Кумыкский мир

Культура, история, современность

Казахи и венгры: общие исторические корни

Посвящается памяти Конгура И. Мандоки

Общая картина исторического процесса становления казахской и венгерской народности свидетельствует о чрезвычайной его сложности, о специфике сути и направленности этнического развития на протоказахской и протовенгерской территориях. Вместе с тем исторические реалии далекого прошлого подчас рельефно обнаруживают взаимосвязанность такого процесса и общность исторических судеб двух народов. Об этом же говорит и единство ряда этнокомпонентов, вошедших в состав казахов и венгров, равно как имеющие у них место лингвистические, топономические, антропономические и антропологические параллели.

Этнический аспект взаимосвязей двух народов рельефно проявляется, прежде всего, на примере групп мадиярских, куманских и кыпчакских племен, сыгравших существенную роль в процессе формирования казахов и венгров. Как известно, средневековые тюркоязычные кыпчаки явились основным ядром в образовании казахского народа, а мадиярские племена стали консолидирующей основой при сложении венгерского народа.

Казахско-венгерские взаимосвязи своими корнями уходят в глубь веков и ассоциируются с историческими процессами, которые протекали на территории Западного и Северного Казахстана и в смежных с ними областях Западной Сибири, Приуралья и Поволжья. На просторах этой обширной лесостепной и степной полосы в эпоху древности и раннего средневековья наблюдались этногенетические процессы, основным содержанием которых было взаимодействие и смешение сармато-аланских, угорских, прототюркских и тюркских племенных групп.

На различных этапах исторического процесса и в разных географических областях этническое развитие казахского и венгерского народов было обусловлено участием разнообразных этнических компонентов в формировании их племенных объединений в ходе этнокультурных связей, политических перипетий и миграционных передвижений народов и племен. Накопленные археологические материалы по этноисторическим контактам в эпоху древности позволяют полагать, что в I тыс. до н.э. в лесостепной полосе Западной Сибири и Севера Казахстана проходило формирование общности прототюркских и угорских племен, в состав которых входили протомадиярские племена. При этом районом наибольшей концентрации древнеугорской топономии отмечается область в междуречье Ишима и Иртыша[1]. Отдельные группировки древнеугорских племен, вероятно, в то время достигали Северного Прикаспия. Во всяком случае, на это указывает остеологический материал древних венгров, обнаруживающий сходство по важнейшим таксономическим признакам с находками сарматского времени Западного Казахстана[2]. Следовательно, имеются основания считать, что сарматские племена занимали определенное место в этногенезе венгров и казахов.

Кочевники-скотоводы, сарматы в основной своей массе были ираноязычны и являлись потомками савроматов, близких сакам (или скифам по западным источникам) по языку, образу жизни и культуре. Одной из характерных черт той эпохи ранних кочевников было распространение на обширной террритории от Керулена и Хуанхэ до Дуная так называемого "звериного стиля" (IX-III вв. до н.э.). В этой связи при раскопках кургана "Иссык" (Семиречье) были обнаружены наиболее интересные и выразительные материалы, связанные с убранством \'"Золотого человека"[3]. Гигантский "коридор", по которому проходила миграция с востока на запад значительных масс кочевников, соответствовал Евразийской аридной зоне - зоне степей, перемежающейся горными хребтами и речными долинами, начинающейся со степных просторов Монголии и Северного Китая и заканчивающейся на западе ковыльной равниной по Дунаю и Тиссе.

В эпоху сарматов появились первые отряды тяжеловооруженной конницы, так называемые катафрактарии. Влияние сарматского племенного союза на население соседних областей и стран было значительным. Многочисленные сведения греко-римских письменных источников повествуют о крупных передвижениях сарматов на запад и их проникновении в начале I тыс.н.э. на средний Дунай. Вплоть до нашествия гуннов сарматы принимали активное участие в международных событиях того времени. Археологические данные указывают на хозяйственно-культурные контакты и взаимодействия сарматов с народами и племенами Центральной Азии и Восточной Европы, в том числе Казахстана и Венгрии.

В первой половине I тыс.н.э. в этнополитической истории Казахстана и Венгрии возросла роль кочевых племен Внутренней Азии (Inner Asia). Во II в. н.э. началось массовое проникновение гуннов (сюнну, хунну по китайским летописям) из Монголии в Восточный Казахстан и Семиречье. В районе Прибалхашья и Тарбагатая они создают государство Юебань, просуществовавшее до V в. Другая ветвь гуннского объединения, в состав которых вошли и угорские племена Западной Сибири, мигрировали в Приуралье, Приаралье, Приаральские и Прикаспийские степи, оттеснив на запад аланов и асов. В первой половине IV в. грандиозные массы кочевников гуннов, подчас весьма разнородных, но консолидированных вокруг мощного прототюркского этнического пласта, достигли степей Восточной и Центральной Европы. Эпоха Великого переселения народов в значительной степени изменила этническую и политическую карту Центральной Азии и Европы. С миграцией гуннов связан важный этап распространения тюркских языков по всей территории их расселения. Прошедшие изменения как в Казахстане, так и в Венгрии отражали пеструю этническую структуру гуннской державы и сложность исторических процессов, связанных с их продвижением. Главным хозяйственным занятием гуннов было кочевое скотоводство. Однако они знали и другие хозяйственно-культурные типы, как оседлость и земледелие, имели города и поселения. У гуннов превосходно было организовано войско, его основу составляла подвижная, маневренная конница. В целом в Венгрии и Казахстане гунны оставили заметный след в этнической, хозяйственной и культурной жизни коренного населения.

