Кумыкский мир

Культура, история, современность

Начальный период деятельности Солтан-Мута (конец XVI - начало XVII вв.)

Имя родоначальника засулакских беков Солтан-Мута овеяно многочисленными легендами, сохранившимися и до нашего времени. Его бурная жизнь, наполненная событиями, сражениями, опасностями и интригами, вызывала интерес в народе, который из поколения в поколение передавал предания о знаменитом чанке. Изучая документы первой половины XVII века, можно заметить, что практически ни одно крупное событие, произошедшее в этот период в Дагестане, не обошлось без участия в нем Солтан-Мута. Мало того, в большинстве случаев он сам был их инициатором, возмутителем спокойствия, будоражащим и без того нестабильную внутриполитическую обстановку в Дагестане.

В источниках фактически ничего не говорится о начальном периоде деятельности Солтан-Мута, за исключением нескольких упоминаний, опираясь на которые мы попытаемся построить свое небольшое исследование.

В 1574 г., а по некоторым сведениям в 1578 г. умирает шамхал Чопан. По сообщению А. Бакиханова, четыре брата, сыновья Чопан-шамхала, рожденные от дочери Султан-Ахмед-уцмия, не давали удела брату своему Солтан-Махмуду, рожденному от дочери Узунчеркеса (кабардинского узденя), считая его чанкой1). Достигнув совершеннолетия и осознав, что он сам является хозяином своей судьбы, Солтан-Махмуд вместе со своими младшими братьями Муцалом и Ахмадханом, переселился в Гельбах, где согласно некоторым преданиям, проживали гуены, тюмены и кумыки, управляемые старшиной Беге2). По-видимому, смелый юноша, бывший к тому же сыном шамхала, пришелся по душе местным жителям и они оказали ему свое покровительство.

В 1598 г. житель Дербента Аллаги по просьбе русских воевод сообщает подробные сведения о военных силах шамхальства, упоминая при этом и засулакских владетелей. Согласно его данным в Эндирее проживали "Шевкаловы дети Солтан-Мут с братьею, а у них конных 200 человек; у Куенского князя 70 человек конных; у Шевкалова ж сына у Нуцала в деревне в Карагаче 200 человек конных; у Солтанея у Тюменского конных 100 человек"3).... Сведения Аллаги позволяют делать некоторые выводы:

1) к 1598 г., а возможно, и несколько ранее, Солтан-Мут из Гельбаха переселяется в Эндирей. В его распоряжении имеется дружина в 200 всадников;

2) в этот период на плоскости наличествуют четыре силы: Солтан-Мут с братом Ахмадханом, гуенский и тюменский владетели и Муцал, средний брат Солтан-Мута, поселившийся по неизвестным причинам отдельно и располагавший военной силой, равной эндиреевской.

С Муцалом, как свидетельствуют документы, Солтан-Мут находился в союзнических отношениях, и в случае опасности они выступали единым фронтом, а вот каковы были его взаимоотношения с гуенами и тюменами?

В XVI в. тюмены представляли довольно серьезную силу и имели собственное владение, которое, по мнению Л.И. Лаврова занимало территорию дельты реки Терек и простиралось до левобережья нижнего течения реки Сулак, т.е. по-существу им принадлежали земли, составляющие значительную часть кумыкской плоскости. В 1588 г. в результате основания на Тереке русской крепости Терки тюменские мурзы перенесли свою резиденцию на реку Сулак4). Поэтому, как нам думается, первоначально доминирущей силой на плоскости были тюмены и Солтан-Муту приходилось с ними считаться. Возможно, во взаимоотношениях с тюменами он использовал их давнюю вражду с гуенами, о которой упоминается в народных преданиях5.

Такая ситуация продолжалась до 1594 г., когда царские войска "землю Шевкальскую воевали и город Тарки и Таркалы и Ондрееву деревню и Солтанеево место тюменского взяли и сожгли", заложив при этом Койсинский острог в низовьях р.Сулак. События 1594 г. оказались роковыми для тюменов. Резиденция тюменского владетеля Солтанея была сожжена, а сам он со своими подвластными вынужден был переселиться поближе к Эндирею, который вскоре был восстановлен6). По всей видимости, в начале тюмены находились на положении союзников молодого владетеля, а затем постепенно попали в зависимость к нему и его детям. В 1621 г. Солтан-Мут и Муцал прибывают на реку Быструю для принятия присяги на верность России в сопровождении 8 мурз, среди которых были брат тюменского владетеля Зорош-Мурза и гуенский Солтаней-Мурза7). В 1627 г. с этой же целью на Терек приезжает старший сын Солтан-Мута Айдемир. В присяге на верность России он перечисляет своего отца, братьев и подвластных, среди которых упомнаются и "всякие чины тюменские"8).

