Кумыкский мир

Культура, история, современность

Ногайцы в Терско-Сулакском междуречье

Ногайцы - это народ с яркой историей, обладающий неоспоримым культурным своеобразием. В XVI-XVII вв. миллионы ногайцев населяли обширные просторы от Тургайской возвышенности на востоке, до Днестра на западе. В силу череды трагических обстоятельств на сегодняшний день в пределах России проживает лишь около ста тысяч ногайцев, которые к тому же не имеют своей автономии и живут сравнительно немногочисленными компактными группами в различных регионах страны.

Одним из таких регионов является Дагестан. Здесь ногайцы являются коренным населением в Ногайском, Тарумовском, Кизлярском, Бабаюртовском районах и в посёлке Сулак. Ногайцы последних двух муниципальных образований, уже 400 лет проживающие в ближайшем соседстве с кумыками в Терско-Сулакском междуречье (в исторических документах Кумыкская плоскость), образуют особую общность внутри ногайского народа, известную в исторических документах как кумыкские ногайцы. Это свое название они получили вследствие длительного проживания на Кумыкской равнине и исключительного использования в общении кумыкского языка, воспринимаемого ими как родного. Именно этой до сих пор достаточно мало изученной группе ногайцев и посвящена моя статья.

Своё исследование мы начнём с самого начала, то есть с анализа родоплеменного подразделения ногайцев Терко-Сулакского междуречья. В середине XIX в. в документации царских чиновников фигурировали следующие крупные кубы (роды) ногайцев Кумыкского округа: конгурат, ас, серкели, костамгалы, яглыбай, казанкулак, канглы, ашамайлы, агач, найман, джанбек-аджи, мажар, кипчак, уйгур, батракай, байдар-бай, садак, алаш, бекши-кади, уйсунь, бури и другие1 .

Большой интерес представляет совпадение названия куба (рода) ас со средневековым этнонимом ас, который обычно отождествляют с аланами. Среди аксаевских и костековских ногайцев асы не уступают по численности ни найманам, ни кыпчакам2. Известный учёный В.А. Кузнецов считает асов (аланов) потомками усуньского рода ашыг (языг)3. Усуни в древности были могущественным народом, господствовавшим в Семиречье (около озера Балхаш) на рубеже I тысячелетия до н. э. и I тысячелетия н.э. Прямым потомков усуней считается и упоминавшийся выше ногайский род уйсунь. Любопытно, что по этногенетическим преданиям XIX в. прародитель кумыкского рода (по старокумык. "урукъ", "кавум") тюмен был родным братом прародителей уйсуней, по преданию их отца звали Майка-Бий4. В казахских преданиях вышеназванный Майка-Бий фигурирует как мудрый законодатель, основавший суд биев5.

Появление асов в дельте Терека ногайские учёные И.Х. Калмыков, Р.Х. Керейтов и А.И. Сикалиев в своей совместной работе "Ногайцы" связывают с татарским нашествием6, когда асы во главе со своим племенным вождём Качир-Оглу примкнули к античингизидскому восстанию кыпчакского хана Бачмана Альбури. Во второй половине XIII в. асы и, упоминаемые Ибн Хальдуном, "умуки" (видимо искажение этнонима "кумуки") объединились вокруг командующего западным крылом Золотой Орды Ногая7. После его гибели асы временно оказались в тени масштабных событий XIV в. и незаметно жили вдоль реки Терек вплоть до ассимиляции ногайцами, которым асы передали свои предания о древней истории Северного Кавказа. Таким образом, в этногенезе современных ногайцев участвовали не только мангыты, найманы, курлеуты, но и ассимилированные ими ранние северо-кавказские тюрки в лице кыпчаков и асов. Интересен факт, что у кумыков первый известный мусульманский деятель носил характерное имя Ас-Эльдер (дословно: "асский предводитель") (ум. ок. 1404 г.)8. Это свидетельствует, что в XIV в. имя асов было не чуждо и им. Асов-аланов можно считать одними из общих предков карачаево-балкарцев, ногайцев и кумыков.