В этнокультурной жизни Центрального и Западного Казахстана V-VI вв. запечатлели себя и авары (или жуань-жуани, жужани по данным китайских источников). Каганат аваров возник в Монголии в IV-V вв. Хозяйственной основой общества также было кочевое скотоводство. В 552 г авары были разгромлены алтайскими тюрками. После этого часть аваров (около 100 тыс. человек) мигрировала на запад. Этническая атрибуция аваров не ясна. Впрочем, судя по титулам их знати (каган, тудун, югур, тархан), раскрывающихся с позиции тюркского происхождения, авары были тюркоязычным народом[4]. Тем не менее конфедерация аварских племен представляется этнически смешанным объединением.

В 568 г многочисленные аварские племена, обладая сильной политической властью, заняли земли по обоим берегам Дуная, где создали новое государственное объединение - Аварский каганат На территории Венгрии авары занимались полукочевым скотоводством. Организация войска строилась по принятой в Азии десятичной системе. Как и у гуннов, духовная жизнь аваров основывалась на шаманизме и языческих обрядах. Они знали руническое письмо. В IX в. авары сошли с исторической арены. Их место заняли пришедшие с востока мадиярские племена.

Таким образом проблема общих древних предков казахскою и венгерского народов, а именно до периода политического возвышения собственно мадиярских и кыпчакско-куманских племен, во многом была связана с племенными массивами сарматов, гуннов и аваров.

С особой интенсивностью этнические взаимосвязи и взаимопроникновения наблюдались на последующем этапе исторического развития между кыпчакскими племенами и древними венграми (мадиярами).

На современную территорию Венгрии мадиярские племена мигрировали из своей прародины (Magna Hungaria). В этой связи большая группа ученых склонна считать, что в IV-V вв. значительная часть угров в общем потоке миграции на запад переместилась из Западной Сибири в Приуралье и Поволжье В их составе были предки венгров древние мадияры, которые сложились здесь в конфедерацию племен[5]. Можно также указать на точку зрения, высказанную в научной литературе о том, что ареалом процесса преобразования лицевого скелета венгерских предков явилась область от Волги до Мугоджарских гор[6]. В эпоху раннего средневековья территория компактного расселения древних венгров находилась в непосредственном соседстве с Волжской Болгарией, во многом совпадающей с пределами современной Западной и Центральной Башкирии, на что показывают булгаро-венгерско-башкирские этнонимические параллели[7]. На этой земле мадияры были зафиксированы средневековыми арабскими и персидскими авторами, в историко-географических трудах, которых содержится краткая, но вместе с тем разнообразная информация о них относящаяся к VIII - нач. IX вв. Ареал расселения отдельных группировок мадиярских племен, очевидно, был достаточно широк. Во всяком случае, булгаро-мадиярские племена достигали Прикаспийских степей и крайних пределов Южного Урала.

Примерно в это же время, т.е. во второй половине VIII - нач. IX вв. происходит движение кыпчаков на запад, в том числе к Южному Уралу. Именно к этому времени относятся сведения арабо-персидских источников (Ибн Русте, аноним "Худуд ал-алам", аль-Бакри, Гардизи, аль-Марвази), отмечающих кыпчаков как восточных и северных соседей печенегов[8]. Как известно, печенежские племена в VIII-IX вв. обитали в бассейне Сырдарьи и Приаральских степях. Следовательно, в области Южного Урала кыпчаки находились в непосредственных этнополитических и этнокультурных контактах с отдельными группировками мадиярских племен.

В начале IX в. основная часть древних мадияр двинулась на запад, затем через Северный Кавказ и Причерноморье достигла западной части Евразийского степного пояса по Дунаю и Тиссе. Здесь мадияры нашли все условия для кочевой жизни, прежде всего обширные пастбища для скота, без которых они не могли существовать. В 895 г. они создали сильное Венгерское государство.

Не все мадиярские племена покинули свою древнюю родину "Великую Венгрию", часть племенных групп осталась к востоку от Итиля (Волги). В 889 г. печенежские племена были вытеснены из районов Прикаспия и Приаралья огузами совместно с другими тюркоязычными племенами. Основная масса конфедерации печенежских племен мигрировала в Восточную Европу. В результате этих событий кыпчаки вместе с огузами стали кочевать в долине рек Жаика (Урала), Жема (Эмбы), в Приаральских и Прикаспийских степях[9]. Основным содержанием этногенетических процессов в Волго-Уральском регионе были контакты и взаимодействия между кыпчакскими, кимекскими, куманскими, огузскими, печенежскими, башкирскими, булгарскими, мадиярскими и алано-асскими племенными группами.

