земле, одна деревня в Ширване и одна в Баку" были пожалованы ему "по указу Шахову"16. С этих деревень он получал подати.

Крупными землевладельцами были и кумыкские беки (бии). В данной работе мы рассматриваем бекское землевладение в шахальстве Тарковском и Засулакской Кумькии. Так как в земельно-правовых отношениях шамхальских и засулакских беков существовали отличия, то и рассматривать их мы будем в отдельности.

Бекское землевладение являлось одной из форм феодальной земельной собственности. Образование бекского феодального землевладения являлось следствием дробления крупного феодального землевладения. Основанием для получения в собственность части владения феодального правителя служила принадлежность к его семье. Земельная собственность владетельных беков складывалась в основном в результате перехода земель по наследству от их отцов - феодальных правителей17.

Согласно материалам сословно-поземельной комиссии, "шамхалы и ханы Мехтулинские для материальной поддержки своих родственников-беков давали им свободные земельные участки, кутаны и ятаги и населенные земли, с которых беки могли получать следовавшие прежде в пользу владетелей, доходы и повинности"18.

В. Линден писал, что почти повсеместно в Дагестане беки владели в составе зависимых от них сельских обществ собственными населенными участками земли (мюльками), находившимися в исключительном их пользовании. "Участки эти доставались им различным путем. Одни жаловались им владетелями, другие приобретались покупкой от зависимых поселян, третьи поступали в их распоряжение как выморочное имущество тех же поселян"19.

Шамхалы дарили своим родственникам целые селения с прилегающими к ним землями. Так, согласно материалам сословно-поземельной комиссии, селение Альбурикент принадлежало бекам из шамхальской фамилии. Жители этого селения обязаны были исполнять по отношению к своим владельцам определенные повинности. Заметим, что шамхал назначил альбурикентских беков лишь управителями селения, с правом сбора повинностей, а землю подарил джамаату Альбурикента20. В начале XVIII в. владетелем Губдена был дядя шамхала Тарковского Муртузали. В 1735 г. шамхал подарил своему внуку Амал Магомеду деревни Харкас и Верхнее Казанище, деревню Хорхали-Такали со всеми прилежащими к ней землями до Темир-кою и до самого Уй-Салган-Тюбе, а также кутаны и пастбищные горы, о которых мы уже упоминали21.

По сообщению джанки селения Атлы-боюн Апау-Ахмед-хан-оглы, сословно-поземельной комиссии, его предка Худама "пять поколений тому назад, как джанку из своего дома" Бамат-шамхал поселил в этом селении и "представил ему доходы свои с жителей селения"22. Земля, на которой было построено селение, и все покосные земли чанки считали "своею собственностью". Они же обладали правом отчуждения выморочного имущества. Однако права эти оспаривались жителями селения, которые считали землю своей собственностью, т. е. принадлежащей джамаату23. Беки селения Губден, по местным адатам, имели право получить участок общественной земли в размере 54 каб. Помимо этого они владели кутанами, на которых имели свои покосы, которые отдавали на откуп24.

Кумторкалинским бекам принадлежали селения Кумторкала и Верхнее Казанище, с которых они получали повинности, и четыре кутана25. Вблизи Темир-Хан-Шуры эти беки имели земельные участки Богдат-Тала, Костерек-Тала, Очакан-Тала, Халим-Тала и лес26.

В конце XVII в. шамхал Тарковский, принимая во внимание, что местность на правом берегу Сулака совершенно безлюдна и поэтому не безопасна для проезжающих, приказал своему кулу Такаю основать на правом берегу Сулака в местности Калнук-Ятхан новое селение из бедных и нуждающихся в земле жителей соседних селений, которое было названо Шамхал-Янги-Юрт. Управление этим селением шамхал поручал своим ближайшим родственникам27.

Размеры владений беков не везде были одинаковы. В шамхальском селении Гелли имелось 10 домов беков, причем девять беков были из шамхальского дома, а десятый - из рода карачи-беков. Пользовались беки неодинаковыми доходами. Из четырехсот геллинских дворов десять отбывали повинность самому шамхалу, двести дворов - названным выше 9 бекам и сто дворов - карачи-бекам28.

Крупные земельные владения принадлежали карачи-бекам. В материалах, собранных сословно-поземельной комиссией, говорится, что карачи-беки владели в Дагестане принадлежавшим им на правах собственности деревнями: Верхний Каранай, Нижний Каранай, Ахатлы - и пастбищными горами: Бурли-Меэр и Исмаил-меэр, а жители этих деревень отбывали установленные пользу беков повинности. В селении Губден карачи-бекам принадлежали не только кутаны, но и вода, "которая составляла личную собственность бека и не являлась принадлежностью кутана"29.

По сообщению жителей Кафыр-Кумуха, "они были подвластны бекам иного рода, не из рода шамхалов". "Наше селение служила им за пользу, которую приносили они, управляя нами и помогая нам чем могли по адату". Кафыр-кумухские карачи-беки владели участками земли в этом селении. Это подтверждается правом бека принять в селение постороннего и выделить ему участок земли для ведения хозяйства30.

Большими земельными угодьями владели карачи-беки селений Эрпели и Карабудахкент. Жители этих селений отбывали установленные им повинности. Помимо собственных земель они владели землями, подаренными им шамхалом. Карачи-беки Карабудахкента часть земель, полученных от шамхала, превратили в пахоты, а часть была оставлена под пастбища-кутаны, которые они сдавали в аренду для пастьбы овец31.

Гамринские карачи-беки, кроме земель, находившихся в пользовании жителей селения Каякент, имели в своем владении и другие земли, проданные им в разное время, из которых значительная часть находилась во владении общества Утамыш. Жители селения Каякент были бекскими раятами, платили им подать, так как жили на землях, принадлежащих бекам32.