Первое значительное переселение ногайцев на соприкасающуюся с кумыками территорию Северо-Восточного Кавказа произошло, по аргументированному мнению крупнейшего специалиста в истории ногайцев В.В. Трепавлова, в последней четверти XVI в. при зяте шаухала Тарковского бие Урусе9. Этот брак на дочери шамхала (кумык. "шаухала") Тавлу-Бегим ознаменовал его присоединение к прокрымскому военно-политическому блоку. Как указывается в русских источниках 1580-х гг. в это время "турской султан и крымский царь, Большие Орды нагаи заволжские и Казыев улус (тоже самое, что и Малая Ногайская Орда, располагавшуюся в междуречье Дона и Кубани), и кабардинские черкасы, и горские кумытцие люди, сложась заодин безпрестано в государеву землю приходили войною". В 1580-е гг. постоянной юго-западной границей Ногайской Орды, как свидетельствовал сын Уруса и Тавлу-Бегим Хан, являлась река Кума10. К югу от Кумы находилось малолюдное Тюменское княжество, ядро населения которого составляли кумыки из уже упоминавшегося выше рода тюмен11.

В первой половине XVII в. Большая Ногайская Орда столкнулась с надвигающимся с востока многочисленным войском калмыцких князей (тайш). Не сумев, в силу очередной внутренней распри, разбить противника, ногайцы вынуждены были постепенно отступать на Северный Кавказ. В частности ногайский мурза Карашаим Иштереков скрылся в Кабарде у своего тестя князя Алегуки Шеганукова12.

Узнав в 1635 г. о бедствиях постигших ногайцев, правитель Эндиреевского княжества (бийлика) Солтан-Мут (Султан-Махмуд) обратился к ногайскому кейковату Джан-Мухаммеду и мирзам его группировки с посланием, в котором им советовал: "близко быть к горам и к нам, чтобы вместе противостоять врагам, тем более что от отца вашего Исмаиля мы были други и братья"13.

Преследуя отступающих из Поволжья на Кавказ ногайцев разгромленной Большой Ногайской Орды, в конце 1643-начале 1644 гг. значительные отряды калмыков под командованием тайшей (князей) Орлюка и Лаузана перешли Волгу и продвинулись на юго-запад. Основные силы калмыков прорвались на территорию Кабарды и были там разгромлены объединённой армией Малой Ногайской Орды и их северокавказских союзников. Меньшая часть калмыков во главе с тайшой Даян-Ерки, 4 января 1644 безуспешно атаковала русскую Терскую крепость, в тот же день отошла от нее, переправилась через Терек на южную "кумыцкую" (так в документах) его сторону. Отсюда калмыки двинулись на Брагунское ханство, однако, встретив здесь кочевья мурзы Больших Ногаев, уже упоминавшегося выше Карашаима Иштерекова, напали на них и "погромили". Другие ногайские мурзы, Янмамет и Куденет успели укрыться в Эндирее. Под Эндиреем отряд Даян-Ерки вступил в бой с ногайцами и эндиреевскими кумыками, возглавляемыми Казаналпом сыном Солтан-Мута и будучи наголову разбит, отошел в междуречье Терека и Аксая (так тогда назывался вовсе не современный Аксай, а один из протоков в дельте Терека). Около 20 января 1644 г. калмыки переправились обратно на северный берег Терека и ушли в Поволжье . Видя военную мощь пришельцев с востока, правительство Романовых забыло о вчерашних своих союзниках ногайцах, и всячески стало укреплять над ними власть калмыцких феодалов.