В первой половине XI в. этнокультурное влияние и консолидирующая роль в Волго-Уральском регионе переходит к кыпчакам, что было связано с установлением на обширной территории от Иртыша до Итиля (Волги) военно-политической гегемонии кыпчакских ханов. По всей вероятности, к этому времени относятся сведения знатока истории и культуры тюркоязычных народов и племен Махмуда Аль-Кашгари (XI в.) о том, что "Итиль - название реки в стране кыпчаков"[10].

В то же время по Итилю продолжали кочевать группы мадиярских племен. Между Итилем и Дунаем, между старой и новой родиной венгров связь не прерывалась почти в течение трех с половиной столетий. Оставшиеся далеко на востоке мадияры знали о своих сородичах, ушедших далеко на запад Так, около 970 г при князе Токшуне из далекой Булгарии на Волге в Венгрию приходит значительная группа людей во главе с князьями Бикла и Бокшу, которые были поселены в Пеште. В середине XII в. в Венгрии и ее крупных городах три года прожил арабский купец и путешественник из Гренады Абу Хамид аль-Гарнати. Путь на Итиль был настолько знаком, что аль-Гарнати, оставив одного из сыновей в Венгрии (Ункария), отправился отсюда на Волгу. Пожалуй, последнюю информацию о потомках "Старейшей и Великой Венгрии" доставил доминиканец Юлиан, который предпринял путешествие на Восток с целью найти соплеменников и обратить их в христианство. В 1236 г. близ "большой реки Этиль" встретил он кочевавших там восточных венгров, объяснявшихся с ним на родном мадиярском языке. Юлиан отметил, что \'"они были язычниками, богаты конями и оружием и весьма отважны в войнах"[11]. Лишь под напором монгольского нашествия мадияры на Итиле вынуждены были мигрировать на запад.

Длившиеся на протяжении ряда столетий (VIII-ХШ вв.) этнополитические контакты кыпчаков с древними мадиярами в Волго-Уральском междуречье, очевидно, в предмонгольскую эпоху завершились инкорпорированием части мадиярских племен в состав кыпчакской конфедерации. Об этом красноречиво свидетельствуют показания казахской генеалогии (шежере). В родоплеменной структуре казахского народа Среднего жуза (крупное этнотерриториальное объединение) в составе племени "кыпчак" зафиксирован этноним "мадияр" в качестве родового подразделения. В Среднем жузе мадияры отмечены также и в составе племени аргын. В 1967 г венгерский ученый Тибор Тот провел изучение материалов применительно к этнической группе аргын-мадияр казахского народа. Антропологические исследования позволили ему констатировать большое морфологическое сходство аргын-мадияр с кыпчаками, обитающими в той же зоне Сары-Копа на Тургае[12]. По всей видимости, мадияры в среде аргынов появились не ранее XVI в. Дело в том, что на рубеже ХIV-XV вв. часть аргынов переселилась с юга на север и начиная с XVI в. обосновалась на Ишиме и Тургае. Очевидно, в этот период, когда наблюдались многосторонние процессы взаимодействия и взаимовлияния между кыпчаками и аргынами, в составе аргынов появились этнические группы мадияр.

Картина этногенетических связей кыпчаков с древневенгерским этносом - мадиярами становится еще более выразительной, если обратиться к данным применительно к родо-племенному составу кыпчаков 2-ой половины XI - нач. XIII вв. Сам факт появления сведений по этнонимии кыпчаков в мусульманской историографии был далеко не случаен. Прежде всего он был связан с международным признанием кыпчакского фактора, как мощной военно-политической силы. После образования в середине XI в. Кыпчакского ханства на территории современного Казахстана, пришедший к власти династийный род кыпчаков ель-борили стал предпринимать активные действия в южном и западном направлениях, что привело их к непосредственным контактам с государствами Средней Азии, Восточной и Центральной Европы. Вскоре власть кыпчакских ханов распространилась на обширную территорию от Иртыша до Днестра. Кыпчакское ханство в силу закономерности развития кочевого общества состояло из двух крупных этнотерриториальных объединений: Восточнокыпчакское и Западнокыпчакское. Граница проходила по Итилю. Племенной состав кыпчаков в этих улусах не был идентичным, напротив, он носил на себе печать динамизма, специфичную для каждого этнополитического объединения и историко-географического региона. Сам перечень племенного реестра кыпчаков не носил случайного беспорядочного характера, наоборот, в нем все было строго регламентировано в соответствии с династийным, социальным и политическим уровнем каждой из перечисленных этнических единиц.