Как и в шамхальстве Тарковском, да и на всем Северном Кавказе, засулакские кумыки пользовались землей "в стародавнее время" на праве общинного владения33. Согласно сведениям Ф. И. Леонтовича, с приходом на Кумыкскую плоскость знаменитого кумыкского чанки Султан-Мута "порядок вещей изменился"34. "Завоеватели разделили между собой всю землю, оставив неприкосновенными лишь только владения тех узденей, которые по богатству и силе имели большой вес в народе или как-то заслужили показанною ими в разных случаях преданностью новым пришельцам"35. Однако нельзя согласиться с Ф. И. Леонтовичем в том, что захват земли князьями произошел сразу же с приходом Султан-Мута на плоскость. Это был очень долгий процесс, продолжавшийся вплоть до второй половины XIX века. Н. П. Тульчинский писал, что при возникновении высшего сословия общинное владение землей продолжалось. "Обширный простор плоскости с плодороднейшею почвою и относительная малолюдность населения никого не побуждали искать на земли личного владения, которое только тогда и получило вес и значение, когда понятие о праве земельной собственности перешло к кумыкам от соседей русских при постоянных взаимных сношениях"36. Князья, став во главе народа сначала в роли советников, а потом и владетелей, поспешили закрепить свою собственность. Само собой разумеется, что обезземеливание простого народа совершалось не вдруг, а постепенно, исподволь, под видом руководительства общественными запашками, покосами, пастьбой, орошением и т. п.37.

Сведения Н. П. Тульчинского подтверждаются преданиями самих кумыков, собранными сословно-поземельной комиссией. Так, в одном из них говорится, что земли, занятые кумыками как и Кельбахе, так и по левой стороне р. Сулак, составляли "общую собственность народа кумыкского и каждый мог пользоваться землями совершенно свободно и бесплатно. Султан-Мут, дети его и потомки пользовались землею наравне со всеми, не имели никакого права на ясак или булка и в народе не было никогда обычая давать им подать"38. Далее здесь говорится, что князья кумыкские со времен Султан-Мута первоначально жили в согласии с кумыками, а потом начали притеснять народ "всякими несправедливостями". Многие из них различными подарками привлекали влиятельных в народе узденей и с их помощью, а также с помощью родственников, эмчеков и аталыков насильственно захватывали лучшие земли и имущество частных лиц и вообще старались подчинить себе народ. Но народ никогда не подчинялся их власти и сохранял свою самостоятельность39. Подобные сведения содержат и другие предания, в том числе и старейших жителей Кумыкской плоскости гуенов и тюменов40.

В одном из преданий, сообщенных аксаевскими жителями Арслан-Аджием, Шахманом Казаковым и Хозыри Адум Чопановым говорится о приглашении аксаевцами внука Султан-Мута Алибека "для управления аксаевской деревнею". От него и пошли все фамилии аксаевских князей. "За несколько лет до прибытия Алибека в Аксай земли, занимаемые деревнею, были разделены между узденями и вообще между свободными людьми. По прибытии Алибека жители отделили ему от себя часть земли, удобной для хлебопашества и покосов, и, видя недостаточное его состояние, состоящее из одного холопа Сабана и холопки Тамары и одной пестрой коровы, дозволили ему пользоваться штрафными деньгами, налагаемыми по народному обычаю на виновных за разные преступления"41. Впоследствии аксаевские беки разными подарками склоняли на свою сторону узденей и кадиев, имевших влияние в народе, и с их помощью стали самопроизвольно главенствовать в делах общественных и шариатских и притеснять народ. А тех, которые отстаивали права свои, оговаривали перед русским начальством, выставляя неблагонадежными и изменниками - чем устрашали народ и заставляли повиноваться себе42.

Интересны показания и кумыкских беков. Согласно им, потомки Султан-Мута в пятом колене разделили между собой как кумыкские земли, так и доходы с салатавцев, ауховцев и Качкалыка, вскоре после прибытия Петра I на Кумыкскую плоскость43. Что касается вопроса о поземельной собственности, то нет сомнения, что права на эту собственность никогда не были определены ни у кумыков, ни у ногайцев в юридическом смысле, но очевидно, что кумыкские владельцы, по мере того как вследствие занятия русскими Кумыкской плоскости теряли свое политическое значение, старались взамен того укрепить за собой право поземельной собственности и в итоге несравненно больше причин признать это право за теми, чем за каким-нибудь другим сословием или ногайцами44. Подобные сведения мы находим и в работе Д. М. Шихалиева "Рассказ кумыка о кумыках". Согласно им, все мелкие кумыкские селения находились на землях княжеских или узденских. На общих землях всех аксаевских князей жили качкалыки, ауховцы и салатавцы, которые давали им раз в год мерку хлеба с дома и несколько баранов со стад. "Наиболее плодоносная полоса земли, пересекаемая речками Аксай-су, Яман-су, Ярык-су и Акташем, до само го Сулака, по подошвам Чеченских, Ауховских и Салатавских гор была разделена князьями, в 4-м колене после Султан-Мута, т.е. около начала XVIII столетия, на участки, по числу княжеских отдельных родов; на каждый из этих участков проведены были из вышесказанных рек канавы и каждая канава с полосою, ею на поле орошаемою, назначена была в вечное пользование свободным лицам и чагарам за известную, незначительную в пользу князей работу"45. Возле каждого бекского рода образовывались особы кварталы, чтобы быть ближе к тому роду, на земле которого им назначено было работать46.