В 1651 г. по приглашению Сурхай-шамхала в Кумыкию из под Астрахани откочевал со своим улусом ногайский владелец Чобан-Мурза Иштереков. Для возвращения Чобан-Мурзы "под царскую руку" в Тарковское шамхальство было отправлено свыше семи тысяч царских солдат и дружины союзных Москве северокавказских феодалов. На Герменчикском поле, к северо-западу от Тарков произошло кровопролитное сражение между царской и кумыкско-ногайской армиями, завершившееся победой шаухала и его ногайского созника. Объясняя свой союз с ногайским правителем шаухал Сурхай писал астраханским воеводам: "...мы, кумыки, от отцов своих, кунаков имеем и бережём"15. Ногайцы расселились в Кумыкии ("на Кумыцком берегу") от устья Терека до устья реки Шура-Озень. Те ногайцы, которые "кочевали близ трёх отдельных лесов, называемых именем Караагач (чёрный лес), из которых один возле Брагунов, другой ниже Андреева (селения Эндирей), третий за Сулаком" получили название карагачи или по-другому кондуры16. В первой трети XVIII в. калмыкские тайши, поощряемые царской администрацией увели этих ногайцев к Астрахани17.

В Терско-Сулакском междуречье остались ногайцы, подвластные феодалам, сохранявшим в первой трети XVIII в. российскую политическую ориентацию. По свидетельству немецкого учёного Гюльденштедта, относящимся к 1770-м гг. в Кумыкии имелось 44 аула ногайцев, из которых 8 находилось под властью Аксаевских князей, 12 под властью эндиреевских (в их число традиционно включались и костекские)18.

В последние годы получил известность такой документ как "Прошение кумыкских ногайцев". Комментатор прошения Г.М.-Р. Оразаев подчёркивает его многослойность и выделяет в нём 4 отрывка, соединённых не столько общим содержанием, сколько общим адресатом. Анализ этого документа показывает, что он полон анахронизмов и неточностей. Например, в рассказе о первой половине XV в. упоминаются персоналии, жившие в XVI-XVII вв. Это в частности Казий сын Орака (ум. в 1576 г.) и Карабаш-Камбулат. Утверждение о том, что на равнине никто кроме ногайцев не жил в их время является совершенно ничем необоснованным, ибо тот же Карабаш-Камбулат (вторая половина XVII в.) был вассалом кумыкских князей (в частности шамхала Будая). В связи с прошением уже возникли необоснованные гипотезы. В качестве примера этому можно привести утверждение кандидата исторических наук Т.М. Айтберова о том, что кумыки появились в "Буйнакской котловине" (кстати, чисто географический, лишённый всякого исторического смысла топоним) в XVI в. и что их правитель Андий-Шаухал при этом насильно вытеснил южных ногайцев (придуманный Т.М. Айтберовым термин) на север19. Кумыкские старожилы в Буйнакском районе, по свидетельству моих знакомых любителей старины Руслана Сунгурова и Сапиуллы Багаутдинова (оба уроженцы Буйнакского района), сохранили предания, о том, что ногайцы впервые появились в Кумыкии в войске Тамерлана, а затем через некоторое время ушли обратно за Терек20. Само наличие этих устных преданий, передававшихся из поколения в поколение, свидетельствует о том, что Т.М. Айтберов не прав и кумыки наличествовали как этнос уже к моменту появления Тамерлана, не зря среднеазиатские историки в XV в. упоминают среди завоеванных Тамерланом земель и "все области кумыков"21. В прошении указывается дата 844 г. (1441 г.), как рубеж, после которого власть над всей равниной перешла к Шаухалу. Эту дату авторы, вероятно, почерпнули в одном из местных источников. Она фигурирует также в работах Али Каяева и Ахмеда Джевада22.

Вторая половинная документа посвящена жалобам ногайцев на притеснения со стороны аксаевских, эндиреевских и костековских феодалов. Однако если вчитаться в текст, то видно, что там нет никакого национального подтекста, вследствие, что такие, а иногда же и более худшие притеснения князья оказывали собственным односельчанам и землякам. Продажа князьями общинных земель чужакам (армянам, русским, евреям) одинаково била по интересам и ногайских и кумыкских крестьян. В том же документе, например, приводится пример как князья Хамзаевы "не давали покоя" казиюртовским кумыкам и даже порезали скот их князя Девлет-Герея Темирова23.

