Кумыкский мир

Культура, история, современность

Отверженные революцией

К истории семьи Абдуллаевых

Отверженный, ая, ое (книжн.). Бесправный, угнетенный, лишенный всего, всех жизненных благ.

(Из Толкового словаря русского языка)

 

В очередной раз, когда я вернулся из Москвы домой на каникулы, у нас с отцом завязался обычный для наших отношений разговор о еще не успевшем кануть в лету недавнем прошлом, о советской истории. Отец все допытывался, чему там, в Московском университете, нас учат, и как идет работа над диссертацией. Я рассказал ему о своих преподавателях, друзьях и о том, какая атмосфера свободомыслия (и инакомыслия) царит на философском факультете МГУ. Я невольно затронул тему судеб интеллигенции в революции, репрессивной большевистской политики в отношении неё и рассказал о т.н. "философском пароходе", на котором, по указанию Ленина, были выдворены на чужбину сотни лучших умов России... Отец замолчал, думая о чем-то своем, пережитом, и с болью в голосе и сопереживая, сказал: "Да, сынок, было... Было немало замечательных людей, незаслуженно отверженных, отринутых революцией. Видел я их во время войны и в Румынии, и в Венгрии, а после и в Иране в 1946-м..."

Эти слова отца впоследствии мне не раз приходили на память, когда я знакомился и изучал материалы, связанные с судьбой нашей интеллигенции в послереволюционные годы.

Вспомнились они мне и теперь, когда я взялся за материал об истории семьи Абдуллаевых. И когда я, прогуливаясь как обычно по набережной Махачкалы, где живу, рассказал об этом одному знакомому по микрорайону пенсионеру "персонального значения", он внимательно посмотрел на меня и выпалил: "Зачем тебе это нужно, зачем все это без конца ворошить?!" И добавил: "Значит, было, за что их надо было уничтожать..."

Я тогда из-за уважения к его почтенному возрасту ничего не ответил. Только ещё больше уверился в том, что молчание о загубленных судьбах, невинно убиенных в годы репрессий и красного террора привело наше общество к состоянию полной моральной катастрофы и примитивного существования населения сверху донизу. От так называемой "элиты" до так называемых "простых граждан"... История не менее грустная, чем сама история красного террора...

Трагична и поучительна история семьи Абдуллаевых...

О ней впервые дагестанскому читателю рассказал на страницах газеты "Новое дело" известный наш историк А.-Г. Гаджиев (Судьба Абдуллаева и его сыновей). Но он, видимо, еще не располагал всей полнотой информации об этой семье, и потому ограничился рассказом о репрессированном главе семьи Гамдулле Абдуллаеве и его двух сыновьях, оставшихся на чужбине.

Глава семьи Гамдулла Фатулла оглу Абдуллаев родился в 1875 году в Дербенте в купеческой семье. Окончив городскую начальную школу, работал на рыбных промыслах дяди, зарекомендовал себя как хороший специалист. В 1910 году он женился на дочери башлынского бека (князя) Абдул Джамиля Уцмиева - Суват Уцмиевой, выпускнице бакинского женского учебного заведения имени святой Нины. Суват приходилась внучкой генерал-лейтенанту Араблинскому, ибо мать ее (жена Абдул Джамиля) Хюррият-ханым была дочерью генерала. На другой дочери генерала был женат бакинский миллионер-нефтепромышленник, выдающийся азербайджанский меценат и общественный деятель Гаджи Зайнал-Абидин Тагиев. То есть Гаджи Зайнал-Абидин и Абдул Джамиль приходились друг другу свояками - бажа. К тому же они находились в родстве и с князьями Тарковскими. Один из них - Фатали Тарковский (подполковник, князь), сын Уллу Гайдарбека из Буйнака, был женат на другой дочери Абдул Джамиль бека - Хадиже-ханым. О трагической судьбе этой семьи в послереволюционные годы мы уже писали (Судьба Фатали Тарковского (Цена революции)).

После женитьбы Гамдулла предложил бакинскому миллионеру Тагиеву, родственнику со стороны жены, арендовать рыбные промыслы Воробьева на Каспии. Таким образом, в Анжи-кале (Порт-Петровске) было создано акционерное общество, директором которого стал Гамдулла Абдуллаев.

