Кумыкский мир

Культура, история, современность

Единственная, неповторимая

Великая актриса Барият Мурадова

Прочитав в газете "Дагестанская правда" о знаменательном событии в культурной жизни республики - открытии памятника замечательной актрисе Барият Мурадовой - первой народной артистке СССР не только в Дагестане, но и на Северном Кавказе, я предалась светлым воспоминаниям об этом удивительном человеке, с которым была дружна многие годы.

Завершив жизненный путь на этой бренной земле, ушла в мир иной великая актриса Барият Мурадова, оставив в наших сердцах свой бессмертный образ. У Расула Гамзатова есть восьмистишие по этому поводу, правда, давно написанное и, возможно, подзабытое. Впору вспомнить:

Слава, не надо, не трогай живых,
Что ты о людях знаешь?
Даже сильнейших и лучших из них
Ты иногда убиваешь.
Слава, ты мертвым нужней, чем живым,
Им ты не помешаешь.
Мертвых горячим дыханьем своим
Ты навсегда воскресаешь.

Барият любят, ценят, и каких бы прекрасных слов в ее адрес мы ни написали, это не будет преувеличением, ибо она является самой высокой звездой дагестанской культуры, а в театральном искусстве - настоящим явлением.

И вообще, вся замечательная плеяда Мурадовых во главе с родоначальником Татамом Мурадовым удивительно талантливая и заслуживает бесконечной признательности дагестанского народа, особенно кумыкского, за тот вклад, который она внесла и продолжает вносить в развитие его культуры. И Бурлият Ибрагимова из той плеяды. В своей книге "Откровение" она описывает свою, порой нелегкую судьбу в искусстве и тепло вспоминает о своей славной родословной.

фотоС Барият у меня связаны самые светлые воспоминания. По натуре я театралка. Из всех видов искусства театр люблю больше всего. Мне посчастливилось посмотреть много хороших спектаклей и в Москве, и в Ленинграде, и в Махачкале, и за рубежом, а главное, увидеть в них выдающихся актеров - Тарасову, Гоголеву, Раневскую, Жарова, Лебедева, Царева и многих других. А пишу об этом для того, чтобы засвидетельствовать, что наша Барият никому из великих актеров не уступала. Вообще-то сравнение - неблагодарное дело, да и неблагородное. Любимого человека не следует сравнивать с кем бы то ни было. Да и не такой я великий знаток искусства. Ценитель, любитель - да! Великий Станиславский, например, называл Барият Ермоловой Кавказа. Сожалею: Ермолову видеть в спектаклях мне не пришлось, а вот театр ее имени на улице Горького (теперь Тверская) в Москве посещать любила.

В связи с Барият вспоминается Декада дагестанского искусства и литературы в Москве в 1960 году. Те годы, надо сказать, были годами высокого подъема и расцвета искусства и литературы.

На Декаде наша республика была представлена национальными театрами. Несмотря на языковой барьер, спектакли прошли с огромным успехом, потому что играли в них талантливые актеры. Кумыкский выступал на сцене Кремлевского театра. На его спектаклях присутствовали секретари ЦК КПСС: Фурцева, Поспелов, Мухитдинов. Они, как и весь зал, с восторгом восприняли спектакль, а игру Мурадовой отметили как необычайно талантливую.

По итогам Декады шло награждение. Все было лимитировано. Только одно место дали для присвоения звания народного артиста СССР. Конечно же, в каждом театральном коллективе были достойные этого звания, но Барият была вне конкуренции, она и стала единственной не только в Дагестане, но и на всем Северном Кавказе актрисой, которая получила это высокое звание.

В те годы народ избрал ее депутатом Верховного Совета СССР, и на этом поприще она трудилась самоотверженно. Чтобы оправдать доверие людей, часто с ними встречалась, оказывала возможное содействие в решении их проблем.

Барият любят, ценят, и каких бы прекрасных слов в ее адрес мы ни написали, это не будет преувеличением, ибо она является самой высокой звездой дагестанской культуры

Барият была очень близким мне человеком. Вспоминаю, как часто с какого-либо мероприятия мы возвращались поздно домой пешком. А мы - это все, кто жил в районе улицы Советской: Шихсаид Шихсаидов, Муминат Велибекова (моя пожизненная подруга и бессменный председатель ревизионной комиссии обкома партии), ее муж, тоже руководящий работник, бравый полковник Шейх-уль-Ислам Велибеков (генералов у нас тогда почти не было) и я. И каждый раз мы непременно останавливались под окнами Барият (жила она в доме на площади Ленина) и пели ей серенады. Барият тут же выглядывала из окна и закатывала ответную. Несмотря на поздний час, никто из соседей не возмущался, напротив, раздавались аплодисменты "цыганскому табору" внизу и солистке наверху.

Иногда всей ватагой мы вваливались к ней домой, чему она, как нам казалось, была очень рада, и тогда веселились порой до утра - пели, танцевали под ее гармонь или агач-кумуз, слушали шутки, прибаутки, анекдоты, которых у нее, да и у других было великое множество. Кто-то из наших умудрялся тайком позвонить и пригласить живущего неподалеку Тажудина Гаджиева, и тогда они - Молла Насреддин и его жена Джумайсат - выдавали нам такие импровизации, такие сценки, что смеху нашему не было удержу... При этом хочу заметить, что при каждом посещении очага Барият я не переставала любоваться ее портретом кисти незабвенного, талантливого М. Джемала в образе героини из спектакля "Айгази", который висел на центральной стене ее гостиной. Уж больно хороша была Барият в этом образе, да и в жизни тоже. Здорово, что художники запечатлевают такие личности, дабы ласкали они глаза потомков и навевали добрые мысли.

В каждый свой приезд из Москвы в республику я непременно общалась с Барият. А когда вернулась совсем, Барият была прикована к постели и ни слова о ней не было слышно. Зная наши отношения, люди стали расспрашивать меня, что с Барият, почему о ней ничего не известно? Парадокс. Все, что я смогла сделать, так это накинуться на своего друга, народного писателя Дагестана, талантливого публициста Камала Абукова за это молчание. Вскоре порадовалась появлению в "Дагправде" прекрасной статьи Магомеда Атабаева о Барият с тем же ее великолепным портретом кисти Джемала. Не знаю, состоялся ли разговор Камала с ним, но думаю, что в любом случае это был порыв сердца поэта, в юности влюбленного в Барият. "А кто же в нее не был влюблен?" - констатирует сам Магомед. Анна Керн утверждала: "Кто меня не любит, тот просто нездоров...". Эти слова я отношу и к Барият.

Сегодня нет среди нас Барият, но ее жизнь, ее судьба стали жизнью и судьбой ее народа. Далеко не у каждого человека так складывается, далеко не каждый может этим похвалиться. Барият одна из тех, кто делал историю своего народа, своей республики. И потому ее жизнь и творчество заслуживают глубокого исследования. Писатели в долгу перед ней и не столько перед ней - ей это уже не нужно, сколько перед народом, который породил этот талантище. Следовало бы создать большое художественное произведение об этой великой женщине и актрисе. Это и стало бы достойным памятником Барият Мурадовой.


Опубликовано:
Газета "Дагестанская правда", 28.07.2010

Размещено: 31.07.2010 | Просмотров: 3479 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.