"Прошение кумыкских ногайцев" помимо прочего свидетельствует, что ущемление интересов ногайцев на Кумыкской равнине началось только в конце XVIII - нач. XIX в., при активном соучастии царских административных органов. Ответом на такие притеснения была поддержка ими идей газавата и мюридизма. Н.А. Волконский отмечал, что "андреевские и костековские ногайцы примкнули к осаждающим крепость Внезапную". Многие из них вместе с восставшими эндиреевцами ушли вслед за имамом Гази-Магомедом в горы24.

Натянутые отношения у ногайцев сложились с казаками, необоснованно претендовавшими на южный берег реки Терек. Об этом свидетельствует среди многих прочих, следующий отрывок: "1 июня 1857 г. был получен исправляющим должность Главного Кумыкского пристава капитаном Базиным, писанный за № 146 30 мая 1857 год на Магоматовом посту рапорт о том, что Кизлярский полк не знаю на каком основании присвоил себе на правом берегу реки Терек земли, издревле принадлежавшие кумыкам и другим народам, обитающим на Кумыкской плоскости и требовал подать от ногайцев за земли, как будто собственно им (кизлярским казакам) принадлежащие. Между тем от 15-го апреля 1833 г. казаки по правую (южную) сторону реки Терек земли не имеют. Пристав кумыкских ногайцев поручик Козловский"25.

Апогея политика дискриминации ногайцев отдельными работниками царской администрации достигла уже после окончания Кавказской войны, в 1860-е гг. Архивное свидетельство этого содержит "Журнал Общего присутствия Терского областного правления". В нём в частности сказано о безвозмездной передаче князьями кумыкскому народу и аксаевским ногайцам рыбных промыслов № 5 и об умолчании администрацией новообразованного Хасав-Юртовского округа сведений об этой передаче. Поведение местной администрации областным начальством было признано противозаконным, но доходов с рыбных ловель за период с 1867 по 1887 г. народу так и не вернули. Главным "лоббистом" антикумыских и антиногайских интересов в данном вопросе выступал "уполномоченный Главноуправляющего землеустройством и земледелием на Кавказе", ссылавшийся в своем нежелании допускать население к рыбным промыслам на то, что у местных жителей якобы и так вдоволь земли и потому в доходе с рыболовства они не нуждаются26. Чиновнику, видимо, не пришло в голову, что эти доходы можно было бы потратить на строительство больниц или школ в Хасав-Юртовском округе.

Но даже в неблагоприятных условиях второй половины XIX в. земельные наделы ногайских хозяйств не уступали, а зачастую и превышали, по площади земельные наделы кумыкских семей. Отдельные ногайцы по своему богатству превосходили даже князей. Например мужукайский ногаец Темирболат был состоятельнее владетеля хутора Ахай-Отар костекского князя Ахая Хамзаева. По выражению информатора этнографа С.Ш. Гаджиевой старожила Ильяса Камбулатова: "Темирболат имел в два раза больше богатства, чем владелец отара Ахай-бий, сколько хотел, столько пахал, сколько хотел столько косил, сколько хотел, держал скот"27. Как видим частные примеры свидетельствуют, что о тотальном ущемлении прав со стороны князей речи быть не могло.

В XIX в. ногайцы всё больше отходили от традиционных для них овцеводства и верблюдоводства, занимаясь в основном рыболовством, сенокошением и земледелием. Став уже сугубо осёдлым народом, аулы они покидали не из-за отгона скота, а чтобы поехать на заработки в Петровск и Кизляр или на базар в слободу Хасав-Юрт.