Бекские владения расширялись за счет освоения и захвата пустопорожних земель. На этих землях строились селения. Немалую роль в этом сыграла и русская администрация на Кавказе. Одному только эндиреевскому беку Алишу Хамзину была пожалована от русского правительства земля, принадлежавшая костековским князьям Бурчебиям, которые в результате измены России вынуждены были бежать в горы47. Алиш Хамзин на новой земле своей, с разрешения начальства крепости Святой Крест, населил Костек, восстановил селение Байрам-аул и не отказывался от прав своих на родовые земли близ Эндирея48. Сохранилась грамота, данная Алишу Хамзину, по указу императрицы Анны, наследным князем Людвигом Гессен Гамбургским, в которой говорится, что "пожалован Андреевской деревни Алибек Хамзабеков сын в деревню Костек командиром, которому повелевается через нас, чтобы он всех своих узденей, да Гиреевских узденей; и протчих той деревни прежних обывателей и вновь ежели кто в той деревне селица возжелает, ласкостию принимать и поселять и множить и той деревни, всякими угодьями: полями, сенными покосами и лесом и водами ему Алиш-беку владеть как Гирей владел..."49.

Еще один Эндиреевский бек, Казий Темиров, получил разрешение от князя Потемкина основать селение Кази-юрт и иметь паром через реку Сулак. Казий Темиров присвоил себе окружные пустопорожние земли и умер бездетным50.

Согласно Д. М. Шихалиеву, кумыкские беки после наделения всех обитателей края "должными пропорциями земли и после пожалования отдельных участков некоторым узденям", занимали постепенно земли казаков крепости Святой Крест и Аграханского войска, которые были труднополивными. Так как эти земли не предназначались, в то время к обработке, то их отвели под кутаны, которые отдавались внаем на зиму для пастьбы баранов салатавцам, гумбетовцам, койсубулинцам и даже акушинцам. Доход с них был большим. Летом все стада сгонялись в горы. Тут князьям и узденям представлялся другой источник "беспрерывных доходов". "Имея в Салатавии лучшие во всем Дагестане пастбищные горы, они отдавали там места на откуп. Каждый кутан или каждая гора могли кормить от 3 до 6 тыс. баранов в известный период года, и каждое из этих угодий стоило откупщикам не менее 50 баранов годовалых и 12-ти кусков сыра, весом в 12 футов каждый"51.

Главным отличием бекского землевладения в Засулакской Кумыкии от бекского землевладения в шамхальстве Тарковском является то, что основой первого являлась фамильная собственность князей на землю. Ф. И. Леонтович писал, что у засулакских кумыков существовали два вида поземельной собственности: "общее владение, т. е. земли, принадлежащие целой фамилии, и частное, - составляющие собственность одного только лица..."52. Подобные сведения сообщает и Н. Дубровин53. Однако, анализируя материалы, собранные сословно-поземельной комиссией, в том числе и сведения, сообщенные самими кумыкскими беками, мы приходим к выводу, что главной и основной была фамильная собственность князей на землю. Личной владельческой бекской земли фактически не существовало. Даже если бек и приобретал каким-либо путем участок земли, то он после его смерти составлял собственность целой фамилии или же сразу включался в родовую бекскую земельную собственность. Интересно в этом плане сообщение бека Арслан-хана Уцмиева, в котором говорится, что "имения кумыских князей находятся в первобытном состоянии, не разделенными между участниками, каждая фамилия владеет землями, занятыми на Кумыкской плоскости одним из своих предков..."54. "Отцы наши, сыновья деда нашего Темира, шесть братьев Хасбулат, Казий, Кара-Мурза, Девлет-гирей, Исмаил и Шепи во время своей жизни не делили оставшееся от князя Темира имение; как-то: земли, кутаны, деревню, а все, что у них было общим, и каждому выделилась следуемая часть из доходов..."55 - писал бек Гебек Темиров. . .. '

В письме аксаевских беков Адиля и Асева Алибековых говорится о земельном споре между отцами их Аджиевьми и Мусою и Хамаматом Уцмиевыми и указывается, что земли "Тутурасъ" и "Чувальской эки ара" должны принадлежать по равной части каждой фамилии князей56. И наконец, согласно сообщениям всех беков засулакских, "земли всегда составляли их родовую собственность"57.

На каких же правах засулакские беки владели землей? Согласно их сведениям, сословно-поземельной комиссии, беки всегда владели землей, а народ, поселившийся на их земле, был им подвластен, отбывал булка и вносил ясак. За владельцами всегда было право дарить земли по их усмотрению, в потомственное пожизненное владение, а также продавать земли как пустопорожние, так и населенные. В землях населенных владельцы могли брать для себя пахотные и покосные участки, сколько им понадобится, а равно могли раздавать такие участки своим приближенным узденям и другим лицам58.

По сведениям почетных представителей от народа, земли "искони" принадлежали народу нераздельно с владельцами; народ пользовался всей землей, внося только ясак или отбывая булка на владельческих бийликах, обеспечивающих их потребность. Если владелец дарил или продавал земли, то жители находились к новому собственнику в тех же самых отношениях, как и к прежнему, - а потому порядок пользования землей для народа в этих случаях не изменялся. Пахотные и покосные бийлики; выделяли владельцам жители, а сами владельцы не могли брать бийликов более, указанных народом. Владельцы удаляли только таких жителей, которые не приносили никакой пользы обществу или были вредны для общества, но и таких людей удаляли не иначе как с согласия общества. Пахотные и покосные места владельцы давали своим приближенным тогда только, когда таковые оставались от жителей59.

Итак, как мы видим, эти показания расходятся в одном: князья настаивали на своем абсолютном праве владения землей, а жители говорят о совместном владении и некоторых льготах князей в наделении общинной землей. Как нам думается, в старинных кумыкских селениях, таких, как Эндирей, Аксай, Костек, Кельбах, владение землей происходило совместно, беки не могли стеснить в правах общины этих селений, в особенности тех жителей, чьи предки поселились на плоскости задолго до прихода Султан-Мута: сюда мы включили сала-узденей, гуенов и тюменов и часть узденей других категорий.

