Кумыкский мир

Культура, история, современность

Агачаул и Турция: связь времен

Агачаул - небольшое кумыкское селение, расположенное недалеко от города Махачкалы. Казалось бы, что может связывать Агачаул с далёкой страной Турцией?! Однако история крепко связала их судьбы. И примером таких связей служат события гражданской войны и иностранной интервенции в Дагестане в 1918 году. Эти события оставили глубокий след в истории народов Дагестана. Не был исключением и мой маленький аул, который из-за близости расположения к Порт-Петровску оказался втянутым в водоворот событий тех лет. Белоказаки, красногвардейцы, бичераховцы, турецкие солдаты, деникинцы - для всех них Агачаул был удобным плацдармом для захвата Порт-Петровска. Но наиболее заметный след в Агачауле оставили турецкие солдаты, приглашенные в Дагестан Горским правительством. До настоящего времени живы в памяти народа события тех грозных дней.

По воспоминаниям старожилов, был пятничный день октября 1918 года. После жума-намаза люди еще не расходились, стояли возле мечети, делясь последними новостями. Время было тревожное. Было непонятно: где, кто свои, кто - чужие, кому верить, кому - нет. Вдруг на горизонте показался всадник. Подойдя, он быстро поздоровался со всеми и спросил старшину села. Старшиной в селе был Ильясов Ильяс. Тот отозвался. Всадник спросил на тюркском языке далеко ли отсюда враги и насколько они тревожат местных жителей. Под словом "враги" имелись в виду вооруженные отряды и "белых" и "красных". "Да как же не беспокоят. Да вот прямо на глазах угоняют скотину" - отозвались жители. И сейчас же все обратили внимание на склон горы, где два всадника в казацкой форме быстро угоняли скотину в сторону вершины горы. Пока все бежали в сторону горы, всадник тут же погнал лошадь и застрелил обоих грабителей. Вернувшись, он объяснил, что он солдат турецкой армии, что их отряд стоит в лесу и нуждается в провожатом. Старшина направил в качестве проводника Умарова Сайпуллу.

Вскоре на окраине села показался турецкий отряд. Во главе отряда стоял высокий мужчина крепкого телосложения. Это был офицер - паша (так его и называли) - руководитель отряда. Тот подошел к джамаату, поздоровался и спросил также далеко ли враги и притесняют ли они их.

Жители посетовали на потравы посевов и угон скота. "Почему же вы безропотно подчиняетесь?" - возмутился паша. "Но что мы можем сделать против вооруженных до зубов солдат" - возразили сельчане. "Да хотя бы вместе с нами воевать против гяуров" - парировал турецкий офицер. Он пожелал совершить намаз. Старшина повел его к себе. Видя хлопоты гостеприимной хозяйки, он поблагодарил и отказался от угощения, сославшись на отсутствие времени. Только он начал омовение, как с горы раздался громкий крик "Исламу конец". Не успев помыть вторую ногу, он натянул сапоги и с громкой бранью и проклятиями в адрес врагов, велел мобилизовать всех мужчин села и перетаскать ящики со снарядами и патронами в гору. Мулла местной мечети Батразкади (выходец из Кадара) отказался было, объяснив, что наступило время намаза. Паша резко сказал, что во время газавата - священной войны за веру - намаз не совершается и мулле вручили два ящика патронов вместо одного. Так они вместе: и тюрки, и мобилизованное местное население двинулись по тропинке, ведущей в горы. На склоне горы, недалеко от родника Туягын вдруг "заговорил" вражеский пулемет.

Двое личных охранников паши тут же упали, изрешеченные пулями. Но и паша успел застрелить пулеметчика. Началась бешенная стрельба со стороны горы. Будучи человеком крепкого телосложения, паша схватил вражеский пулемет и держа его на весу начал стрелять по врагу. Погоняя врагов, они дошли противоположного склона Тарки-тау. Большое впечатление произвело и до сегодняшнего дня сохранилось в народной памяти жителей окрестных сёл, как настигнутые врагом и не имея возможности найти дорогу, казаки в черных бурках "летали", словно вороны, с крутого склона горы и даже некоторые умудрились выжить, зацепившись за деревья.

Так тюрки дошли до Кяхулая. И только здесь паша сказал Ильясу, что он стал шеитом и указал на глубокую рану на ноге. "Возвращайся в село, купи двух быков, а деньги я заплачу" - сказал он. Зарезав быков, по обычаю он раздал мясо жителям. На некоторое время тюрки расположились в селе. Надо сказать, что отношение к ним в селе было неоднородным. Часть населения считала их братьями по вере, которые пришли защитить Дагестан от "большевистской заразы". Другие, под влиянием революционной агитации большевиков, считали их интервентами, захватчиками и отношение к ним было соответственное. Все мужчины считались мобилизованными в Горско-турецкую армию. Местное население обязывалось сдавать огнестрельное оружие. За попытку спрятать ружьё был убит местный житель Каирбеков Паша.