Помимо Хасавюртовского округа ногайцы административно входили и в состав Темир-Хан-Шуринского округа, где ими был образован ряд маленьких аулов под общим названием Таргу-Ногай. В 1872 г. дагестанский генерал-губернатор Меликов в своём письме к начальнику Терской области писал о желании тарковских ногайцев осесть на землю и заняться фруктовым садоводством и виноградарством, для чего было необходимо провести к ним воду из канавы Толма, протекающей на территории Терской области28. В итоге совместно принятых дагестанским и терским губернаторами мер, к концу XIX в., местные жители перешли к осёдлому образу жизни и в качестве жилищ использовали сакли, построенные из песчаникового камня. Крупнейший из таргу-ногайских аулов, носил имя Герменчик (в документах середины XIX в. - Адиль-Герменчик). Он располагался в междуречье старого (Куру-Койсу) и нового протоков Сулака29. В начале XX в. управление Таргу-Ногайским обществом было вверено приставству рыб-промысла "Кут". Последним же старшиной этого общества являлся Касым Бий-Киши-оглы. Он и старшина другого ногайского селения Губечи-Аул Баммат-Хаджи получили в декабре 1916 г. от правительства медали с надписью "За усердие"30. Муллой сельского общества Таргу-Ногай в 1913 г. был Нур-Магомет Ибрагимов31.

В XIX в. крупнейшим селением ногайцев Терско-Сулакского междуречья являлось Тамаза-Тюбе. За ним следом шли Геме-Тюбе, Тота-Юрт (часть населения переселилась из него в Каплан-Юрт (ныне Баба-Юрт)), Мужукай, Хасанай, Токсанак, Караяр-Аул, Кара-Озек, Оразгул-Аул, Янглыбай, Иргаклы, Борла-аул, Казан-Кулак, Омар-Аул, Хабжай-аул, Карасакал, Найман, Аликазган-аул, Ялан-Гечув, Махмуд-Аул, Абдуразак, Имангазы, Балык-Аул, Бакыл-Куб, Толма-Куб, Золки, Байтыге, селение Князя Хамзаева (так на картах) и другие. Немало их жило тогда и живёт сейчас в общих с кумыками селениях Туршунай и Бабаюрт, в связи, с чем показательно, что два старых квартала Бабаюрта и сегодня носят название Кумукавул и Ногайавул.

В первые два десятилетия советской власти крупнейшим населённым пунктом тарковских ногайцев был Ас-Аул. Рядом с ним располагались селения Хум-аул, Губечи-аул и Мектеб. Все эти сёла вплоть до 1944 г. административно входили в Бабаюртовский район Дагестана. По первой советской переписи 1926 г. ногайцы проживали в 45 аулах Бабаюртовского района, многие из которых были по сути лишь разросшимися хуторами. Подобное широкое расселение позволяло ногайцам с большой выгодой использовать имевшиеся в их пользовании обширные земельные угодья.

Президиум Бабаюртовского райсовета депутатов трудящихся 26 августа 1941года (с началом ВОВ) обратился с ходатайством перед Президиум Верховного Совета ДАССР "О ликвидировании Ас-Аульского сельского совета", который в свою очередь 28 февраля 1942 года обращается с аналогичной просьбой к Президиум Верховного Совета РСФСР. В результате Ас-Аульский сельский совет с 14 ногайскими населенными пунктами был ликвидирован Указом Президиума Верховного Совета (далее ПВС) РСФСР от 22 апреля 1942 года "О ликвидации Ас-Аульского сельского совета Бабаюртовского района ДАССР, включив его территорию в состав Львовского совета". Все 14 населенных пунктов входящих в сельский совет ликвидированы. Бакильаульский сельский ликвидирован постановлением ПВС ДАССР от 08.02.1947 года и переименован в Бакилькубский сельский совет. Указом ПВС ДАССР от 26.02.1957 года сельский совет упразднен. Из 5-ти населенных пунктов входивших в сельсовет ликвидированы все. Территория вошла в Новобирюзакский сельский совет Крайновского района. Аликазганский сельский совет был переименован в Новокосинский сельский совет. Из 17 населенных пунктов входящих ранее в сельсовет, ликвидированы 16. Тамаза-Тюбинский сельский совет вошел в состав ДАССР по декрету ВЦИК от 20.01.1921 года в составе первого участка Хасавюртовского округа из Чеченской области, с 1928 года вошел в Бабаюртовский район. Протоколом №8 ПВС ДАССР от 2 апреля 1948 года ликвидированы населенные пункты Караяр-аул и Хабжай-аул. В последствии ликвидированы населенные пункты Казан-кулак, Новая Надежда и многие другие. Из 7 аулов входящих в сельский совет, ликвидированы 6. Схожая судьба постигла и кумыков Бабаюртовского района, которых из маленьких сёл и хуторов, которые в скорой перспективе могли разрастись в сёла, переселили в райцентр сел. Бабабюрт или другие крупные сёла района, а все прежние имеющиеся у них земельные угодья передали в фонд отгонно-пастбищных земель других районов32. Сегодня кумыки и ногайцы составляя 60% населения Бабаюртовского района, имеют в своём распоряжении менее 13% всей земли в районе33.