На своих землях беки основывали новые селения, которые заселяли жителями из различных мест, наделяя их землей, т. е. большую часть своей земли беки отдавали народу, который должен нести им незначительные (об этом еще будет сказано в следующем разделе - А. А.) повинности. Другую часть своей земли беки раздаривали сала-узденям, аталыкам, эмчекам, второстепенным узденям, причем во многих случаях с правом наследственного пользования, и, хотя эти земли нужно относить к условным, данным за службу, со временем они считались уже собственностью получателей. Создавалась следующая ситуация: князья считали землю ссвоей, ссылаясь на право сильнейшего, однако народ продолжал считать собственником земли себя совместно с князьями, называя последних пришельцами.

Многие дореволюционные авторы, как А. М. Буцковский, Ф. И. Леонтович, Н.Т. Тульчинский, считали засулакских кумыкских беков абсолютными собственниками земли, такого же мнения придерживающей и исследователи С. В. Юшков, Р. М. Магомедов, С. Ш. Гаджиева, Б. Г. Алиев. Однако, на наш взгляд, такая постановка вопроса является не совсем точной. Беки были собственниками земли, однако им: 1) не удалось присвоить себе земли старых сельских общин; 2) те земли, которые раздавались ими на правах условного владения, со временем считались собственностью новых владельцев; 3) после того, как в начале XVIII в. произошел раздел земли между бекскими фамилиями, переделов (земельных) больше не происходило, и "народ, сроднившись со своими местами, доставляющими им хлеб и все содержание", считал их своей собственностью60. Это и дало, как нам думается, основание Д. М. Шихалиеву утверждать, что "князья кумыкские суть ограниченные владетели земли и только покровители народа"61. Являясь представителем этого народа, зная все адаты и стороны жизни кумыкского общества, будучи вхожим в бекские и узденские круги, Д. М. Шихалиев, на наш взгляд, сумел лучше других уловить противоречивость земельно-правовых отношений кумыков. Об этом Шихалиев резюмировал в 1848 году. В этой связи нам думается, что в рассматриваемый нами период бекское землевладение было еще более ограниченным.

По своему положению вслед за беками находились чанки, делившиеся на две категории: чанки-беки и простые чанки. Согласно адатам, чанки могли владеть земельными угодьями в случае, если их отец - бек при жизни своей выделил им какой-либо удел. По наблюдениям В. Линдена, чанка чаще всего после женитьбы или по достижении совершеннолетия, "получив при жизни или после смерти отца незначительную долю из отцовского имения, выселяется из родительского дома и затем уже не только не может претендовать на наследство отца, но и не считается членом его фамилии"62. Иногда шамхальские чанки получали в управление целые селения, как это было в Альбурикенте или в селении Атлы-боюн, а иногда им давались лишь повинности с селения или же с части его63. В Засулакокой Кумыкии чанкам поручалось управление некоторыми кварталами больших селений. Так, чанки из рода Темировых в Эндирее управляли кварталом Ачаган-аул64.

Чанка-беки по отношению к доставшейся на их долю части отцовского имущества пользовались теми же правами, что и беки чистокровные, в отношении пользования землями и представленными им в управление селениями они имели одинаковые права с беками. Они получали повинности от поступавших в их управление зависимых поселян, передавали свои имущественные права по наследству и т. п. В отличие от чанка-беков просто чанки не имели права на поземельное наследование. Они владели земельной собственностью в том случае, если отцы их при жизни своей выделяли им часть65. Не имея в своей зависимости поселян, чанки последней категории владели, на правах узденей, в составе свободных сельских обществ участками земли и наравне с прочими жителями селения пользовались общественными угодьями66.

У беков и чанков наследование "недвижимым имением" происходило по адату67. Беки получали свои земли по наследству - "назру". Согласна источникам, "за владельцами всегда было право дарить земли по их усмотрению в потомственное или пожизненное владение", "каждый владелец недвижимого и движимого имущества может передавать по назру кому хочет, минуя прямых наследников мужского пола"68.

Согласно показаниям кумторкалинских беков, женщина не получала части из недвижимого имущества69, однако, беки обязаны были заботиться о представительницах своей фамилии и при выходе замуж давать им хорошее приданое. Схожий и в то же время несколько отличный обычай существовал в Засулакской Кумыкии. По наблюдениям Д. М. Шихалиева, когда в Эндирее умер последний князь рода Урусхановых - Давлетука, после него осталась только одна дочь. По "семейным правам" князей, выморочный удел должен быть разделен на две части, одна из которых должна поступить в дом Казаналипа, а другая Айдемира. Впрочем, были князья, которые, желая получить удел во владение, сватали дочь Давлетука70.

Мелкое феодальное землевладение.

Помимо крупного феодального землевладения, у кумыков, в основном засулакских, существовало и мелкое феодальное землевладение. Надо отметить, что об этом виде владения землей не говорится ни в одной работе, которая каким-то образом касалась земельно-правовых отношений кумыков. К мелкому феодальному землевладению мы относим земли сала-узденей, которых все исследователи причисляют к феодальному сословию. У сала-узденей, потомков древних обитателей кумыкской плоскости, имелась такая категория земель, которую нельзя отнести ни к условному, ни к частному мюльковому землевладению узденей-общинников. Это те земли, которыми фамилии сала-узденей владели исстари, которые не были пожалованы им князьями, и поэтому нельзя их отнести к условному землевладению. Так как сала-уздени стояли несравненно выше других категорий узденей, и почти все исследователи относят их к сословию мелких феодалов, то наследственные сала-узденские земли не могут быть отнесены и к частному мюльковому землевладению узденей-общинников.