В письменных арабских памятниках, принадлежащих перу Ахмада ат-Тини (1235-1318) и ад-Димашки (1301-1349) содержатся сведения о 16-племенном составе кыпчаков восточного Дешт-и-Кыпчака, охватывавшего большую часть территории современного Казахстана. Структура племенного состава кыпчаков была сложной и неоднородной, вобравшей в себя, помимо собственно кыпчакских, тюркоязычные кимекские, куманские, печенежские, огузские этнокомпоненты, а также тюркизированные элементы ираноязычного этнического пласта[13]. В этом перечне племенного состава кыпчаков Казахстана значились три этнонима, названия которых имеют параллели в племенном составе куманов (кыпчаков) Венгрии.

Первое из них по данным Ахмада ат-Тини читается как бурджоглу. В реестре племен они занимают шестое место. Между тем в конфедерации кыпчаков западного Дешт-и-Кыпчака. согласно Ибн Халдуну, бурджогли находятся на третьем месте, как занимающие привилегированное положение в объединении кыпчаков, и составивших наряду с токсоба и етиоба верхушку кыпчакского общества в южнорусских степях. Представители этого элитарного рода особенно усилились в Египте, где из их среды выдвинулся ряд султанов в государстве Мамлюков. Очевидно, бурджогли можно сопоставить с родом бериш в племенном объединении байулы Младшего жуза. Семантика этнонима бурджогли, по мнению Н А Баскакова, несет тюркскую окраску, прежде всего она указывает на место расположения племени, т е "те, кто находится по ту сторону"[15].

В составе конфедерации мадиярских команов на первом месте значится племя борчол (Borchol). Это этническое название по общему мнению исследователей реконструируется как бурчоглу-бурджоглу[16].

Таким образом, отдельные группировки племени бурджоглу приняли участие в формировании этнического облика кыпчаков в Казахстане и куманов в Венгрии.

Название второго этнонима - джуртан по ад-Димашки и джартан по данным Ахмада ат-Тини. В родоплеменном подразделении Западно-кыпчакского объединения арабское написание этого племени читается согласно Ибн Дукмаку (XIV в ) как джуртан. Из этого следует, что наиболее приемлемой транскрипцией этнонима является форма джуртан/джортан. Семантика термина джортан достаточно однородно отмечалась в научной литературе с позиции тюркского осмысления, а именно шортан, в значении \'\'щука"\'[17].

Что касается второго по списку этнонима в пятиплеменном составе куманов Венгрии, то оно представлено как "чертан" (джертан). Смысловое значение слова также связывается с понятием "щука" (З. В. Тоган, Л. Рашоньи)[18].

Из этого следует, что налицо очевидность выраженного параллелизма в этнонимии кыпчаков Казахстана и куманов Венгрии, который позволяет говорить об определенной линии генетического родства двух племенных объединений на примере двух этнокомпонентов.

Выделяемое нами третье племя представляет значительный исторический и познавательный интерес. В конце списка кыпчакской этнонимии упоминается племенное название, которое традиционно транскрибировалось исследователями как куманку[19]. В этом слове не трудно усмотреть искаженное написание этнонима куманлу. По своей структуре куманлу аналогичен упоминающемуся первому по списку династийному племени кыпчаков борилу, которое также неправильно было написано переписчиком рукописи арабского сочинения как барку. Можно с уверенностью констатировать, что название куманлу состоит из этнонима куман+ -лу (афф. обладание или отношение). Следовательно, в текстах Ахмада ат-Тини и ад-Димашки выявляется упоминание этнонима куман/куманлу как самостоятельной этнической единицы[20]. Это - факт весьма примечательный и заслуживает самого пристального внимания, ибо в отечественной и зарубежной историографии широко бытует установившееся мнение о тождестве кыпчаков и куманов. При этом относительно возникновения термина куман в литературе имеется ряд мнений. Приведем основные из них. Наиболее распространенной является положение о том, что название куман связывается с византийским наследием[21]. По другой точке зрения куманы центрально-азиатского происхождения и обнаруживают себя в наименовании кумандинцев[22]. Впрочем, и в этом случае допускают, что куманы адекватны названию кыпчак-половец. С концепцией о восточной прародине куманов корреспондирует мнение К. Менгеса, по которому племенное название куман содержит алтайское слово[23]. Высказывались, однако, и другие точки зрения. Так, известна гипотеза, на основании которого самоназванием западных кыпчаков было имя куман[24]. Отдельные ученые считают возможным сопоставление куманов с народом сары по сведениям аль-Марвази (XII в.)[25]. Можно указать и на иную трактовку проблемы, согласно которой куман-половцы представляют собой исход смешения кыпчаков с кангарами (канглы)[26]. Большинство ученых придерживается мнения об идентичности этнонимов куман и кун[27]. При всех своеобразиях подхода и различиях позиций красной нитью проходит положение о соответствии куманов кыпчакам.

