Кумыкский мир

Культура, история, современность

Из истории археологических изысканий в равнинном Дагестане

[Фрагмент монографии "Образование Хазарского каганата"]

Связанные материалы:
Мурад Аджиев. Кресты Беленджера. Журнал "Вокруг Света". Июль 1992
М.Г. Магомедов. Бытовые памятники приморского Дагестана хазарского времени.

[...]

В археологическом плане территория Дагестана оставалась до недавнего времени практически неисследованной из-за отсутствия местных кадров исследователей. Те же незначительные исследования разведочного характера, которые предпринимались в приморских районах до установления Советской власти, связаны главным образом с именами путешественников и любителей старины. Наиболее ранние сведения об археологических изысканиях в Дагестане связаны с Н. А. Нарышкиным, служившим здесь в 70-х годах XIX в. Он дает краткие сведения об археологических памятниках Терско-Сулакского междуречья, в частности указывает на наличие здесь крепостей и курганов со склеповыми сооружениями под ними. Интересны его сообщения о том, что эта территория в "более отдаленную эпоху представляла собой страну, значительно населенную и обработанную, на что указывают следы орошавших ее водопроводных каналов"[7]. Н. А. Нарышкин обследовал и Андрейаульское городище на Акташе, указав на хазарский период, как на возможное время его бытования. В поисках антикварных изделий он варварски раскопал в Приморском Дагестане около 100 курганов[8]. Материалы этих раскопок не изданы, а находки не сохранились. Пример Н. А. Нарышкина послужил своего рода сигналом для местного населения, начавшего после него широкие раскопки курганов в Приморском Дагестане. Как указывают старожилы сел. Андрейаул, курганы эти якобы были поделены между дворами и раскапывались целыми семьями в поисках дорогих изделий.

Большое количество курганов пропало безвозвратно для науки и в результате деятельности И. Черного, который производил "кладоискательские" раскопки в Приморском Дагестане[9]. Отчеты этих раскопок также не сохранились.

Интерес к древностям Дагестана особенно возрос в. связи с V археологическим съездом, состоявшимся в 1881 г. в Тифлисе. По поручению Подготовительного комитета съезда в Дагестане производили исследования А. А. Русов и А. В. Комаров. Последний осмотрел древние могильники у сел. Чиркей, именуемые местными жителями киргизскими, в которых находили сабли, кинжалы, наконечники стрел. Он указывает и на ряд искусственных холмов в окрестностях Темир-Хан-Шуры (Буйнакска) со строительными остатками и могилами, называемыми Гяур-тепе (холм неверных)[10]. Сообщения А. В. Комарова также носят описательный характер без соответствующего анализа материалов.

Во время работы V археологического съезда были прочитаны рефераты и среди них - Байера, содержавший перечень и описание предметов, найденных в курганах около г. Петровска (Махачкалы)[11].

После V археологического съезда исследованием древностей в Дагестане занимались Е. И. Козубский[12] и Ф. А. Афанасьев[13], раскопавшие курган у г. Буйнакска. Дневниковые данные этих раскопок были опубликованы А. А. Захаровым, который датирует богатый инвентарь погребений III-VII вв.[14]

Плодотворными были исследования в Дагестане, проведенные А. Н. Греном по заданию Московского археологического общества. В своем отчете он, в частности, пишет: "В Хасавюртовском округе в местности между сел. Эндери (Андрейаул) и Хасавюртом целая масса остатков старины"[15]. Он дает описание одиночных курганов и целых групп, раскопанных им вдоль рек Акташа и Ярыксу, Эгиз-тюбе (Балтаяк-тюбе, Актю-тюбе и др.). Помимо курганов, А. Н. Грен отмечает и бытовые памятники, в том числе Андрейаульское городище, на котором он заложил небольшую разведочную траншею. На основании этих раскопок он приходит к выводу, что здесь находился древний хазарский Семендер, а районы Северного Дагестана были местом, где селились хазарские племена[16]. Раскопки А. Н. Грена явились собственно первой попыткой исследования хазарских древностей в Дагестане. Однако они, как и предыдущие исследования, произведены на низком методологическом уровне, без соответствующего анализа материалов, что исключает возможность их использования в разработке хазарской проблемы. В последующие годы путешественники и исследователи, посетившие Дагестан, оставили немало ценных сведений о его природе и истории. Однако археологические памятники, за исключением Дербента, выпадают из поля их зрения.

Коренной перелом в изучении края наступил только после Великой Октябрьской социалистической революции. Победа Октября открыла народам Дагестана широкие возможности для развития экономики, науки, культуры. Начавшийся процесс возрождения вызвал глубокий интерес и к памятникам старины.