Находясь за тысячи верст от дома, турецкие солдаты рыскали в домах сельчан в поисках еды. Но одного упоминания имени офицера хватало, чтобы они исчезли. Боялись солдаты своего грозного паши, как огня. Ильяс вспоминал такой эпизод: в Кяхулае местный житель пожаловался паше, что турецкий солдат стащил у него сена для лошади. Паша без слов застрелил солдата, а жителя выругал, сказав, что с ним следовало бы поступить также, что они пришли из далекой Турции защитить их, а он охапку сена пожалел и, ударив нагайкой, отправил восвояси. Всяческие реквизиции, мобилизации, бесцеремонное обращение с местными жителями вызывали негативное отношение к турецким солдатам.

Уходя из Агачаула младшие турецкие офицеры, расквартированные в доме Мюридова Мукаила обратились к хозяину дома с просьбой. "Дом и родина наши далеко, а дойдем мы или нет - не знаем". Они просили назвать их именами детей хозяина дома. И Мукаил, исполняя обещание, данное турецким офицерам, назвал их именами своих внуков. И, действительно, живы и здравствуют внуки Мукаила с именами тех турецкоподданных: Алипаша, Нурипаша, Пахатпаша. Как безмолвные свидетели тех грозных лет и событий покоятся на склоне горы могилы двух солдат - охранников паши, а на сельском кладбище - братская могила турецких солдат. Да еще в большом количестве турецкие патроны, снаряды, кинжалы, штыки, которые хранятся в школьном музее. По сей день взрываются те снаряды во время лесных пожаров на склоне Тарки-тау.

На основе этих событий выдающийся дагестанский писатель Ахметхан Абубакар написал два произведения, действие которых происходит в Агачауле: повести "Шахризат" и "Тайна рукописного Корана" (кстати, основные события в повести разворачиваются в Агачауле, а не в Кубачах, как показано в одноименном кинофильме). Сохранили в памяти и рассказали о них внуки действующих лиц тех событий: Ильясов Гаджимурад Загидович, большой любитель и знаток истории села, и Агаева Асият Махмудовна, учительница Агачаульской школы (за что им спасибо большое).

Так, волею судеб, турецкие подданные оказались похоронены на агачаульском кладбище. Но, как показывают архивные документы, немало агачаульцев покоятся и на земле Турции, а их потомки проживают там и сегодня.

Так, в 1869 году пять семей из Агачаула просили дозволения царских властей "переселиться с семействами их в Турцию на всегдашнее там жительство":

  1. Султан, сын Мишика. Жена его: Алыван, дочь Алыпкача. Сыновья их: Батыр-киши, Базарган. Дочь их: Сания-хала.
  2. Мутай, сын Мамакая. Жена его: Аджай, дочь Джанава. Сын их: Абусалам. Отец Мутая: Мамакай, сын Биякая.
  3. Абдурахман, сын Омара. Жена его: Ханум, дочь Мамакая. Сыновья их: Атай, Омар. Их дочь: Айханум.
  4. Сулейман, сын Яхья. Жена его: Ажи, дочь Гасана. Сыновья их: Яхья, Гасан. Дочери их: Аймадай, Галимат.
  5. Амир, сын Али-Хаджи. Жена его: Айбат, дочь Хасая. Сыновья их: Акбулат, Бекбулат. Дочери их: Заза-бике, Патимат.

Кроме того, в 1870 году властями был выписан загранпаспорт на имя жителя села Агачаул Сулеймана, сына Али "на следование в Мекку, на богомолье", сроком на один год, но имя его значится в списках горцев, просящих о переселении в Турцию. Были и такие, которые выезжали неофициально, втайне от властей (возможно, не осилив большой налог, который выплачивали выезжающие в Турцию на постоянное жительство). Среди них Гасан, сын Алибек-Хаджи; Хаджи-Дауд, сын Алибек-Хаджи (из другого тухума), потомки которых проживают в Турции по сей день. Потомок Хаджи-Дауда - гражданин Турции Ирфан Наллар, не раз приезжал в селение, в поисках своих родственников. В майском номере газеты "Ёлдаш" за 2007 г. он опубликовал списки дагестанцев, которые положили начало кумыкским поселениям в вилаяте Чанаккала Турции. В списках Наллара упоминаются Яхья, сын Сулеймана (род Сулеймановых продолжается и в Агачауле) и Атай, сын Абдурахмана, но упоминания о главах семей нет. Кстати, род Хаджи-Дауда (предка И.Наллара) продолжается и в Агачауле. И здесь живет Хаджи-Дауд, потомок рода Алибековых - живая связь поколений.

И сейчас не прерывается связь агачаульцев с Турцией. В конце 1990-х годов двое сельчан: Салиев Магомед и Узаиров Байрамгаджи обучались в университете Гази г. Анкара.

Разные события, разное время, разные судьбы - но все их объединяет то, что они незримо соединили два родственных народа. Если раньше эти связи скрепляли вера и штык, теперь - перо и бумага, память и знание. Не прекращается связь времен.


Опубликовано: газета "Ёлдаш/Времена" 17.10.2008

Размещено: 25.10.2008 | Просмотров: 5919 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.