И когда в 1918 году в Дагестане установилась Советская власть, по словам историка А.-Г. Гаджиева, Абдуллаев переехал в Баку, где был назначен начальником "Азрыбы". Но вскоре Гамдулла, по приглашению тогдашнего председателя СНК Дагестана Д. Коркмасова, вернулся в Дагестан, где очень нуждались в специалистах-организаторах производства. Абдуллаев начал приводить в порядок рыбные промыслы, которые простирались от границы Азербайджана до полуострова Лопатин. Построил бондарный завод, холодильник, больницу для рыбаков. О блестящих успехах Абдуллаева писали в газетах.

Фото
Гамдулла Абдуллаев со своими сыновьями перед их отъездом в Германию, 1926 год.

У Суват-ханым и Гамдуллы было пятеро детей: три сына - Адиль-Герей, Амир-Арслан, Юсуф, и две дочери - Хаят и Аида.

За отличную работу в виде премии в 1926 году Правительство Дагестана предложило Абдуллаеву отправить сыновей в Германию для продолжения учебы. Поехали двое: десятилетний Адиль-Герей и восьмилетний Амир-Арслан. Третий сын Юсуф остался дома, он был еще слишком мал.

Суват-ханым лично отвезла их в Германию, где попечительство над ними взял на себя директор русско-германского банка Эбер.

Абдуллаев продолжал работать директором "Дагрыбтреста" и одновременно писал книгу о рыбной промышленности для практического изучения сельдяного лова по западному побережью Каспийского моря.

Книга готовилась как учебник в связи с открытием в Азербайджане рыбного института. Ничто не предвещало беды, хотя уже во всем чувствовалась гнетущая атмосфера "усиления классовой борьбы по мере приближения победы социализма в отдельно взятой стране", т.е. в СССР.

Вскоре пришел конец благополучию и счастливой жизни и в семье Абдуллаевых. Наступил 1930 год. В СССР начинается преследование старых специалистов, им откровенно оказывают недоверие как членам так называемой "промпартии". Г. Абдуллаеву предъявляют обвинение в членстве в ней и сажают в тюрьму. Но через некоторое время из-за отсутствия конкретных фактов отпускают, и Гамдулла возвращается в Баку. Но и здесь его вновь арестовывают и отправляют в Москву, где начинается суд над 48 членами "промпартии". Всех их расстреливают как врагов народа.

Судьба Абдуллаевых, ставших Эрками

Все имущество семьи было конфисковано, в том числе квартира, в которой они жили в Баку. В возвращении сыновей, посланных на учебу в Германию, жене Абдуллаева отказали. Связь прекратилась, сыновья потерялись... И самым губительным образом отразились эти события на судьбах старших сыновей Гамдуллы и Суват-ханым, выехавших на учебу в Германию. Они оказались в критическом положении, оставшись без средств к существованию. Но в Германии нашлись добрые люди. По инициативе Эбера - директора русско-германского банка, Адиль-Герей и Амир-Арслан поехали в Стамбул и там блестяще окончили ремесленную школу.

В 1937 г. братья Адиль-Герей (1916 г. р.) и Амир-Арслан (1918 г. р.) выбрали себе турецкую фамилию Эрк. А после окончания второй мировой войны братья переехали в Швейцарию, а еще позже, когда в Германии воцарилась стабильность, вернулись туда, помогая друг другу, работали и учились, получили высшее техническое образование. Адиль Эрк стал доктором технических наук, профессором, ректором Энергетического университета в Брауншвейге. Амир Эрк тоже стал доктором технических наук, инженером, изобретателем, конструктором полиграфических машин, получил международное признание, вошел в книгу Германии "Кто есть кто". Суват-ханым со своими сыновьями Адиль-Гереем и Амир-Арсланом встретится лишь 40 лет спустя.

Судьба Абдуллаевых, оставшихся в СССР

Не завидной была судьба членов семьи Абдуллаевых, оставшихся в СССР. Об этом в ряде своих публикаций рассказал нам бакинский исследователь Азад Шариф. В самом начале войны, осенью 1941 года, Суват-ханым с детьми (которые оставались с ней) как членов семьи "врага народа" выселили из Баку в Северный Казахстан. Их поселили в заброшенной деревне под надзором НКВД. Но они с первых же дней стали думать, как отсюда выбраться.