В 1923 г. в Дагестане начала работу этнолого-лингвистическая экспедиция под руководством проф. Н. Ф. Яковлева, которая занималась здесь разнообразными изысканиями. Археологический отряд экспедиции под руководством А. С. Башкирова выявил в Приморском Дагестане ряд археологических памятников, в том числе остатки древних оборонительных стен в районе Тарков (у г. Махачкалы), протянувшихся от гор к морю. О существовании этих ныне полностью исчезнувших стен упоминали и путешественники, проезжавшие в XVII-XVIII вв. по Приморскому Дагестану[17]. А. С. Башкиров, исследовавший остатки этих oстен, пишет, что "между городом Махачкала и аулом Тарки обнаружен ряд монументальных памятников, среди которых едва заметные фрагменты древних оборонительных стен, идущих от гор к морю (как в Дербенте). Площадь между ними почти сплошь представляет культурный слой. Грамотные люди из Тарков, указывая на эти фрагменты, говорят, что это остатки древнего Семендера"[18]. Работа А. С. Башкирова являлась фактически первым шагом по историко-культурному осмыслению памятников средневекового Дагестана в советский период.

В 1930-х годах в связи с предполагавшимися работами по сооружению Сулакского каскада ГЭС разведывательное обследование в бассейне р. Сулак предпринимал А. А. Иессен. В отчете о своих исследованиях он отмечал массивные оборонительные сооружения Андрейаульского городища раннесредневековой эпохи, а также остатки оборонительных стен в районе г. Махачкалы с множеством курганов, расположенных между стенами[19]. О направлении этих стен неоднократно говорили и местные историки[20].

На внушительный характер Андрейаульского городища и его оборонительных сооружений указывает, в частности, местный краевед М. Исаков, который в 50-х годах выявил и зафиксировал в Приморском Дагестане огромное количество самых разнообразных по времени памятников[21].

Целенаправленное и систематическое изучение археологических памятников Дагестана с охватом всех его областей было предпринято в 1936 г. Северокавказской экспедицией ГАИМК-ИИМК АН СССР под руководством А. П. Круглова и М. И. Артамонова.

М. И. Артамонов посвятил свои исследования главным образом средневековым памятникам Дагестана. Основным объектом его исследований стали оборонительные и архитектурные сооружения Дербента и его окрестностей. Характер и время сооружения этого монументального памятника впервые получают научное освещение[22]. Ряд памятников М. И. Артамонов обследовал и в предгорьях Дагестана. Примечательны среди них Верхнекаранаевский склеповый могильник и Буйнакское поселение[23], в отложениях которого представлены и слои хазарского времени.

Начатые до Великой Отечественной войны археологические исследования в Дагестане возобновились с 1947 г. Работы Северокавказской экспедиции ИИМК АН СССР под руководством Е. И. Крупнова и К. Ф. Смирнова в 1947-1951 гг. затронули главным образом приморские районы Дагестана, где были выявлены и исследованы могильники эпохи бронзы и албано-сарматского времени. Наиболее значительным памятником хазарского времени, раскопанным в эти годы, является Агачкалинский могильник, о котором упоминает еще Е. И. Козубский[24]. Анализируя погребальный инвентарь из склепов Агачкалы, К. Ф. Смирнов фактически первым отметил, что материалы могильника имеют связь с хазарской культурой[25].

Плодотворные работы Северокавказской экспедиции в Дагестане значительно расширили круг наших представлений о средневековой и более ранней эпохе, выявили древность и самобытность представленных здесь археологических культур к, что особенно важно, способствовали созданию археологической базы для дальнейших исследований, а также формированию и росту местных кадров археологов.

С 1951 г. в Дагестане начинают самостоятельную работу археологические экспедиции Института истории, языка и литературы Дагестанского филиала АН СССР. Исследования в северо-восточных районах Приморского Дагестана в 1952-1953 гг. производились археологическим отрядом под руководством М. И. Пикуль. В Кизилюртовском, Хасавюртовском, Бабаюртовском и Новолакском районах она осмотрела ранее известные и выявила ряд новых поселений: Герменчик, Тенг-кала, Бораул, Новонадеждинская и др. Вокруг них было зафиксировано большое количество курганов, уничтоженных в большинстве своем в процессе ирригационных и других строительных работ. В отчете М. И. Пикуль дает краткую характеристику не только этих памятников, но и Андрейаульского городища, на котором отмечает значительные пласты культурных остатков и естественную защищенность памятника[26].