И все же в историографии вопроса о соотношении термина кыпчак и куман обнаруживаются отдельные представления, не укладывающиеся в рамки общепринятого трафаретного воззрения об их тождестве. Пожалуй, впервые П. Пельо высказал мысль, что кыпчаки никогда не смешивались с команамя[28]. Наиболее близко к решению проблемы подошел К.Цегледи, сделавший заключение о том, что название куман дано по одному из племен конфедерации кыпчаков[29]. Однако эти оригинальные и ценные суждения высказывались в форме констатации, но не доказывались на почве убедительных фактов.

Таким образом, даже самый краткий обзор состояния изученности проблемы позволяет сделать вывод о наличии в историко-филологической исследовательской литературе взаимоисключающих мнений в решении вопроса об этническом статусе куманов. Между тем, к установлению самостоятельного этнического статуса куманов приводят материалы арабских нарративных источников.

Наименование того или иного лица по признаку его этнической принадлежности - явление довольно обычное у восточных авторов. В сочинениях арабских средневековых ученых содержатся ценные сведения по антропонимии неарабского происхождения, в которых совершенно четко выделяется нисба по этнической принадлежности, в частности по куманской, в среде Египетских мамлюков эмир аль-Кумани[30], шейх Зайн ад-дин Абу Бакр аль-Кумани[31] (Ибн аль-Фурат, Ибн Тагриберди). К этому следует добавить известный факт, почерпнутый из западно-куманской среды. Так, в числе персонифицированных этнонимов, связанных с куманской этнокультурной общностью, на территории средневековой Румынии, наряду с такими именами как Борчул (Бурджоглу), Чуртан (Джортан-Шортан), Токсоба и др. упоминается Кумандур, в чем нельзя не усмотреть персонифицированное название племени куман[32].

Обоснование тезиса об этнической самостоятельности куманов может быть усилено в свете оригинальных материалов, содержащихся в трудах средневековых арабских географов аль-Идриси (XII в.), Ибн Сайда (XII в.), Абу-ль-Фиды (XIV в.) о куманах, обитавших на территории Западного Казахстана.

На карте аль-Идриси "Сурат аль-ард" к северу от двух топографических объектов, идентификация которых не вызывает никакого сомнения (Бахр аль-Хазар - Каспийское море и Бахайрат аль-Хваризм - Аральское море), расположены горы Аскасия. Они описываются протянувшимися в меридиональном направлении с севера на юг, с небольшим уклоном в сторону востока. Из этих гор вытекает несколько рек, что особенно важно, река Итиль (Волга), впадающая в море Хазар (Каспий). Описанные характеристики гор позволяют с уверенностью отождествить Аскасия с Уральскими горами. Ибн Сайд и Абу-ль-Фида указывают, что в предгорьях Аскасия, к югу от него обитали куманы. На незначительном отдалении к юго-востоку от Аскасия в "Сурат аль-ард" показаны горы Тагура, где отмечена цитадель страны куманов, одноименная их столица Кумания. Тагура в соответствии с реальной географической схемой сопоставима с Мугоджарскими горами. Судя по тексту средневековых сочинений, горы Тагура (Мугоджары) являлись основной областью расселения куманов. Как явствует из данных нарративных источников, куманы расселялись в пространстве между северными Приаральскими степями и предгорьями Южного Урала. К югу от них находились огузы (согласно карте "Малой аль-Идриси\'\' и кимеки), на западе - печенеги, на северо-западе - булгары, на северо-востоке - кыпчаки. Здесь важно отметить, что куманы как самостоятельное этническое лицо противопоставлены огузам, кимекам, печенегам, булгарам и кыпчакам - реально существовавшим племенам. Анализ текстологического и картографического материалов дает основание датировать сведения средневековых авторов о куманах X в.[33]. В это время в регионе от р.Иртыш до р.Урал расселялся племенной массив кимеков, кыпчаков и куманов под властью кимекского хакана.

В начале XI в. куманы находились под политическим влиянием кыпчаков, а отдельные их группировки, равно как и другие племена, были инкорпорированы в кыпчакскую среду. Этот процесс этнической адаптации был обусловлен всем ходом формирования кыпчакской народности в восточном Дешт-и-Кыпчаке.

В середине XI в. началось движение кыпчакских племен в западном направлении от Итиля. Основная группа куманов в качестве авангарда кыпчакского объединения первой вступала по мере своего продвижения на запад в непосредственные контакты с народами и племенами Восточной Европы, в частности Руси, Византии и других государств. Эти контакты с самого начала оставили глубокий след в той своеобразной информации о команах, которая отлагалась и закреплялась в письменных источниках. Ее особенность проявилась в характерном для эпохи древности и средневековья типологическом явлении, заключающемся в переносе иноназвания на племенное объединение в целом по только одному, раньше других ставшему известным компоненту этнического развития[34]. Это широко распространенное явление имело место вплоть до культурно- и этнографически близких народов. Так, Махмуд Аль-Кашгари отмечает: "Огузы, когда их жилища стали соприкасаться с крепостью, принадлежавшей чигилям, постоянно воевали с ними (чигилями). Огузы называют всех тюрков от Джейхуна (Сырдарьи) до Верховного Китая чигилями. А это ошибка"[35]. И в самом деле, Махмуд Аль-Кашгари указал на ошибочность восприятия огузами этнонима чигилей, исходя из исторических реалий, ибо непосредственно за чигили в сторону Китая жили многочисленные тюркские племена: карлуки, тюргеши, ягма, барсханы и др.