Старшая дочь Суват-ханым Хаят (1912 г.р.) случайно узнала, что эвакуированный из Ленинграда Институт живописи, скульптуры и архитектуры им. Ильи Репина находится сейчас в Самарканде. Она срочно послала туда свои документы и эскизы работ. И вскоре получила вызов на экзамены. Хаят, успешно сдав вступительные экзамены, через пару лет, когда Ленинград был освобожден от блокады, выезжает туда. В 1950 г., окончив институт, возвращаемся в Баку и создает ряд крупных скульптурных произведений, в том числе скульптуру Максима Горького, установленную на фронтоне Публичной библиотеки им. М.Ф. Ахундова, бронзовые скульптуры известного актера Г. Сарабского и прекрасный памятник поэтессы Натаван, который был установлен в Шуше. (Когда Шуша была оккупирована армянскими военными формированиями, эти скульптуры вместе с бюстами Бюль-Бюля и Узеир-бека армяне хотели продать в Грузии. Благо, об этом узнали друзья Полада Бюль-Бюль оглу, и ему удалось выкупить эти произведения и перевезти их в Баку. Сейчас они установлены в садике Музея искусства им. Р. Мустафаева.) Кроме того, ей принадлежит памятник Вагифу, установленный в Шуше, Физули - из мрамора в оперном театре, воинам-азербайджанцам в Кубатлы и многие другие интересные работы. Она является заслуженным деятелем искусства Азербайджана. Хаят-ханым Абдуллаева долгие годы преподавала в Художественном училище им. А. Азимзаде, на факультете скульптуры, воспитала несколько поколений азербайджанских художников.

Фото
Аида, дочь Гамдуллы и Суват-ханым. (Фото с http://www.ourbaku.com)

Младшая, Аида, еще в 1940 году, по рекомендации Узеира Гаджибекова, училась в Московской консерватории им. П.И. Чайковского по классу арфы. Летом 1941 года она приехала в Баку на каникулы и отсюда была выслана в Казахстан. Поэтому она написала письмо Узеир-беку с просьбой разрешить ей учится в Бакинской консерватории и просила прислать ей вызов. Аида-ханым начинает учиться в Бакинской консерватории, а в 1944 году с помощью Узеира Гаджибекова возвращается на учебу в Московскую консерваторию. К этому следует добавить, что Аида-ханым Абдуллаева, первая азербайджанская арфистка, после окончания Московской консерватории много лет была по приглашению Ниязи солисткой Государственного симфонического оркестра. Она заслуженная артистка Азербайджана. В 1949 году Кара Караев, будучи уже ректором консерватории, предложил Аиде-ханым возглавить класс арфы, которым она затем многие годы руководила. В 1970-х годах Аида-ханым организовала первый квартет арфисток из числа своих студенток. Более 60 лет проработала она в консерватории. За эти годы подготовила свыше 25 специалистов этой редкой музыкальной профессии. Многие из них стали лауреатами различных престижных конкурсов. До самой смерти в 2009 году являлась профессором музыкальной академии. Она была замужем за народным художником Азербайджанской ССР, членом-корреспондентом Академии Художеств СССР Токаем Мамедовым.

Юсуфу, выпускнику Института нефти и химии, было легче. Его как специалиста вскоре пригласили на работу в Коканд. После войны он переезжает в Москву, где работает в Министерстве нефтяной промышленности СССР.

Сама Суват-ханым долгие годы работала заведующей библиотекой Бакинской консерватории, где преподавала ее дочь Аида. Кстати, здесь же в бухгалтерии работает праправнучка ген. Хасая Уцмиева Лейла-ханым Уцмиева.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

26 сентября 1957 года, спустя 27 лет, дело по обвинению Абдуллаева было пересмотрено военным трибуналом Московского военного округа и прекращено за отсутствием состава преступления. Но кто же покаялся, кто понес наказание за то, что глава семьи и прекрасный специалист Гамдулла Абдуллаев был расстрелян, а судьбы членов его семьи, его детей были искорёжены, они оказались бесправными изгоями общества?

Суват Абдуллаева сразу же после реабилитации своего мужа возобновила поиски потерянных сыновей, и в 1965 году, спустя 40 лет, с помощью Красного Креста нашла их.

И через 40 лет она побывала в Германии, куда сама этих мальчиков когда-то привезла, и нашла их. Можете себе представить, какая это была встреча со слезами на глазах...

Ведь и Адиль, и Амир знали о репрессиях в СССР и совсем уже не надеялись увидеть живыми и здоровыми мать и сестер.

В 70-е годы, после десятилетий разлуки, им посчастливилось побывать на потерянной ими родине - в Баку и Дагестане. Но, увы, время неумолимо, и жизнь, прожитая вдали от родных и близких на чужбине, не продлевает отведенный каждому человеческий век. Компенсаций за это Бог не дает.


"Ёлдаш/Времена", 02-12-2011

Размещено: 07.12.2011 | Просмотров: 3182 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.