Новый этап археологических исследований в Северо-Восточном Дагестане связан со строительством Чирюртовской ГЭС на Сулаке. С 1955 г. в районе строительства были начаты широкие разведки, в процессе которых выявлены многочисленные поселения и укрепленные городища хазарского времени, в том числе Сигитминское, Бавтугайское,

Верхнечирюртовское, которые стали объектами раскопок нескольких отрядов. Исследования Сигитминского городища позволили выявить яркие керамические материалы, представленные обломками сероглиняной посуды, а также остатки жилых и хозяйственных построек из камня. С напольной стороны городище было укреплено остатками мощных крепостных сооружений, возведенных из камня и глины[27]. Аналогичная керамика выявлена и в процессе раскопок Бавтугайского городища. Под отложениями городища толщиной до 3 м также сохранились остатки помещений, возведенных из необработанного камня и речных валунов[28]. На могильнике, расположенном рядом с городищем, исследованы катакомбные и подбойные захоронения, датируемые IV-IX вв.[29]

Наиболее значительные раскопочные работы велись в эти годы на обширном по своим размерам Верхнечирюртовском городище и могильнике, расположенных на берегу р. Сулак. Культурные отложения городища также достигают 3 м и насыщены общей для памятников этого региона сероглиняной керамикой, костями животных и другими бытовыми остатками[30]. Были предприняты попытки исследования и крепостных сооружений городища. В небольшом разрезе здесь прослежен наружный фасад оборонительной стены, возведенной из камня техникой панцирной кладки[31]. Большие работы одновременно проводились и на Верхнечирюртовском грунтовом могильнике, на котором исследовано более 100 могил с захоронениями в катакомбах, в подбоях и в грунтовых ямах[32]. В целом в течение 1955-1958 гг. усилиями нескольких археологических отрядов по обоим берегам Сулака исследован ряд крупных городищ и могильников, на которых выявлен обширный археологический материал, представленный в основной своей массе обломками сероглиняной керамики и другими бытовыми остатками. За пределами этого региона на Чиркейском плато в 1958-1959 гг. производились раскопки Узунталинского могильника. Погребальный инвентарь, выявленный в склепах могильника[33], также имеет много общего с культурой памятников Сулакского бассейна. Несколько ранее был исследован Акушинский могильник, с не характерными для горного Дагестана катакомбными захоронениями[34].

Наряду с раскопочными работами исследователями предпринимались и попытки интерпретации материалов, выявленных в основном на памятниках Сулакского бассейна. Так, К.А. Бредэ, исследовавший оборонительную стену у Верхнего Чирюрта, предполагает, что она сооружена в средневековье для прикрытия с севера государственной границы царства Серир[35].

Попытки обобщений накопившихся материалов с поселений Северо-Восточного Дагестана предпринимались также М.И. Пикуль. В своих исследованиях она основывалась главным образом на материалах, собранных в процессе разведок, и поэтому дала лишь классификацию выявленных памятников, которые не могли отражать всю полноту картины формирования памятников и развития представленных на них культур[36]. Обширные раскопочные работы, выполненные экспедицией под руководством М.И. Пикуль на Бавтугайском городище и могильнике, нашли отражение в ее обстоятельных отчетах[37]. К сожалению, богатые коллекции этих раскопок остались непроанализированными. Наиболее плодотворные исследования материалов с памятников Сулакского бассейна были предприняты Н. Д. Путинцевой. В сводной работе она дает характеристику основных типов инвентаря и бытовых остатков по отдельным их категориям и предлагает хронологические рамки Верхнечирюртовского грунтового могильника в пределах V-VIII вв.[38] Подчеркнув самобытный характер представленной здесь культуры, она вслед за В.И. Канивцом считает, что носителями верхнечирюртовской культуры и представленного здесь катакомбного обряда захоронения были местные племена, жившие рядом с пришлыми кочевниками[39].

Некоторые исследователи связывают Верхнечирюртовский грунтовый могильник с кочевыми савирскими племенами, засвидетельствованными здесь в древних письменных источниках[40]. Другие связывают грунтовые могилы с булгарами, а катакомбы - с аланскими племенами раннего средневековья[41]. Ярко выраженное локальное своеобразие погребального инвентаря могильника, не характерное для аланских памятников, В. А. Кузнецов, в частности, объяснял периферийным его расположением по отношению к Алании[42]. Возражая ему, В.Г. Котович и Н.Б. Шейхов рассматривали памятники Сулакского бассейна как один из локальных вариантов культуры местных племен. Причины значительной близости памятников этого региона с памятниками синхронных культур Северного Кавказа и юга Восточной Европы они объясняют влиянием "алано-хазарской" культуры на племена Северного Дагестана. Этот процесс связывается с тюркоязычными племенами савиров и барсилов, которые восприняли элементы местной культуры и вместе с ее носителями прошли через историю Хазарского каганата. И далее они отмечают, что "связь культуры Северного Дагестана с царством Джидан и его этносом представляется несомненной"[43].

Столь разноречивые предположения исследователей о характере культуры раннесредневековых памятников Сулакского бассейна являются следствием их неизученности. Попытки анализа обширных материалов памятников этого региона были предприняты лишь Н.Д. Путинцевой, которая отметила самобытный характер культуры Верхнечирюртовского могильника[44], хотя выявленные здесь катакомбные захоронения и чужды для народов Дагестана. В последующие годы обширные материалы с памятников Терско-Сулакского междуречья не вызывали к себе интереса со стороны исследователей и этническая принадлежность представленной на них культуры оставалась невыясненной.