Отдельно необходимо сказать о демографии ногайцев Терско-Сулакского междуречья. В период между 1871 и 1897 гг. отмечена колоссальная убыль ногайского населения в Хасавюртовского округе. Для сравнения их численность в Геме-Тюбе сократилась с 190 семей до 108 семей, то есть убыль равняется 82 семьям. В Кара-Озеке численность ногайцев за этот период упала с 266 до 180 семей, а в Мужукае с 339 до 216 семей. Аналогично высокие потери населения были в Тамаза-Тюбе и среди жителей Бакыл и Толма кубов. Причиной столь резкого уменьшения населения, по мнению представителей администрации округа, являлись большая смертность и переселение части ногайцев в Даргинский округ34. Следует также обратить внимание на данные людских потерь за годы гражданской войны. Они свидетельствуют о снижении численности ногайцев на 45,3% по сравнению с довоенным периодом35. Лишь в советские годы наметился неуклонный рост численности ногайского населения в исследуемом регионе. Мы, к сожалению, не располагаем новейшими данными по численности ногайцев Сулакского региона и можем ориентироваться лишь на данные переписи 2002 г., согласно которой в Бабаюртовском районе на момент переписи проживало 7122 представителя ногайской национальности. По посёлку Сулак Кировского района Махачкалы мы располагаем данными лишь за 1995 г., согласно которым здесь тогда проживало 1998 ногайцев36. 5 тысяч ногайцев (в большинстве своём выходцев из Ногайского района РД) на 2002 г. проживало в самой Махачкале, находящейся чуть южнее традиционной территории проживания ногайцев. По нашим прогнозам численность ногайского населения в Терско-Сулакском междуречье по данным ближайшей переписи, возможно, превысит 12 тысяч человек.


1. ЦГАРД Ф. 105. Оп. 5. Д. 16. Л. 3 об

2. Калмыков И.Х., Керейтов Р.Х., Сикалиев А.И. Ногайцы, 1988. С. 19

3. Аликберов А.К. Эпоха классического ислама на Кавказе. М., 2003. С.181

4. ЦГА РД Ф. 105. Оп. 5. Д. 4. Л. 28; ЦГА РД Ф. 105. Оп. 5. Д. 18. Л. 64

5. Касымжанов А. X. Портреты: Штрихи к истории Степи. Вып 1.Алматы., 1995. С. 41-42

6. Калмыков И.Х., Керейтов Р.Х., Сикалиев А.И. Указ. соч. С. 12

7. Золотая Орда в источниках (арабские и персидские сочинения). М., 2003. Т. I. С. 173

8. РФ ИИАЭ ДНЦ РАН. Ф. 30. Оп.2. Д. 108. Л. 49.