К сожалению, сведений об этом виде землевладения очень мало. По мнению Д.. М. Шихалиева, сословие сала-узденей сохранило до сих пор (т. е. до конца первой половины XIX в. - А. А.) неприкосновенные свои земли, какие когда-либо само приобретало или от князей получало71. Владеть землей с проведенной на ней канавой помимо князей могли только сала-уздени72. По сведениям Ф. И. Леонтовича, кумыкские беки, разделив между собой всю землю, оставили неприкосновенными владения тех узденей, которые по богатству и силе имели большой вес в народе или кто заслужил подобное своей верной службой73.

Н. Дубровин писал, что все первостепенные уздени имели собственные земли чагаров и рабов74. Г. Г. Османов, автор статьи "Кумыки, их нравы, обычаи и законы" называет сала-узденей "древними хозяевами земли, независимыми дачниками, которые гордились своим известным происхождением, богатством, уступая первенство одним лишь князьям"75. А. Белобородов называет их "независимыми дворянами", "древними хозяевами земли", "свободными владельцами"76. У сала-узденей, как и у беков, существовала фамильная собственность на землю.

Условное землевладение

Другой формой феодального землевладения было условное землевладение, образовавшееся в результате земельных пожалований. Те или иные лица наделялись земельными участками за несение службы, выполнение различных поручений. В кумыкских феодальных владениях землей на правах условного владения наделялись, в основном, уллу-уздени шамхальства Тарковского, сала-уздени и второстепенные уздени Засулакской Кумыкии.

Сала-уздени, кроме своих наследственных земель, имели земельные владения, пожалованные им беками. По наблюдения Д. М. Шихалиева, "сала-уздени обязаны личною и потомственною службою князьям, (как жалованные от них на условиях постоянной преданности дачами. Если уздень принадлежит к фамилии сала, он непременно должен иметь хотя бы в числе своих родственников владельца особого квартала и пользоваться доходами с земли поочередно или по старшинству лет"77. Согласно свидетельствам засулакских беков, их предок Султан-Мут "по получении от отца своей части", "из подвластного, ему народа некоторых оставил жить по-прежнему, других же сделал своими узденями и эмчеками, подарил землю и воду..."78. Потомки Султан-Мута осыпали сала-узденей "различными благодеяниями, дарили им земли, невольников и оружие". Зато последние, обязаны были верою и правдою служить князьям, не щадя в случае нужды своей жизни79.

В рассматриваемый нами период хороший уздень без труда мог получить от бека землю, которой было много, так как плоскость кумыкская была слабо заселена и "раздача земли, не отягощала ни князя, ни жителей, которым единожды навсегда были указаны достаточные участки, удовлетворявшие все их жизненные потребности"80.

Беки наделяли сала-узденей землей на плоскости, им были пожалованы некоторые кутаны, которые сдавались в аренду и приносили большой доход. Кроме того, уздени наделялись пастбищными местами в горах или доходами с населенных участков, т. е. они имели не только право обора повинностей, поступавших раньше в пользу феодала, но и право управления известной частью территории, входившей в состав удела данного бия. Земли сала-узденей, живших в Эндирее, были "не обширны, но в самых лучших местах, и все поблизости деревни"81.

Князья дарили земли предкам сала-узденей Темировых. Земли были подарены и эндиреевским узденям Казбековым, аксаевские уздени Азнауровы также были пожалованы землями. Обе эти узденские фамилии были причислены к сословию "сала" - "не по происхождению, а по земле"82.

Сала-уздени занимали отдельные кварталы в крупных селениях. Так, в Эндирее был Сала-аул - "квартал Сала-узденей Кандауровых и Паштовых. В Аксае Каджар-аул составлял квартал сала-узденей Тавлуевых. В Костеке сала-узденям Токаевым принадлежал квартал Ханакай-аул"83.

Сала-уздени Баташовы, происходившие из кабардинских узденей первой степени, в сословно-поземельной комиссии предъявили фирманы персидских шахов от 1660 и 1705 годов о том, что предки их владели в Ширване тремя селениями: Гихван и Коросузали и пользовались с них поземельными доходами. Предки первостепенных узденей Карабудаковых служили в шахском конвое и получали жалование по ходатайству и предъявлению шамхала Тарковского84.

Что касается второстепенных узденей, то так как из них часто выбирались аталыки для бекских сыновей, "пользующихся отличными почестями, то во время работ князья уступают им иногда свои бийлики как для пахоты, так и для сенокоса"85.

Согласно сведениям Д.М. Шихалиева, сала-уздень, оставивший своего князя и переселившийся в другое селение, "лишается права на землю, на родине оставшуюся, и если не приобретает на новом жительстве земли с канавою и с кварталом, то должен стать наряду с второстепенными узденями, хотя и будет называться Сала"86.

Условное землевладение являлось следствием наличия крупного феодального землевладения, как основы феодального способа производства.

Мюльковое землевладение лично свободных узденей-общинников

Одной из распространённых форм землевладения было мюльковое землевладение лично свободных узденей-общинников. По мнению Р. М. Магомедова, в Дагестане, как и в Азербайджане, термином "мюльк", наряду с крестьянской, наследственной собственностью, обозначались ханские земли, земли беков и других феодалов, общинное владение и всякое недвижимое имущество87. Согласно И. П. Петрушевскому, "мюльк" - это "частное владение недвижимостью, преимущественно землею, отчуждаемое по наследству и признаваемое шариатом"88.

Говоря о шамхальстве Тарковском, Х-М. О. Хашаев писал, что мюльки являлись частной собственностью отдельных крестьян, и простые уздени имели мюльки, переходившие по наследству. Наличие мюльков на территории шамхальства объясняется тем, что "большинство сельских обществ образовалось задолго до прихода на равнину шамхалов, и они успели закрепить за собой земли"89.