В начале 60-х годов внимание дагестанских археологов привлекает к себе Урцекское городище, расположенное в предгорной долине к югу от сел. Уллубий-аул Ленинского района. Интерес к городищу был вызван его обширными размерами и незаурядным характером строительных и архитектурных остатков памятника, а также значительными размерами связанных с ним могильников. Стратиграфия его культурных и строительных напластований свидетельствует о существовании здесь крупного города не только в раннесредневековую эпоху, но и в албано-сарматское время, который возник на базе поселения скифского периода[45]. Мощность и значительная протяженность его оборонительных сооружений придает памятнику облик важного экономического и политического центра Дагестана раннесредневековой эпохи[46]. Городище примечательно и тем, что в его отложениях заключительного периода наряду с красноангобированной и белоангобированной керамикой представлена и характерная для памятников Сулакского бассейна сероглиняная керамика верхнечирюртовского типа[47], которая свидетельствует о взаимосвязи культуры этих памятников в VII-VIII вв. К сожалению, несмотря на огромное значение городища для изучения истории местных и пришлых кочевых народов, богатые материалы этого уникального памятника до сего времени не введены в научный оборот.

В течение 1964-1965 гг. в Приморском Дагестане проводились маршрутные разведки, позволившие выявить многочисленную группу памятников, представленных крупными городищами, поселениями и крепостями. Городища (Капчугайское, Таркинское, Кака-Шуринское, Гуржиюртовское, Гентурунское, Таргу, Чакавуркентское, Эскиюртовское и др.)[48], нередко укрепленные внушительной системой оборонительных сооружений, расположены в предгорных долинах, сливающихся с приморской полосой, занимая наиболее естественно защищенные участки. К ним тяготеют мелкие поселения и сторожевые крепости, расположенные на господствующих вершинах хребтов. В культурных отложениях этих памятников представлена керамика не только красноглиняная, но и верхнечирюртовского типа, свидетельствуя о распространении этой культуры за пределы Терско-Сулакского междуречья в VII-VIII вв.

В последующие годы практика раскопок крупных бытовых памятников была продолжена. Большой школой в этом плане являлись раскопки Урцекского городища: через нее прошли все археологи Дагестана.

В 1967 г. были начаты стационарные раскопки обширного Андрейаульского городища, не раз привлекавшего внимание исследователей. Были прослежены особенности планировки городища и его составных частей, конструктивные своеобразия оборонительных сооружений, выявлены обширные археологические материалы[49]. У городища был раскопан также целый комплекс гончарных печей, проливший свет на специфику представленной здесь культуры[50]. Однако уже в 1968 г. успешно начатые раскопки на городище были прекращены в связи с безвременной кончиной руководителя экспедиции Д.М. Атаева. Обширные материалы с памятника нашли отражение в специальной статье, в которой впервые предпринята попытка интерпретации представленной здесь культуры[51].

В 1966-1967 гг. археологические исследования предпринимались также в нижнем течении р. Сулак. В частности, Г. С. Федоровым были начаты раскопки небольшого поселения Чопалав-тепе, культурные отложения которого насыщены характерной сероглиняной керамикой, костями животных и другими бытовыми остатками. Анализируя материалы с поселения и с других аналогичных памятников Дагестана, Г. С. Федоров не исключал возможную связь памятников Терско-Сулакского междуречья с хазарами. По его мнению, материалы верхнего слоя исследованного поселения связаны с хазарским вариантом салтово-маяцкой культуры. Погребальный инвентарь Верхнечирюртовских могильников, по мнению автора, также дает возможность считать, что основной этнический состав населения присулакских районов в послегуннское время состоял из алано-болгарских племен, в числе которых, возможно, были и собственно хазары[52]. В своих работах Я.А. Федоров приходит к противоположному выводу. Он отмечает, что хазары не оставили в Дагестане следов своего существования[53]. Наиболее четко свои взгляды о культурном наследии хазар в Дагестане Я. А. Федоров и Г. С. Федоров изложили в совместной монографии по этнической истории народов Северного Кавказа. Отдельная глава работы, написанной на основании письменных сведений с привлечением и археологических материалов памятников Прикаспия, посвящена хазарам в Дагестане. Они пишут, что "хазары не оставили ни следов своей собственной культуры, ни этнического наследства: они растворились в новой волне кочевников, хлынувшей в Европу"[54].

В целом исследование Я. А. Федорова и Г. С. Федорова является повторением старых негативных концепций, существующих по хазарской проблеме в исторической науке. Их выводы находятся в явном противоречии с обширными археологическими материалами, раскопанными на памятниках хазарского времени в Дагестане.

В 1966-1967 гг. раскопки на городище Хазар-кала у с. Новокули Новолакского района в Дагестане проводила экспедиция ЛГУ под руководством А. В. Гадло. Исследованиями установлена двухчастная структура городища и сложная стратиграфия его значительных по толщине культурных отложений, насыщенных сероглиняной керамикой.