Эта же закономерность нашла отражение в древнерусских летописях, на страницах которых отразилась информация исключительно о половцах, т.е. куманах. вследствие первого по времени контакта русов именно с ними, хотя за куманами находился массив собственно кыпчаков. Судя по всему, термин половцы следует толковать в двух значениях: конкретном, обозначавшем собственно куманов, и расширительном, распространявшемся на все объединения кыпчакских племен. Однако эти значения, как известно, в летописях не различались. Отсюда возникали известные сложности при интерпретации сведений о половцах, заключенных в древнерусских памятниках. Точно так же дело обстояло со средневековой византийской историографией. В последней четверти XI в византийцы в своих трудах стали фиксировать информацию о куманах по подлинному этническому их названию, но распространили это имя на все тюркские племена Дешт-и-Кыпчака. Эта традиция в византийской литературе сохранилась много позже, до XIV века.

Аль-Идриси сообщает о нескольких объединениях куманов: Внешней Кумании, расположенной по соседству с волжскими булгарами, далее Белой Кумании (Приднепровской) и Черной Кумании (Донской), а затем без определения просто о Кумании, которая была отнесена им в 5 секцию 6 климата. Она, помимо части земель дунайских булгар (бурджан), Руси, а также Македонии (Джасулия), заключала большую часть земель Кумании[36]. Этот крайне западный массив куманов, по всей видимости, находился к западу от Днепра вплоть до Днестра. Впрочем, согласно западноевропейским источникам, начиная с 70-х годов XI в, значительные группировки куманов, вовлеченные в политические перипетии неоднократно достигали Дуная. Отсюда следует, что кочевья собственно куманов располагались между Днестром и Днепром, а восточнее Днепра находились кыпчакские племена.

Значительные группы куманов и кыпчаков переселились в Венгрию в 1239 г под давлением монголов. В среде куманов Венгрии письменные источники отмечают такие персонифицированные этнонимы, как Bajlo-Bajolo, Kangala, Kapcsag-Kopcsag-Kapcsog, Tabony, Tazlar и др., которые легко сравнимы с именами Байулы, Канглы, Кыпчак, Табын, Тазлар[37].

Термин байулы сопоставим с крупным племенным объединением Киши жуза (Младшего жуза) казахов - байулы, в состав которого, кстати, входит племя тазлар, очевидно, то же самое, что и тазлар куманов. Канглы - одно из древних племен Казахстана. Они входили в Кыпчакское ханство как значительная этнополитическая сила. В XII в. в районе Приаралья и нижней Сырдарьи канглы образовали крупное объединение племен, номинально подчинявшееся кыпчакским ханам. В казахских генеалогических преданиях канглы считается одним из старших племен Улу жуза (Старшего жуза)[38]. Кыпчаки Венгрии, как один из составляющих элементов, входили в состав куманов. Племя табын входит в состав объединения жетиру (семиродцев) Киши жуза.

В исторических областях Венгрии Надькуншаг (Большая Кумания) и Кишкуншаг (Малая Кумания) сохранилась значительная этнографическая группа куманов-кыпчаков. Согласно информации замечательного знатока языков, истории, культуры, нравов и обычаев тюркских народов Центральной Азии, кыпчака по происхождению Конгура Иштвана Мандоки в Большой и Малой Кумании, в памяти народа еще сохранились реликтовые представления об этнических элементах токсоба, тортул, баяндур, печене (печенег).

Племя токсоба достаточно широко известно как одно из главенствующих династийных родов. В племенном составе средневековых кыпчаков на территории Казахстана они занимали второе место, а в Западной конфедерации Дешт-и-Кыпчака они были первым, ведущим, элитарным племенем. Семантика племенного названия токсоба однородна практически у всех исследователей: токуз оба \'\'девять родов"[39]. Название токсоба сохранилось в родоплеменной структуре казахов. В древней части генеалогии рода байбакты Младшего жуза имеется имя токсоба[40], соответствующее названию наиболее крупного кыпчакского племени.

Этноним тортул куманов, как нам представляется, находит аналогию в племенной структуре кыпчаков Дешт-и-Кыпчака XI-XII вв. В восточной конфедерации кыпчаков они упомянут в форме дурут, на четвертом месте общего списка племен. Следует обратить внимание на то, что это племя по-своему местоположению входит в обычную для тюркской социальной истории когорту социальных племен, занимающих аристократическое положение. В западном объединении кыпчаков накануне монгольского нашествия в отношениях между дурут и токсоба отмечалась вражда, которая была охарактеризована арабскими историками аль-Нувайри и Ибн Халдуном как "старинное соперничество". Общеизвестно, что династийная борьба всегда имела место внутри союзов племен средневековья. В основе названия этнонима дурут лежит стяженная форма родоплеменного объединения по имени числительному, указывающему на количество группирующихся родов - дорт+оба "четыре рода"[41]. Можно указать на одинаковые по семантике с кыпчакским дурут родовые подразделения торт-кара в Младшем жузе и торт-ул среди аргынов и найманов Орта жуза (Среднего жуза)[42].

