Кумыкский мир

Культура, история, современность

У каждого своя неповторимая судьба...

Ниматулла и Бурлият

(фото автора)


На снимке (справа налево): Калсын Исаков, Гаджи, Абдуразак Муртазаев, Шамиль Билгич, Эльмира Тутушева, Зумурут Атарчиева; сидят на втором плане Ниматулла Исмаилов (Ибрагим Билгич), рядом Бурлият Астемирова, Сезен Оьзден; на переднем плане: хозяка дома Фаика Жанол, Харика Жанол, Гюннихан Жанол.


Ниматулла.

Жизненный путь человека может быть безоблачным, усыпанным цветами. Но есть судьбы, знакомясь с которыми мы проникаемся чувством сострадания, от которых ноет душа.

Воистину, судьбы неповторимы, как и судьба человека по имени Ибрагим Билгич.

Ниматулла Исмаилов родился в 1921 году в Темирхан-Шуре, позднее семья переселилась в Хасавюрт. Начавшаяся в 1941 году война гитлеровской Германии против СССР круто изменила судьбу Исмаилова. Он был вынужден прервать учебу на медицинском факультете, пройти ускоренные курсы подготовки офицерского состава и, дав клятву "живым врагу не сдаваться", встать в ряды воюющей Красной Армии.

Однако, несмотря на обещания и клятвы, жизнь вносит свои неожиданные коррективы в судьбы людей. Вот и Ниматулла Исмаилов попадает в немецкий плен.

Его мучения в концлагере на грани человеческих возможностей закончились освобождением союзниками в 1945 году и перемещением из Италии в другие европейские страны до решения союзниками участи военнопленных. Однако опасения за дальнейшую судьбу не убавились и после концлагеря.

Таких как он пленных красноармейцев союзники должны были возвращать на родину. А на родине к бывшим нацистским узникам отношение было неоднозначное. Тем более к плененным офицерам. В лучшем случае им была уготована судьба "строителей коммунизма" в сибирских лагерях - это был путь от зла национал-социализма, к злу "национал-коммунизма".

Понимая, что их ждет на родине, некоторым удавалось уйти от союзников в поисках пристанище в других странах. Ниматулла Исмаилов к счастью попадает в Турцию. Здесь он получает имя Ибрагим Билгич, женится, обзаводится детьми. Его жизнь постепенно налаживается.

Я встретился с ним впервые в 1989 году в Турции. Он был вполне здоров, жил в кругу своей семьи. В беседах о Дагестане, в воспоминаниях об Яхсае и Эндирее, чувствовалась не угасающая любовь к родной земле, своему народу, нескрываемая тяга к любимому Хасавюрту.

Вначале 2007 года мне довелось встретиться с ним на Днях культуры народов Северного Кавказа в Бельгии.

Естественно, за прошедшие после первой встречи 18 лет было много перемен, потерь: похоронил жену, сам ныне больной (на инвалидной коляске - у него отказали ноги) живет у сына.

Но низменной осталась обжигающая сердце горящим углем любовь к родным местам, только всё возрастающая со временем ностальгия по Хасавюрту.

В его словах, обращенных к сыну - "Послушай, Шамиль, говорят, есть прямой авиарейс из Стамбула в Махачкалу!" - проявилась потребность души, неугасимая надежда осуществить свою мечту...


Бурлият.

Что особенного может быть в судьбе невысокой пожилой женщине на восьмом десятке жизни, такой приветливой и дружелюбной, с чистой душой, ясными мыслями?

Познакомившись, мы выяснили наши родственные отношения. Я стал называть её Эчюв (тётя, бабушка). Она приняла меня как за сына. Единственное, о чём она попросила: "Кто знает, всякое на свете случается, если меня застанет смерть в этих краях, похороните меня на мусульманском кладбище...". Она для всех нас, живущих в городе Мол - наша Бабушка.

Бурлият родилась в 1935 году в зажиточной кумыкской семье. В 1938 году, в период классовой борьбы советской власти с кулачеством, её отец и другие мужчины их семейства были репрессированы. Их вина - у них было крепкое хозяйство. Оставшись без мужа, мать с двумя малолетними дочерьми находит приют у родственников.

Бурлият вспоминает: "Никогда прежде не знавшей трудностей маме пришлось выполнять самую тяжелую работу. Выросшая без забот она сумела выдержать лишения, всяческие унижения. Нас не принимали в школу, не давали работы. Мы перенесли много трудностей и лишений. Оказывается, чего только не может выдержать человек. И не так просто расстается с жизнью. Возможно поэтому я не вышла ростом... Дааа...". Она печалиться, её серые глаза застилает туман, словно облака вершины кавказских гор.

После крушения советской системы она пишет письмо новым властям о несправедливости, постигшей её семью, просит реабилитации. И только после реабилитация узнает, что её отец и другие родственники были расстреляны.

Государство обязалось возместить материальный ущерб, и даже стали выплачивать компенсацию, однако, последовавшие за этим потрясения в экономике оставили и без этого.

Бурлият в то время жила у дочери. Дочь решила, что будет лучше вместе с мамой и детьми перебраться за границу. Так 7 лет назад они оказались в Бельгии, вдалеке от родного Дагестана, Хасавюрта, без привычной атмосферы...

Нельзя было не заметить, как у этой маленькой, непокорной трудностям и несправедливостям женщины начинают блестеть глаза, лишь только речь заходит о родном крае.

При каждой встрече меня сокрушают её слова: "...не останусь, уеду, умирать - так умирать на родине, не дай бог быть похороненным на чужбине..."

В настоящее время в Бельгии проживает немало кумыков, наших соотечественников из Дагестана, с видом на жительство или в статусе беженцев. Когда некоторым из них дошла информация об Ибрагиме Билгиче, они сильно удивились и заинтересовались. Посыпались вопросы разного характера. Объясняя, что я вряд ли смогу ответить на все вопросы, предложил попробовать организовать встречу с ним и договорился с сыном Ибрагима Шамилем.

Хоть и с опозданием, спустя некоторое время удалось таки организовать такую встречу в городе Мол. Как раз на фотографии запечатлена встреча с гостями из Хасавюрта.

На встрече вспоминали без вести пропавших в годы войны родственников. У Ибрагима уже память не та, ему трудно отвечать на вопросы. Иногда, когда удается вспомнить знакомого, вместе радуются. Вспоминали о музыкальных и танцевальных вечерах в парке Хасавюрта. Бурлият и Ниматулла вспомнили даже одного еврея, который играл в парке на скрипке.

Бурлият рассказывает о своем походе с тетей в парк, Ниматулла продолжает: "Вход стоил 10 копеек. Мы, еще дети, дабы не платить, перелезали через забор...". И оба радуются воспоминаниям.

Слушая их, мне вспоминались слова знаменитого Шопена: "На случай, если умру на чужбине, ношу в кармане мешочек с землей из родимых мест, чтобы её развеяли над моей могилой". Полагаю, у каждого из нас в уголке нашего сердца есть такой вот "мешочек" любви к родной земле.

От всего сердца желаю, молю бога, пусть сбудется мечта этих двух пожилых людей побывать в родимой кумыкской стороне.

Сожалею и переживаю, что не достаточно моих усилий помочь им в этом. Хотя и не получилось свозить уважаемого дядюшку Ибрагима в Хасавюрт, рад и тому, что смог организовать встречу с хасавюртовцами.


Читайте в оригинале: Zafer Özden. Herkesin bir hikayesi var

Размещено: 01.01.2007 | Просмотров: 3923 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.