В статье, посвященной итогам исследования городища, А. В. Гадло дает краткую характеристику археологических коллекций по всем трем этапам его бытования и предполагает, что культура хазарского периода городища появляется в Северном Дагестане в готовой форме извне. В своей монографии по этнической истории Северного Кавказа IV-X вв., написанной на основе письменных источников, он вновь возвращается к этому вопросу и отмечает, что культура памятников Терско-Сулакского района не может рассматриваться как собственно хазарская культура. Терско-Сулакская низменность и предгорья для хазар были по мнению А. В. Гадло такой же периферией, как и территория Алании, Западного Предкавказья, Крыма и Подонья. И в итоге он приходит к выводу, что обнаружить археологические памятники коренной Хазарии до сих пор не удалось[55]. Подобные суждения А. В. Гадло являются следствием явной недооценки обширных археологических материалов, исследованных на памятниках Приморского Дагестана. Его выводы противоречат и данным письменных источников, анализ которых далеко не достаточен для выяснения происхождения материальной культуры каганата.

В начале 60-х годов поиски археологических следов хазар в приморских районах Дагестана предпринял Л. Н. Гумилев. Он осмотрел, в частности, известное Шелковское городище и сопоставил его остатки с хазарским Семендером[56]. Привлекло внимание Л. Н. Гумилева и Некрасовское городище, остатки которого он относит к сарматскому времени[57]. Безрезультатные поиски хазарских памятников в Дагестане нашли отражение в ряде статей и в монографии Л. Н. Гумилева, в которых причины отсутствия следов хазар в Приморском Дагестане он пытается объяснить колебаниями уровня Каспийского моря. Он пишет, что на Хазарию "неуклонно наступала вода морская. Она медленно заливала плоский берег - "Прикаспийские Нидерланды",- губила посевы и сады, нагонами разрушала деревни. К середине X в. уже две трети хазарской территории оказались под водой"[58].

В целом, несмотря на большое количество памятников, выявленных в прикаспийских районах на протяжении почти 20 лет, а также обширные археологические материалы, добытые на них в процессе разведок и стационарных раскопок, хазарская проблема не только не получила своего разрешения, но и не стала предметом специального изучения в Дагестане. Исследователи выдвигали лишь различные предположения о происхождении яркой археологической культуры, представленной на памятниках этого региона, без соответствующего анализа материалов. Поэтому хазары, засвидетельствованные здесь в письменных источниках, продолжали оставаться загадочными, поскольку не были определены непосредственно связанные с ними археологические памятники.

Картина стала проясняться с 1969 г. с началом целенаправленного изучения памятников Сулакского бассейна. Предшествовавшая попытка сопоставлений сведений древних письменных источников с топографией и археологическими материалами Верхнечирюртовского городища и могильников позволила связать его остатки с древней столицей Хазарии г. Беленджером и соответственно культуру верхнечирюртовского типа - с культурой раннехазарского каганата[59]. Наметившиеся перспективы изучения культуры памятников верхнечирюртовского типа и явились причиной постановки хазарской проблемы для самостоятельного исследования в планах Института ИЯЛ Дагестанского филиала АН СССР начиная с 1970 г. С этого времени была организована Верхнечирюртовская археологическая экспедиция и возобновлены археологические раскопки памятников Терско-Сулакского междуречья. Работы экспедиции начинались с раскопок в крепости Тенг-кала и на Некрасовском городище, расположенных в низовьях Сулака и Терека. Их исследования позволили выявить почти 3-х метровой толщины культурные отложения, насыщенные характерной для памятников этого региона сероглиняной керамикой. Массивные остатки оборонительных сооружений, исследованных вокруг них, возведены из глинобита и сырцовых кирпичей[60].

В следующем году были возобновлены раскопки оборонительных сооружений Верхнечирюртовского городища, которые позволили на значительном отрезке проследить остатки массивных оборонительных стен и целую систему башен, защищавших город с приморской стороны[61].

Параллельно проводились раскопки и на разрушавшемся обширном Верхнечирюртовском курганном могильнике. Здесь раскопано более 50 подкурганных катакомб, в которых выявлен яркий и разнообразный по характеру погребальный инвентарь, проливающий свет на культуру и этно-социальный состав обитателей Верхнечирюртовского городища. В пределах могильника были исследованы также остатки двух церквей, свидетельствующих о проникновении христианства в приморские районы Дагестана в хазарскую эпоху.

Продолжались раскопки и на самом городище. Здесь изучалась стратиграфия отложений и выяснялась специфика всей представленной культуры и характер хозяйственно-бытовых сооружений[62].

Раскопки производились также на вновь выявленном грунтовом могильнике, расположенном на речных террасах к югу от городища. Здесь исследовано до 50 погребений с захоронениями в катакомбах и реже - в подбойных ямах.