Что касается племенного названия печенек (печенег), входивших в этнический состав куманов Венгрии, то оно вызывает ассоциацию с двумя этнонимами - базанак (бажанак) и баджна в племенном составе кыпчаков на территории Казахстана[43], несомненно, прежде входивших в печенежский союз племен до миграции их объединения из области Аральского моря на запад. Отдельные их группировки остались в пределах современного Западного Казахстана и как свидетельствуют письменные источники, вошли в состав Кыпчакского ханства. В дальнейшем печенеги приняли участие в этногенезе венгров и казахов.

На территории средневекового Казахстана племя баяндур входило в семиплеменной состав кыпчакоязычных кимеков, компактное расселение которых находилось в бассейне среднего Иртыша. Баяндуры являлись также одним из племен в объединении огузов IX-X вв. с центром на нижней Сырдарье Кимеков, также как и огузов, уверенно можно отнести к числу непосредственных предков казахского народа

Определенные группировки куманов, как показывает кыпчакская этнонимия, остались на территории Казахстана и приняли участие в сложном процессе образования казахов. Так, их потомки под названием куманай были отмечены в составе казахов Среднего жуза, а в качестве рода аргынов значились команы.

В целом неоспоримый факт наличия этнонимических параллелей в составе казахов и венгров позволяет с уверенностью считать их родственными народами.


Литература

[1] Дульзон А.П. Этнолингвистическая дифференциация тюрков Сибири // Структура и история тюркских языков - М., 1971. - С. 206-207.

[2] Тибор Тот. О раннем этногенезе венгерскою народа // Известия Академии наук Каз. ССР СО -1968 - №2 - С. 68-69.

[3] Акишев К.А. Курган Иссык - М , 1978.

[4] Эрдели И. Исчезнувшие народы Авары // Природа -1982 - №11 - С. 56.

[5] Кузеев Р.Г. Происхождение башкирского народа - М., 1974 - С. 404-406.

[6] Тибор Тот. О раннем этногенезе венгерского народа // Известия Академии наук Каз. ССР СО - 1968 - №2 - С. 68.

[7] Nemeth J. Ungansche Stammesnamen bei den Baschkiren // ALASH - 1966 -T.(1-2); Кузеев Р.Т. Происхождение башкирского народа - С. 413-425.

[8] Заходер Б.Н. Каспийский свод сведений о Восточной Европе - М., 1967 - Т.II - С. 72-74.

[9] Агаджанов С.Г. Очерки истории огузов и туркмен Средней Азии IX-XIII вв. - Ашхабад - 1969 - С. 129, 147; Кумеков Б.Е. Государство кимаков IX-XI вв. по арабским источникам - Алма-Ата, 1972. -С. 62-63.

[10] Махмуд Кашгари. Диван лугат ат-турк - Стамбул, 1915 -Т. 1. - С. 66.

[11] Аннинский С А Известия венгерских миссионеров XIII и XIV вв. о татарах в Восточной Европе // Исторический архив - М.-Л., 1940 - Т. III - С. 81; Халиков А. Новые исследования больше-Тиганского могильника (о судьбе венгров, оставшихся на древней Родине) // Проблемы археологии степей Евразии Советско-венгерский сборник - Кемерево, 1984 - С. 131.

[12] Тибор Тот. О раннем этногенезе венгерского народа // Известия Академии наук Каз ССР СО - 1968 - №2 -С. 68-69.

[13] Кумеков Б. Об этническом составе кыпчаков ХI - нач. XII вв. по арабским источникам // Проблемы этногенеза и этнической истории народов Средней Азии и Казахстана. Вып. II - М . 1990 - С. 123.

[14] Баскаков Н. А. Тюркская лексика в "Слове о полку Игореве" - М . 1985 - С. 78.

[15] Rasonyi L. Les Turcs non-islamises en Occident (Pecenegues, Ouzes et Qipuhaqs, et leures Rapport avec les Hongrois) // Philologiae Turcicae Fundamenta. T. 4. - P. 29.

[16] Аманжолов С. Вопросы диалектологии и истории казахского языка - Алма-Ата, 1959 - С. 74; Ахинжанов С.Ж. Об этническом составе кыпчаков средневекового Казахстана // Прошлое Казахстана по археологическим источникам - Алма-Ата, 1976 - С. 90.