В XVI в. на территории восточной части равнинной Чечни, прилегающий к устью Сунжи, существовало феодальное владение, известное, в источниках как "Окоцкая земля". К концу XVI в. во главе этого владения стоял Ших-Мурза Ишеримов, имевший в своем распоряжении дружину в 500 человек9) и, вероятно, являвшийся серьезным конкурентом Солтан-Мута и его братьям, которые постепенно распространяли свое влияние на территории Чечни. Согласно документам, в 1596 г. Ших-Мурза был убит кумыкским беком Ахматханом за то, что служил "Московским государям"10). Так как Ахматхан являлся младшим братом Солтан-Мута, факт убийства им окоцкого владетеля легко объясним. Во время похода русских войск во главе с А. Хворостининым на шамхальство в 1594 г., Эндирей и близлежащие земли сильно пострадали, а Койсинский острог с русским гарнизоном представлял серьезную угрозу для засулакского владения. В тылу же находился другой противник - Ших-Мурза Окоцкий, который был в союзе с терскими воеводами. Когда была ликвидирована главная опасность, эндиреевкие владетели решили избавиться и от другого противника. Видимо, по указанию старшего брата, Ахматхан вторгается в окоцкие земли и убивает правителя Ших-Мурзу. Есть сведения, что вместе с Ших-Мурзой погиб и его сын11). В результате этого окоцкие селения попали в зависимость от Солтан-Мута и служили для него убежищем в борьбе против объединенных сил терских воевод и тарковских шамхалов.

Таким образом, деятельность Солтан-Мута в 90-е годы XVI в. можно разделить на несколько этапов:

1) объединение жителей равнины и предгорий вокруг Эндирея;

2) подчинение соседних територий;

3) борьба с внешней опасностью со стороны царских войск;

4) начало военных действий против шамхала.

Что касается последнего, то первые сведения о конфликте между тарковскими и эндиреевскими владетелями содержатся в документах за 1598 г. Так, согласно сведениям, сообщенным иранским послом Абди-беком в Москве, у "Шевкала з детьми, с Солтан-Магмутом з братиею с Ондреевцы рознь, Шевкала не слушают, и з братом с своим, с Суркай с Шевкалом, бранятца"12).

По-видимому, этот конфликт начался не ранее 1596-1598 гг. Маловероятно, что Солтан-Мут решился бы воевать с могущественным шамхалом, имея за спиной слабый тыл и угрозу со стороны царских войск. Да и шамхалу было не до него, так как в этот период обостряются его отношения с Россией, следствием чего явился поход русских войск на шамхальство. К тому же, внутриполитическая обстановка в шамхальстве не отличалось стабильностью. По сообщению грузинских послов, прибывших в 1589 г. в Москву, власть шамхала над жителями горных районов шамхальства была слабой. "А Шевкала они и сами не любят, что им от него обида. А государь бы их ратным своим не велел воевать, а они станут на Шевкала з государевыми людьми заодно13)... Скорее всего здесь идет речь о лакских землях, где уже в этот период наметилась тенденция отделения от шамхальства. В пользу этого свидетельствует и сведения грузинских послов о Кази-Кумухе, чей правитель состоял под властью грузинского князя Александра14).

Согласно народным преданиям, Солтан-Мут, понимая, что собственных сил для борьбы с шамхалом у него не хватает, отправляется к родственникам своей матери в Кабарду и там набрал большой военный отряд.

Говоря о помощи кабардинских владетелей кумыкскому чанке, следует кратко остановиться на роде Анзоровых, из которого происходила мать Солтан-Мута. Как свидетельствуют документы, Анзоровы или Хотовы, играли в политической жизни Кабарды XVI -XVII вв. немаловажную роль. В отписке терского воеводы А.И. Хворостинина в посольский приказ от 3 июня 1589 г. старший представитель этого рода, Хату Анзоров, характеризуется следующим образом: "А тот, государь, Хотов в Кабарде именитый человек, все кабардинские князи и мурзы и уздены слушают его во всем и на княжонье на большое у них без нево посадить никово нельзя..."15). Хату Анзоров был известен не только в Кабарде. Одна из его дочерей была выдана замуж за сына грузинского царя Александра, другая - за крымского хана, а племянница - за шамхала Чопана16). Во владении этой фамилии состояло 15 селений, известных в русских источниках как "Анзореева Кабарда", подвластны им были и некоторые осетинские общества17). По своему социальному положению Анзоровы были тлекотлешами, т.е. первостепенными узденями, но пользовались влиянием большим, чем кабардинские князья.

Однако наследники шамхала Чопана, рожденные от дочери кайтагского уцмия, считали Солтан-Мута и его братьев, рожденных от представительницы рода Анзоровых, чанками.