С 1975 г. были возобновлены и исследования Андрейаульского городища на Акташе. Хорошая сохранность памятника и непотревоженность его культурных напластований, достигающих 4 м толщины, а также наличие отложений не только хазарского времени, но и предшествующих периодов, позволили проникнуть к истокам культуры сероглиняной керамики, распространившейся как в Дагестане, так и далеко за его пределами[63].

Раскопками на могильнике, простирающемся к западу от городища, выявлены погребения трех групп населения, имеющих социальные различия[64]. Среди них представляют значительный интерес катакомбные погребальные сооружения хазарского времени[65].

Наряду со стационарными раскопками на крупных городищах в Приморском Дагестане продолжались поиски новых памятников с общей для памятников этого региона культурой и путем небольших разведочных раскопок прослеживалась их стратиграфия и характер бытовых и крепостных сооружений. Разведочными раскопками были охвачены такие памятники, как Герменчикская крепость, Шелковское, Таркинское и другие городища. На этих памятниках уточнялся характер представленной на них культуры, толщина отложений, специфика бытовых построек, а также особенности их защитных сооружений.

Наряду с археологическими исследованиями на памятниках Терско-Сулакского междуречья проводились и широкие палеогеографические изыскания. В процессе почвенных и палеоэтноботанических анализов, а также начатых с 1978 г. исследований остатков древних оросительных каналов получены важные материалы о формах хозяйственной деятельности населения Приморского Дагестана в хазарскую эпоху[66].

В целом последний этап целенаправленных исследований археологических древностей в Дагестане является наиболее плодотворным как по количеству обследованных памятников, так и по результатам предпринятых обобщений материалов[67], позволивших наметить не только общие контуры, но и дальнейшие направления поисков для решения хазарской проблемы. К настоящему времени в результате исследований 1955-1979 гг. в Прикаспийском Дагестане известно большое число бытовых памятников и могильников хазарского времени, на которых представлена общая культура. Обширные материалы, полученные при раскопках на наиболее значительных памятниках этого района, и являются качественно новыми источниками, которые дают возможность разобраться во многих спорных вопросах истории хазар.


Ссылки

7. Годовой отчет исправляющего должность секретаря Общества любителей Кавказской археологии Н. В. Аргунского-Долгорукова с 9 декабря 1873 по 1 января 1875 г.-ЗОЛКА, Тифлис, 1875, кн. 1, с. 185.

8. Там же.

9. Черный И. Я. Путешествие по Кавказу и Закавказскому краю. СПб., 1884; Он же. По ущельям Дагестана (Путевые заметки).- Еврейское образование, 1885, № 5, с. 157.

10. Комаров А. В. Пещеры и древние могилы в Дагестане.- В кн.: Пятый археологический съезд в Тифлисе. Труды подготовительных комитетов. М., 1882, т. 1, с. 434-438.

11. Рефераты и речи, упоминаемые в протоколах съезда.- В кн.: Труды пятого археологического съезда в Тифлисе, 1881 г./Под ред. графини Уваровой. М., 1887.

12. Козубский Е. И. Исторические памятники Дагестанской области. Темир-Хан-Шура, 1895.

13. Афанасьев Ф. А. Доисторические могилы в окрестностях Темир-Хан-Шуры.-Газ. "Кавказ", 1899, № 23116.

14. Zakharov A.A. Contributions to caucasisan archeology. A large barrow in Dagestan. ECA 5. Helsinki, 1932 p. 216.

15. Грен А. Н. Отчет о летней командировке в Хасавюртовский округ Терской области. Древности.- Тр. МАО. М., 1907, т. XXI, вып. II. Протоколы заседаний МАО за 1904-1905 и 1905-1906 гг., с. 133.

16. Грен А. Н. Отчет о командировке для раскопок и археологического исследования Хазарского каганата в Хасавюртовском округе Терской области.- Изв. археологической комиссии. СПб., 1905. Прибавление к вып. 16, с. 137.

17. Белокуров С. А. Сношения России с Кавказом.- В кн.: Материалы, извлеченные из Московского главного архива Министерства иностранных дел. М., 1889, вып. 1, с. 404; Лерх И. Я. Из путешествия Иоанна Лерха, продолжавшегося от 1733 по 1735 годы из Москвы до Астрахани, а оттуда по странам, лежащим на западном берегу Каспийского моря. СПб., 1790 (Новые ежемесячные сочинения, ч. XVIII).

18. Башкиров А. С. Изучение памятников старины.- ДС. Махачкала, 1927, т. III, с. 234-239.

19. Иессен А. А. Работы на Сулаке.-Изв. ГАИМК, 1935, вып. 110, с. 33.

20. Малачиханов Б. К вопросу о хазарском Семендере в Дагестане. - УЗ ИИЯЛ, 1965, т. XIV Сер. ист., с. 175; Исаков М. И. Археологические памятники Дагестана. Махачкала, 1966, с. 36.