Согласно мнению В. Линдена, "при издавна установившемся почти повсеместно в Дагестане подворно-общественном характере землевладения (в подворном - усадьбы, сады и пахотные земли, - тогда как пастбища, сенокосы и леса составляют предмет общественного пользования) право собственности получило наивысшее развитие в отношении земель, состоявших в подворном владении"90. "Мюльки, - продолжает он, - всюду образовывались путем обращения никому не принадлежащих, или общественных неудобных земель в плодородные расчисткой их из-под леса, камня, болота и камыша, орошением их и т. п., причем для увеличения площади удобных земель приходилось прилагать упорный труд, нередко доставляя на малейшие каменистые выступы плодородную землю и удобрение на вьюках и на собственных плечах"91.

Мюльки имелись у южных кумыков, шамхальцев и в небольшом количестве у засулакских кумыков. Согласно сведениям сословно-поземелъной комиссии, жители селения Башлы имели "небольшие участки пахотной и покосной земли, расчищенные ими из-под леса, принадлежащие на правах собственности каждому отдельному хозяину (мюльки)"92.

Согласно сведениям, сообщенным жителями Кумторкалы сословно-поземельной комиссии, они владели собственными домами, мюльками, а также поливными и неполивными участками. "Собственные наши дома и поливные мюльки мы передаем по наследству, по шариату детям мужского и женского пола, продавали во все времена и продаем кому пожелаем без ограничений и завещаем мечети"93. Далее сообщается, что более половины узденей вовсе не имело мюльков94.

По показаниям жителей селения Истису (квартал Тарков), некоторые из них в небольших площадях имеют собственные покосные, пахотные и садовые земли, наследственные мюльки, иногда приобретенные покупкою95. А вот жители селения Атлы-боюн имели в своей собственности дома со дворами, но земли все считались принадлежащими общине-джамаату96. Не имели мюльков и жители Бойнака97.

Около половины жителей селения Кафыр-Кумух имели в наследственном владении мюльки, самый большой из которых был 25 каб, а малый - 2 кабы98.

По показаниям представителей от карачи-чанков селений Гелли, Карабудахкента, Губдена и Эрпели, жители этих селений имели земли, которые считали своей собственностью и как таковую могли свободно отчуждать "посредством дара, продажи или передачи по наследству"99. В Капчугае уздени помимо имеющихся в их пользовании бекских земель владели и собственными землями. В этом селении "земля, закупленная у бека узденем, становится эго собственностью (мюльком)"100. По существовавшему обычаю, в селении Эрпели общественная земля, занятая и расчищенная с разрешения общества, делается собственностью расчистившего101. В Губдене как уздени, так и беки имели свои кутаны. По адатам этого селения, лица, желающие продать свою недвижимость, обязаны предварительно уведомить об этом соучастников и совладельцев, не пожелают ли они приобрести продаваемую землю. Если они откажутся от покупки, то объявляется о предстоящей продаже обществу. Когда и оно откажется, тогда только земля может быть продана постороннему лицу. Продажа была двойная: продавался или только известный доход, например, баранами, или же полное право собственности102.

Право купли-продажи своих собственных земель имелось почти во всех кумыкских селениях. Согласно адату, жители вышеупомянутого селения Истису всегда были вправе продать или завещать мечети как собственность свою, дома со двором и "свои собственные полевые мюльки"103. Жители селения Кафыр-Кумух также имели право продавать свою недвижимость, "не спрашивая никого позволения"104.

В адатах некоторых селений шамхальства Тарковского отражено право женщины на наследование недвижимости. В Кумторкале дома и полевые мюльки передавали по наследству, по шариату, детям мужского и женского пола105. В селах Темир-хан-шуринского округа женщины наравне с мужчинами могли самостоятельно владеть землей. Даже беки, устранявшие вообще, согласно бекскому адату, женщин от наследства, признают действенность назра, сделанного в пользу женщин106. Правом владения землей обладали женщины в селениях Оглы, Кака-Шура, Параул и Губден107.

Как уже отмечалось, в Засулакской Кумыкии владельцев мюльков было гораздо меньше, чем в шамхальстве Тарковском. Причини этого, думается, заключалась в том, что здесь долгое время отсутствовала частная собственность на землю. Вплоть до первой половины XVIII в., земля, согласно источникам, находилась в общем пользовании беков, сала-узденей и сельских общин. Земли было много и не было надобности делить ее на частновладельческие участки-мюльки, С первой половины XVIII в. началось закрепление земли за беками, т. е. началась борьба между привилегированными сословиями и сельскими общинами. Свободные общинники-уздени просто не успели и не смогли закрепить за собой
землю на правах личного владения. Даже древнейшие жители Кумыкской плоскости гуены и тюмены владели землей на правах общинного пользования.

Однако, согласно местным адатам, если человек расчищал от леса (который по старинному обычаю всегда был общим достоянием) участок земли, то он переходил в его собственность и назывался уже его именем. В этой связи интересен спор между князьями Уцмиевым и аксаевцем Балгиши Хаджаакаевым из-за участка земли, лежавшего по левой стороне реки Аксай площадью в 771 десятин. Князья Уцмиевы утверждали, что эта земля их, так как была вырублена в их собственном лесу. Однако, согласно показаниям Балгиши, стало известно, что его предок именем Обай вырубил в лесу поляну, которая стала называться Обайталою и составляла его прямую собственность, переходившую по наследству. В результате суда, где судьями были избраны уздени, участок был предоставлен во владение Балгишиевым, так как аксаевский лес никогда не принадлежал князьям Уцмиевым, а являлся общественным достоянием108.

Как и в шамхальстве Тарковском, земли могли приобретаться и путем покупки у беков и сала-узденей. Так, согласно сведениям князей, даже чагары имели право покупать землю и никто им в этом не мог препятствовать109.