Оказывая помощь Солта-Муту, кабардинские князья надеялись таким образом ослабить шамхальство, их главного конкурента в борьбе за гегемонию на Северо-Восточном Кавказе. Возможно, тогда же, чтобы прочнее закрепить свой союз, по старинному обычаю, Солтан-Мут женился на дочери одного из влиятельных кабардинских князей Мудара Алкасова18). Сам факт выдачи сестры князя за чанку свидетельствует, что кабардинская знать признала Солтан-Мута равным себе, так как будучи сыном шамхала и представительницы одной из почетных фамилий Кабарды, он в глазах местной знати не являлся чанкой.

К отряду, набранному в Кабарде, эндиреевский владетель присоединил собственные дружины и с этими силами начал вооруженную борьбу против шамхала Сурхая. Междоусобица эта длилась несколько лет, упоминания о ней сохранились в документах по русско-дагестанским отношениям19).

По-видимому, длительное вооруженное противостояние не дало ощутимых результатов ни одной стороне и тогда предприимчивый чанка прибегнул к хитрости. Согласно преданиям, в большинстве из которых упоминается об этом факте, он предложил своим сводным братьям переговоры. Местом для встречи был выбран курган Уй-Салган-Тюбе. Солтан-Мут, отправляясь на переговоры, скрытно расположил своих дружинников близ кургана в лесу Алты-Агач, предупредив, что если он выйдет на курган в красной черкеске, это будет означать, что переговоры складываются для него неудачно, и воины должны в то же время внезапно окружить курган и захватить братьев. Переговоры прошли неудовлетворительно и Солтан-Мут прибегнул к вышеупомянутой хитрости, тем самым принудив своих братьев признать за ним земли за рекой Сулак20). Так было положено начало Эндиреевскому владению, которое, по сведениям Г. Алкадари, включало в себя земли между Сулаком и Тереком, Салатавию и часть Чечни, доходя в горном направлении до границ Гумбета21).

Эндиреевское ханство не сразу стало сильным и крупным владением. Этому способствовала упорная борьба за выживание, в которой немалую роль сыграли талант и энергия основателя ханства - Солтан-Мута. Достаточно вспомнить походы русских войск под руководством А. Хворостинина в 1594 г., Бутурлина и Плещеева 1604-1605 гг.

Удары царских войск первыми принимали засулакские жители, селения разорялись, а люди уходили в горы. В этой тяжелой ситуации Солтан-Муту приходилось прилагать немало сил для изгнания захватчиков не только с территории своего владения, но и шамхальства. Не случайно именно он возглавил объединенные отряды дагестанцев в решающих боях против Бутурлина. По наблюдениям Д.М. Шихалиева, Солтан-Мут был "первым и главным виновником изгнания русских гарнизонов из кумыкских земель" и "по справедливости мог приписывать себе всю славу такой победы"22).

Литература:

1. Бакиханов А. Гюлистан-Иран. Баку, 1926. С. 88

2. ЦГА РД. Ф. 105. Оп.5. Д.4. Л.1365.

3. Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом. М., 1889. С. 292.

4. Лавров Л.и. Кавказская Тюмень // Из истории дореволюционного Дагестана. Махачкала, 1976. С. 164-165.

5. Семенов Н. Туземцы Северо-Восточного Кавказа. СПб, 1895. С. 237.

6. Лавров Л.И. Указ. соч. С. 173.

7. Документы о вхождении Дагестана в состав России // Русско-дагестанские взаимоотношения в XVI - начале XX в. Махачкала, 1988. С. 159-160.

8. Там же. С. 162-163.

9. Магомадова Т.С. Роль окоцких мурз в установлении русско-чечено-ингушских связей (вторая половина XVI - начало XVII в.). // Великий Октябрь и передовая Россия в исторических судьбах народов Северного Кавказа (XVI - 70-е годы XX века). Грозный, 1982. С.253-254.

10. Там же. С. 256

11. Там же. С.256.

12. Веселовский Н.И. Памятники дипломатических и торговых сношений Московской Руси с Персией. М. 1892, Т.2. С. 2.

13. Белокуров С.А. Указ. соч. С.59.

14. Там же. С. 59.

15. Кабардино-русские отношения XVI -XVII вв. Т.1. М., 1957. С.59.

16. Кушева Е.Н. Народы Северного Кавказа и их связи с Россией (вторая половина XVI -30-е годы XVII в.) М., 1963. С. 110.

17. Там же. С. 156.

18. Кабардино-русские отношения XVI - XVII вв. С385.

19. Белокуров С.А. Указ.соч. С. 51.

20. ЦГА РД. Ф. 105. Оп. 5. Д. 4. Л. 113.

21. Алкадари Г. Асари Дагестан. Махачкала, 1929. С. 43.

22. Кумык. Рассказ кумыка о кумыках. / Кавказ, 25 сентября 1848, № 39.


Опубликовано:
Материалы первой научной конференции, посвященной 460-летию Султан-Мута - сына Чопана шамхала Тарковского, основателя Эндиреевского владения. Махачкала, 2008

Размещено: 16.10.2008 | Просмотров: 5180 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.