21. Исаков М. И. Указ. соч., с. 36.

22. Артамонов М. И. Древний Дербент. - СА, 1946, VIII, с. 121.

23. Артамонов М. И. Отчет о работах Северо-Кавказской археологической экспедиции в Дагестане в 1937-1938 гг. - Архив ЛОИИМК, оп. 1, д. 41, с. 18-53.

24. Козубский Е. И. Дагестанский сборник. Темир-Хан-Шура, 1902, вып. 1, с. 163.

25. Смирнов К. Ф. Агачкалинский могильник - памятник хазарской культуры Дагестана. - КСИИМК, 1951, вып. 38, с. 113-119; Он же. Археологические исследования в Дагестане в 1948-1950 гг. - КСИИМК, 1952, вып. 45, с. 91-96.

26. Пикуль М. И. Отчет по археологическим работам 1951-1952 гг.-РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 11; Она же. Некоторые сведения о средневековых поселениях Дагестана.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 19.

27. Канивец В. И., Березанская С. С, Костюченко И. П., Савчук А. П. Отчет об археологических исследованиях в зоне строительства Чирюртовской ГЭС в 1955 г.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 16; Бредэ К- А. Отчет о раскопках в 1956 г. археологических памятников на Сигитме.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 35; Он же. Отчет о дополнительных раскопках в 1957 г. на Нижне-Сигитминском поселении и городище.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 60; Ом же. Новые поселения на Сулаке.- В кн.: Тезисы докладов научной сессии ИИЯЛ Дагестанского филиала АН СССР, посвященной археологии Дагестана. Махачкала, 1959, с. 25-27.

28. Котович В. Г. Отчет о работе 1-го горного отряда ДАЭ в 1956 г.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 2333; Пикуль М. И. Отчет о результатах археологических исследований в 1957 г. - РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 62; Она же. Отчет о работе III Бавтугайского отряда ДАЭ за 1958 г.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 8; Путинцева Н. Д. Отчет о работе II Бавтугайского отряда в зонах строительства Чирюртовской и Чиркейской ГЭС в 1958 г.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 83.

29. Пикуль М. И. Указ. отчет за 1958 г., с. 3.

30. Путинцева Н. Д. Отчет об археологических исследованиях в зоне строительства Чирюртовской ГЭС в 1957 г.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 65.

31. Бредэ К. А. Отчет об археологических разведках на берегах Сулака и доисследования Сигитминского нижнего поселения в 1958 г.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 82, с. 9.

32. Путинцева Н.Д. Верхнечирюртовский могильник (предварительное сообщение).- МАД. Махачкала, 1961, т. II, с. 248.

33. Путинцева Н.Д. Указ. отчет за 1958 г., с. 36; Она же. Отчет о полевых исследованиях 1-го Чиркейского отряда в 1959 г.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 97, с. 13.

34. Марковин В. И., Твердохлебов А. М. Акушинский могильник.- КСИИМК, 1965, вып. 60, с. 150-154.

35. Бредэ К.А. Указ. отчет за 1958 г., с. 9-17.

36. Пикуль М. И. Некоторые сведения о средневековых поселениях...

37. Пикуль М. И. Указ. отчеты за 1957 и 1958 гг.

38. Путинцева Н. Д. Северо-Восточный Дагестан в эпоху раннего средневековья (по материалам раскопок в зонах строительства Чирюртовской и Чиркейской ГЭС).- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 113а.

39. Путинцева И. Д. Северо-Восточный Дагестан..., с. 133; Канивец В. И. Дагестанская археологическая экспедиция в 1956 г.- УЗ ИИЯЛ, 1957, т. III, с. 157-164.

40. Костюченко И.П. Предварительное сообщение о раскопках раннесредневекового Верхнечирюртовского могильника.- Материалы отчетной сессии ИИЯЛ Дагестанского филиала АН СССР за 1956 г. Махачкала.- РФ ИИЯЛ, д. 2378, с. 72; Кондукторова Т. С. Антропологическая характеристика черепов из Верхнечирюртовского могильника в Дагестане.- В кн.: Вопросы антропологии. М., 1967, вып. 25, с. 128; Котович В. Г. Об этнической принадлежности раннесреднековых катакомбных захоронений Прикаспийского Дагестана.- В кн.: Пятые Крупновские чтения по археологии Кавказа: Тезисы докл. Махачкала, 1975, с. 97.

41. Ковалевская В. Б. Древние булгары на Северном Кавказе.- В кн.: Пятые Крупновские чтения по археологии Кавказа: Тезисы докл. Махачкала, 1975, с. 78; Федоров Г. С. Погребальные сооружения и обряды погребений Верхнечирюртовских могильников и их этническая интерпретация.- В кн.: Вопросы истории и этнографии Дагестана. Махачкала, 1974, вып. 5, с. 204; Кузнецов В. А. Аланские племена Северного Кавказа.- МИА, 1962, № 106, с. 34.