Основным отличием мюлькового землевладения от условного и общинного являлась принадлежность мюльков к наследственной и полной собственности своих владельцев. Их можно было продать, подарить, передать по назру, завещать мечети. Нередко наследницами мюльков становились женщины. Передача мюльков в наследство происходила по шариату.     

Общинное землевладение

Наиболее распространенной формой землевладения у кумыков (наряду с бекским землевладением) была общинная форма. Общинное владение землей у народов Дагестана известно под названием джамаатской земли. Это земли, находившиеся в собственности общины как территориальной единицы, куда входили все члены данной общины. Сюда относились пастбища, торы, выгоны леса, которые являлись общинно неделимыми, а также пахотные участки и сенокосы, которые подвергались постоянному переделу110.

У кумыков весьма распространенным являлось общинное владение на пахотные земли. В селении Башлы общественные пахотные и покосные земли подвергались ежегодному переделу между всеми жителями на равные части: сначала земля делилась на шесть равных участком по числу магалов, а потом уже каждый магал
делил доставшийся участок на равные части по числу дворов. Если в каком-то магале было больше дворов, то избыток дворов причислялся к тому магалу, где их меньше111. У башлинцев имелся и кутан, которым они владели совместно с беками и имели право пользоваться на этом кутане землями под хлебопашество, а беки правом отдавать этот кутан в зимнее время под пастьбу баранов112.

Общественные пахотные земли имелись и в селениях Утамыш, Мюрего, Алхаджакент и Каякент113. По-видимому, между джамаатами этих селений происходили частые споры из-за земли. В таких случаях уцмий собирал собрания из жителей селений, на которых определялись границы. Об одном из таких собраний свидетельствует документ, хранящийся у нас. Этот документ относится к 1793-1794 гг. и написан на трех языках: арабском, фарсидском и кумыкском. В документе говорится:

"Я, уцмий, собрав людей из соседних селений в Алхожакенте, провел большое собрание. На этом собрании отметили границы селений и поставили большие камни. С правой стороны вокруг видны высоты Отемиша (Утамыш - А. А.) ... От Магли да Гамры-горы все Отемишское... Курган Чор, который возвышается над речкой Гамри... Гора Чор видна из Гасанкента, оттуда ведет дорога в Башлыкент. Засыпанная камнями возвышенность, ниже ее расположена возвышенность Када. Земли, расположенные от брода Жанали до самого моря, принадлежат каякентцам.

Земли Гаша: места, где пас коз хромой Гаджи. Недалеко от соленого моря имеется кутан. Все эти земли принадлежат Хожакенту и Гасанкенту. И еще плоскость, которая тянется вдоль канавы Чаганай.

Чертов кутан Гинчакы отводится Алхожакенту и Гасанкенту.

Земли Мургана: сенокосы, расположенные у подножия гор, отводятся уцмиям. Возвышенность Акташ, которая видна из Отемиша, принадлежит Магри. Возвышенность, расположенная около Лагарна, называется Марюх".

Немалое количество земельных угодий принадлежало сельским общинам шамхальства Тарковского. Согласно материалам, собранным сословно-поземельной комиссией, общество Тарков ежегодно разделяло земли на Герменчике между жителями селения. "ю и всякому жителю, имеющему пару быков, давали две кабы земли и не имеющему быков столько же, а имеющему больше рабочей скотины давали больше земли, которой довольно много, хотя половине земли дается отдых каждый год"114. Здесь же на Герменчике раздавались и покосные земли: "в иной год по 6 каб, а в другой по 3 кабы каждому хозяину"115.

По сведениям жителей селения Агач-аул, их сельское общество "со времен дедов и прадедов" распоряжалось всеми землями, лесами и "прочими угодьями, принадлежащими обществу в собственность"116.

Жители Кумторкалы имели неподалеку от селения "отдельную общественную землю Кокрек, пастбищную". Эта земля была площадью до 8 тысяч каб. Помимо этого имелись и пахотные земли. При дележе джамаатской земли каждому узденю доставалось от одной до двух каб земли117.

Согласно показаниям жителей Атлы-боюна, земля вокруг селения, а также земли Кокрек и Талы во все времена были собственностью джамаата: "предки наши не получили эти земли ни от шамхала Тарковского, ни от кого другого, а сами с давних времен заняли те земли и беспрепятственно пользуются ими и никому за пользование ими никогда ничего не платили"118. Эти сведения были подтверждены и чанкой, управляющим селением119.

В селении Кафыр-Кумух имелось небольшое выгонное место, принадлежавшее джамаату. Общество селения имело общее покосное неполивное место Карантай120. В селении Губден общественные пахотные земли находились в местечках Джанга и Манас121. Обществу селения Гелли принадлежало с давних времен право распашки земли на всей горе Гелли-карт, составляющее собственность нескольких лиц122. Общественные земли имелись и селениях Кадар, Эрпели, Карабудахкент и других. В Карабудахкенте при разделе общественной земли в местности Гирей-Туз сначала выбирали для себя участки без жребия местные беки, каждый по 8 каб посева и воду в надлежащем количестве, затем таким же порядком выбирали для себя чанки по 4 каба посева, а оставшееся пространство распределялось по жребию между узденями, по расчету на каждого по 2 каба земли123.

В шамхальстве были и такие селения, которые владели землями, подаренными шамхалами. Так, по местным адатам, если житель селения Альбурикент переселялся в другое место, то усадьбу свою он оставлял в пользу чанков селения, а земельные участки сельскому джамаату, так как землю Талы, где жители производили свои распашки, подарил общине шамхал. В Талах уздени временами производили передел земли по жребию124.

По сведениям жителей селения Шамхал-Янги-юрт, земли Айдемир-кутана и Кичи Кочхар-кутана являлись общественными, по даренными джамаату шамхалом Тарковским125.