[17] Togan A.Z.V. Umumi turk tanhine giris - Istambul, 1981. с.1 - P.163, Rasonyi L. Les Turcs - P. 24; Kirzioglu M.F. Yukari-Kur ve Goruk boylarinda Kipcaklar. - Ankara. 1992 - С. 24.

[18] Mehren A.F. Cosmographie de Chems-ed-din Abou Abdallah Mohammed ad-Dimichqui. Tekte, arabe, publie dapres l\'edition commencee par. M.M. Frehn. SPb, 1866 - P.264.

[19] Кумеков Б.Е. Об этническом составе кыпчаков XI - нач. XII вв. по арабским источникам // Проблемы этногенеза и этнической истории народов Средней Азии и Казахстана. Вып. II - М., 1990 - С.124.

[20] Обзор литературы из византийских источников о куманах. См. Moravcsik G. Byzantinoturcica. 2 Aufl. Bd. I-II. - Berlin, 1958.

[21] Pritsak О. Stammesnamen und Titulaturen der Altaischen Volker // UAJ, Bd. XXIV. 1952. H. 1-2; Потапов Л.П. Этнический состав и происхождение алтайцев - Л., 1969. -С. 59-60.

[22] Менгес К. Г. Восточные элементы в "Слове о полку Игореве" - Л., 1979, с.73-74.

[23] Федоров-Давыдов Г.А. Кочевники Восточной Европы под властью Золотоордынских ханов - М. 1966. -С.143, 58.

[24] Hazai G. Kuman // EL NE. V, fasc 83-84, Leiden-Brile, 1980 - P. 373.

[25] Грумм-Гржимайло Г.Е. Западная Монголия и Урянхайский край - Л.,1926. Т. II - С. 57.; Гумилев Л.Н. Древние тюрки - М.-Л., 1967 - С. 266.

[26] Nemeth J. Die Volksnamen quman und qun // KCA - Budapest, 1940, t3 -S.96, 99; Czegledy К. A kunok eredeterol // Magyar Nyelv. XLV. - 1949.

[27] Pelliot P. A propos des Comans / /JA. Ser. II, t. XV, 1920 - P.24.

[28] Czegledy К. A kunok eredeterol. P. 48.

[29] Тарих аль-Фурат - Бейрут, 1939 - T. 9 - С.437.

[30] Ибн Тагриберди Нуджум аз-захира - Каир, 1936. -Т.8-С.46.

[31] Rasonyi L. Les Turcs - Р. 24.

[32] Кумеков Б.Е. К открытию расселения куманов на территории Казахстана (по материалам средневековых арабских источниках) // Взаимодействие кочевых культур и древних цивилизаций - Алма-Ата, 1987 -С. 174-176.

[33] Дьяконов И.М. К методике исследований по этнической истории (\'"киммерийцы") // Этнические проблемы истории Центральной Азии в древности - М, 1981 -С. 9.

[34] Махмуд Кашгари. Диван лугат ат-турк - Стамбул. 1915 -Т.1 -С.330.

[35] Al-Idrisi. Opus Ceographicum sive "Liber ad eorum delectationum qui terras peragrare studeant" fasc. 7. Neapoli-Romae, 1978; Ал-Идриси Нузхат ал-муштак, Рукопись, ГПБ, Ар. Н.С. 176, л.134а; Бейлис В.М. ал-Идриси (ХII в.) о восточном Причерноморье и Юго-Восточной окраине pyccкиx земель // Древнейшие государства на территории СССР. Материалы и исследования. 1982 -М.1984.

[36] Mandoky Kongur. The Question on indentifying the Hungarian trital name Jeno with the Bashkir Ethnonym yanay // AOH - 1988 - t. XL II (1) б -Р. 44.

[37] Zajaczkowski A. Zwiaxni lezykow holouiecko-slowanskie. Wroslaw. 1949, с 4; Кумеков Б.Е. Об этнонимии кыпчакской конфедерации Западного Дешт-и Кыпчака ХП-начала ХIII века // Известия HAH PK, Серия общественных наук -1993 -1 (187) - С. 59.

[38] Аргынбаев X., Муканов М., Востров В. Казак шенмрео хакында - Алматы, 2000. -384 б.

[39] Кумеков Б.Е. Об этническом составе кыпчаков ХI - нач. XII вв. по арабским источникам // Проблемы этногенеза и этнической истории народов Средней Азии и Казахстана. Вып. II - М . 1990 -С. 122.

[40] Муканов М.С. Этнический состав и расселение казахов среднего жуза. Алма-Ата, 1974; Шежiре. Каpактын ру-тайпалык курылысы. Алматы, 1991.

[41] Кумеков Б.Е. Государства кимаков IX-XI вв. по арабским источникам Алма-Ата, 1972 - 44 с.

[42] Бартольд В.В. Сочинения - М , - 1963 - Т II (ч.1) -575 с.

[43] Rasonyi L. Les Turcs. P. 24.


Об авторе: Булат Кумеков - академик НАН РК, доктор исторических наук, профессор.

Размещено: 06.05.2009 | Просмотров: 9754 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.