42. Кузнецов В. А. Указ. соч., с. 35.

43. Котович В. Г., Шейхов Н. Б. Археологическое изучение Дагестана за 40 лет (Итоги и проблемы).-УЗ ИИЯЛ, 1960, т. VIII, с. 358-363.

44. Путинцева Н. Д. Верхнечирюртовский могильник, с. 248.

45. Котович В. Г., Абакаров А. И., Магомедов М. Г., Маммаев М. М. Отчеты о работе приморского отряда ДАЭ в 1960-1964 гг.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 104, 136, 163, 172, 192.

46. Котович В. Г. О местоположении раннесредневековых городов Варачана, Беленджера и Таргу- В кн.: Древности Дагестана. Махачкала, 1974, с. 181.

47. Маммаев М. М. Ремесло Дагестана албано-сарматского и раннесредневекового времени. Автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 1970, с. 8.

48. Котович В. Г., Абакаров А. И., Магомедов М. Г., Маммаев М. М. Указ. отчет за 1964 г., д. 191.

49. Атаев Д. М., Абакаров А. И., Магомедов М. Г., Маммаев М. М. Раскопки Андрейаульского городища.- АО 1967 г. М., 1968, с. 33.

50. Маммаев М. М. Из истории гончарного производства в раннесредневековом Дагестане.- УЗ ИИЯЛ, 1970, т. XX. Сер. общ. наук, с. 333.

51. Атаев Д. М., Магомедов М. Г. Андрейаульское городище.- В кн.: Древности Дагестана. Махачкала, 1974, с. 121.

52. Федоров Г. С. Раскопки в Северном Дагестане.-АО 1967 г. М., 1968, с. 92; Он же. Погребальные сооружения и обряды..., с. 224.

53. Федоров Я. А. Хазария и Дагестан.- В кн.: Кавказский этнографический сборник. М., 1972, V, с. 39.

54. Федоров Я. А., Федоров Г. С. Ранние тюрки на Северном Кавказе. М., 1978, с. 215.

65. Гадло А. В. Новые материалы к этнической истории Восточного Предкавказья.- В кн.: Древности Дагестана. Махачкала, 1974, с. 140; Он же. Этническая история Северного Кавказа IV-X вв. Л., 1979, с. 202-203.

66. Гумилев Л. Н. Открытие Хазарии. М., 1966, с. 166; Он же. Где же тогда Семендер?- История СССР, 1969, № 3, с. 242.

57. Гумилев Л. Н. Открытие Хазарии, с. 163.

58. Алексин А., Гумилев Л. Н. Хазарская Атлантида.- Азия и Африка, 1962, № 2; Гумилев Л. Н. Хазария и Терек.- Вести. ЛГУ, 1964, зып. 4, с. 81; Он же. Открытие Хазарии, с. 92.

59. Магомедов М. Г. Верхнечирюртовское городище.- УЗ ИИЯЛ, 1969, т. XIX. Сер, ист., с. 167.

60. Магомедов М. Г. Отчет о работе Северного отряда ДАЭ в 1969 г.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, Д. 1747.

61. Магомедов М. Г. Отчеты о работе Верхнечирюртовской археологической экспедиции за 1970-1973 гг.- РФ ИИЯЛ, ф. 3, д. 288, 334, 336, 346.

62. Магомедов М. Г. Указ. отчет за 1973 г.

63. Магомедов М. Г. Происхождение раннесредневековой культуры Терско-Сулакского междуречья.- В кн.: Материалы сессии, посвященной итогам экспедиционных исследований в Дагестане в 1976-1977 гг.: Тезисы докл. Махачкала, 1978.

64. Магомедов М. Г., Абрамова М. П., Гмыря Л. Б. Исследования Андрейаульского городища.-АО 1976 г. М., 1977.

65. Магомедов М. Г. Раскопки Андрейаульского городища.- АО 1979 г. М., 1980.

66. Лисицына Г. П., Прищепенко Л. В. Палеоэтноботанические находки Кавказа и Ближнего Востока. М., 1977, с. 75.

67. Магомедов М. Г. Хазарские поселения в Дагестане.- СА, 1975, № 2, с. 200; Он же. Древние политические центры Хазарин.- СА, 1975, № 3, с. 63; Он же. Верхнечирюртовский курганный могильник.- В кн.: Археологические памятники раннесредневекового Дагестана. Махачкала, 1977, с. 5; Он же. Раннесредневековые церкви Верхнего Чирюрта.- СА, 1979, № 3, с. 186; и др.


Источник:
М.Г. Магомедов. "Образование Хазарского каганата. По материалам археологических исследований и письменным данным." М. "Наука", 1983 г.

Размещено: 18.02.2009 | Просмотров: 5854 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.