9. Трепавлов В.В. История Ногайской Орды. М., 2002. С. 364

10. Там же. С. 365

11. Лавров Л.И. Кавказская Тюмень // Из истории дореволюционного Дагестана. М. 1976, С.163;

12. Бегеулов Р.М. Центральный Кавказ в XVII-первой четверти XIX века: очерки политической истории. Карачаевск, 2009. С. 105; Необходимо прибавить, что чуть позже его улус размещался вблизи от кумыкского селения Брагуны (равнинная территория современной республики Чечня).

13. Трепавлов В.В. Указ. соч. С. 422

14. Шмелёв А.С. Русско-дагестанско-калмыцкие политические отношения в XVII в. // Источник: Кавказ. Балканы. Передняя Азия. Махачкала, 2004. Вып.2 (9). С. 228

15. Гаджиева С.Ш. Кумыки. Махачкала. 2005. С. 262

16. Шихалиев Д.М. Рассказ кумыка о кумыках. Махачкала, 1993. С. 22-23

17. РФ ИИАЭ ДНЦ РАН Ф. 1. Оп. 1. Д. 58. Л. 36

18. Рук. фонд ИИАЭ ДНЦ РАН Ф. 3. Оп. 1. Д. 584. Л. 41-42

19. Айтберова Т.М. Мусульманская элита кумухского корня. Махачкала, 2008. С. 28

20. Полевой материал автора

21. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды (Пер. В. Г. Тизенгаузена). М.-Л.: Издательство АН ССС, 1941. Т. II. С. 123, 183

22. Цит. по: Алиев К.М. Дорогою тысячелетий: кумыки и их этнородственные связи. Махачкала, 2004. С. 26

23. Оразаев Г.М.-Р. Тюркоязычная деловая переписка на Северном Кавказе XVII-XIX вв. Махачкала, 2007. С. 216

24. Кидирниязов Д.С. Взаимоотношения ногайцев с народами Северного Кавказа и Россией в XVI-XIX вв. Махачкала, 2003. С. 179

25. ЦГА РД Ф.236. Оп.2. Д. 5. Л. 9

26. РФ ИИАЭ ДНЦ РАН Ф. 1. Оп.1. Д. 211. Л. 49-50

27. Гаджиева С.Ш. Аталычество и побратимство в Дагестане. Махачкала, 1995. С. 57

28. ЦГА РД Ф. 147. Оп. 4. Д. 2. Л. 12 (об)

29. Памятная книжка Дагестанской области. - Составитель Е.И. Козубский. Темир-Хан-Шура, 1895 . С. 393.

30. Дагестанские областные ведомости, 25 декабря 1916 г. № 52

31. ЦГА РД Ф 2. Оп. 1. Д. 70. Л.177

32. С механизмами подобной передачи земель можно ознакомиться в статье Ю. Карпова "Незавидная судьба Кази-Юрта" // Ёлдаш. 2009. № 42, 43-44 (Времена. Вып. 212), рассказывающей о трагической истории кумыкского селения Кази-Юрт.

33. С этой и другой информацией о земельных проблемах кумыков и ногайцев можно подробно ознакомится в интернете, в частности на сайтах kumukia.ru, noghay-halk.narod.ru, noghayel.info, noghaici.ukoz.ru и interkavkaz.info

34. ЦГА РД Ф. 147. Оп. 5. Д. 2. Л. 10

35. Магомедов А.Д. Некоторые вопросы социально-экономического развития доколхозного аула Дагестана // Социально-экономические и культурные преобразования в Дагестане. в 1920-1970 гг. Махачкала, 1977. С. 46

36. Алиева В.Ф. Ногайцы: этнодемографический портрет // Возрождение. Ногайцы. Махачкала, 2006. № 9. С. 71-72.


Статья была публикована в историко-этнографическом альманахе "De Caucaso" - Карачаевск, 2009. С 51-60 и в сборнике "Дагестан вчера и сегодня страницы истории: межвузовский сборник статей" - Махачкала, 2010. С.32-40.

Размещено: 24.02.2010 | Просмотров: 10891 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.