Как уже отмечалось, в Засулакской Кумыкии до первой половины XVIII в. основной была общинная собственность на землю. Однако в результате раздела земли между беками многие сельские общины были лишены земли. Хотя жители селений получали участки земли и довольно крупные, однако эти земли формально считались уже бекскими.

Общинное землевладение сохранилось у древнейших обитателей края гуенов и тюменов. Хотя Султан-Мут и сыновья его Айдемир и Казаналии утвердили за ними их собственные земли, но гуены и тюмены в продолжение многих лет вынуждены были бороться "со всевозможными препятствиями, мешавшими им воспользоваться своим достоянием, и результатом всей их деятельности и справедливых усилий было то, что они сохранили до сих пор (т. е. до первой пол. XIX в.) неприкосновенными свои права на поземельную собственность". В XIX в. гуенам принадлежали превосходные земли неподалеку от Эндирея, по берегу реки Сулак, выше Темир-аула. Тюменам принадлежало урочище Бурунчак за Сулаком126. Можно предположить, что в рассматриваемый период им принадлежало больше земель. В Эндирее на правах общественного пользования владели землей жители Бараган-квартала127.

В Аксае общественные земли имелись в Билит-квартале, Сабанай-квартале, Тюмень-квартале и Тюбен-квартале128. По сведениям Д. М. Шихалиева, Сабанай-квартал имел собственный участок с канавою. В нем всякий, кто входил в общину, вправе был называться "хозяином земли"129.

По наблюдениям Б. Г. Алиева, в Дагестане в некоторых обществах, входивших в одну и ту же территориальную политическую единицу, в совместном пользовании имелись пахотные земли. Подобное можно было встретить и в некоторых кумыкских селениях. Так, селение Каякент и Алходжакент имели в совместном владении кутан Алходжакент-Туз. Большие пахотные поля находились в совместном пользовании обществ селений Мюрего и Утамыш. Кумторкалинцы и кяхулаевцы совместно пользовались местностью Оргазган130.

Вакуфное землевладение

По мнению С. В. Юшкова, к числу особенностей дагестанского феодализма относится то, что вакуфов было мало и вакуфы были незначительны. Земельные участки, принадлежащие мечетям, не превышали участков зажиточных узденей131. Подобный факт обнаруживается и у кумыков.

Р. М. Магомедов в своей работе отмечает, что в шамхальстве Тарковском мечети имели свои земли. "Распоряжались ими кадии и муллы, и весь доход использовали на нужды мечети и обслуживающего персонала. Земли обрабатывались крестьянами. Кроме того, мечети имели доход от вакуфных земель и "заката", т. е. 1/10 урожая крестьянина. В зависимости от общего наличия скота в пользу мечетей выделялся также крупный и мелкий рабочий скот"132.

Земли при мечетях в шамхальстве, несомненно, были, в пользу мечети делались пожертвования, однако нам не удалось обнаружить в источниках указания на то, что жителями шамхальства выплачивался закат как церковная десятина. На наш взгляд, местные жители, кроме повинностей в пользу феодалов, других повинностей не несли. Сомнительно и то, что помимо примечетских земель существовали и специальные "вакуфные земли", в этом отношении, думается, прав С. В. Юшков.

Отдельные упоминания о мечетском землевладении встречаются в материалах сословно-поземельной комиссии. Так, согласно сведениям жителей Кумторкалы, они имели право завещать мечети свои мюльки133. Подобное делали и жители Тарков134. Могли дарить земли мечетям шамхалы и беки, однако, как нам думается, эти земли были незначительными и их нельзя причислить к отдельной категории вакуфных земель.

Отрывочные сведения имеются и о мечетском землевладении в Засулакской Кумыкии. По словам Н. Дубровина, народ "мало уделял на содержание духовенства, все надежды которого возлагались на князей. Муллы жиги в основном за счет беков, а для кадия собирали подать с народа"135. Скорее всего это были добровольные пожертвования крестьян мечетям скотом, зерном и прочим.

По этому вопросу Ф. И. Леонтович пишет: "Избранный в муллы по-прежнему продолжает обрабатывать землю, если только он ее имеет, ездит на войну и ходит в набеги, как и всякий мирянин"136. Далее он пишет, что "у кумык муллы и кадий, независимо от подаяний, получаемых ими при погребениях, получают от общества содержание из добровольных пожертвований. Кроме того, некоторые муллы и кадий имеют доход от заката, который дают из доходов набожные люди (из него мулла может удержать третью долю, а также из десятой доли от процента, который торговцы получают от капиталов и товаров). Впрочем, по большей части хозяин сам раздает закат бедным, а если и поручает это иногда мулле, то в таком только случае, когда мулла пользуется особым его доверием и уважением. Тогда возлагается на совесть муллы уделить в мечеть из части заката, приходящейся на его долю"137.

Как видно из данного сообщения, духовенство жило в основном за счет добровольных пожертвований поселян, а не за счет десятины и доходов с вакуфных земель. Д.-М. Шихалиев, подробно описавший земельные отношения в Засулакской Кумыкии, о мечетском землевладении ничего не сообщает, надо думать, что оно выло незначительно или его не было вообще. Муллы и кадии могли иметь земли как члены определенной сельской общины, однако обрабатывать их, согласно Ф. И. Леонтовичу, должны были сами. Земельно-правовые отношения кумыков отличались сложностью и противоречивостью. В рассматриваемый нами период у кумыков имелось шесть видов земельной собственности:

  1. крупное феодальное землевладение,
  2. мелкое феодальное,
  3. условное землевладение,
  4. мюльковое землевладение,
  5. общинное,
  6. примечетские земли.

Последний вид включал в себя незначительное количество земель. Основными видами землевладения являлись крупнофеодальное и общинное.

К оглавлению


Copyright © 2007 | Кумыкский мир