Кумыкский мир

Культура, история, современность

Заметки о языке и словесности кумыков

[Работа 1926 года]

(К публикации подготовил К. Алиев. Орфография оригинала сохранена.)

На открытии сквера у памятника Бекиру Чобан-заде в Карасубазаре.
(Крым, 27.05.2011)

I. Кимак-Кумук.

Разбор литературных приемов, грамматических форм и фонетической системы кумыкского языка ясно показывает принадлежность его к группе Кипчакской, которая до сих пор занимает особое место среди других групп тюркских наречий. Несмотря на наличие богатого языкового материала, все же трудно, основываясь лишь на нем, высказываться об историческом прошлом кумыков нашего времени.

В настоящей же заметке мы постараемся привести несколько исторических данных, и сделать соответствующий вывод, отнюдь не претендуя на полную его правильность, лишь в надежде, что освещение данного вопроса с высказаной нами точки зрения возбудит интерес к нему у более компетентных лиц, именно у историков-тюркологов, и тем послужит к окончательному его разрешению.

В одной из своих статей [Предварительное сообщение о кумыкском наречии...] , исходя из убеждения, что Кумыкское наречие принадлежит к Кипчакской группе, мы пытались было сопоставить кумыков с куманами, но среди существующих данных о куманах, за исключением бледных этимологическо-исторических предположений Аристова и Банга, ничего ясного и определенного не нашли.

Тем более, что в числе упоминаемых с куманами тюркских народов имеется т.н. "Кимак", название которого с внешне-звуковой стороны более подходит к названию "Кумык", чем "Куман".

Махмуд Кашгарский в своем "Диване" [Т.III. Стр. 22], упоминая о народе "Ямак", говорит, что "Ямак - племя кипчакское, но Кипчаки отделяют себя этим именем от Кимаков".

М. Кашгарский наречие Ямак и Башгирт причисляет к наречиям Кыргыз, Кипчак, Огуз, Токсы, Ягма, Чигиль, Ирак, Джерук,

Исстари указываются соседние с киргизами народы в таком порядке: Докуз-Огуз, Кимак, Океан, Карлук и Огузы.

По мнению Гердизи, на юге от киргизов живут Докуз-огузы, а на западе Кимаки. Что касается географа Якута, то он, основываясь на сведениях Альбируни, сообщает, что киргизы населяют земли, расположенные к востоку от Кимаков и Догуз-Огузов. Мемет Ауфи подтверждает то же самое, когда говорит, что на северо-западе от киргизов находятся Кимаки, на западе Ягма и Карлук. Точно так же автор "Китаб-уль-Бульдан", перечисляя могущественные племена тюрок, указывает, между прочим, Карлуков, Токуз-Огузов, Туркеш, Кидаков и Огузов [Кепрюли-заде. Первые поэты - суфы в тюркской литературе. Стр. 158-9.]. Путешественник Абу-Дельф времени Саманитского царя Наср-Ибни-Ахмеда, перечисляя народы, встретившиеся ему на пути от Бухары до Китая, упоминает после Печенегов, Чигиль и Тибет, также и народ "Кимак" или "Мимак" и прибавляет, что среди этих народностей Кимаки и Киргизы имеют свою особую письменность.

Из всего вышесказанного смело можем сделать 2 вывода.

1. Между Кимаками и Кипчаками существует тесная связь, как с племенной, так и с языковой стороны.

2. Земля Кимаков уже приблизительно в IX веке лежала к западу от Киргизов, т.е. занимала территорию между северным побережьем Каспийского моря и верховьями Волги.

Эти выводы конечно пока недостаточны для определения сущности Кимакского племени, но указания нескольких авторов, в том числе и М. Кашгарского, на то, что Кимак и Кипчак один и тот же народ, затем занимаемая ими территория (северные побережья Каспийского моря), наконец, звуковые соответствия между словами Кимак, Кумук заставляют нас подумать, не являются ли эти Кимаки прямыми предками нынешних Кумыков.

Исторический путь, по которому прошли Кумыки, направляясь на Дагестанское плоскогорье, лежал к северу от северного побережья Каспия, что по нашему мнению не требует доказательства. Следовательно, кроме принадлежности их к одной и той же группе (Кипчакской) и занимаемые территории этих народов вполне совпадают друг с другом.

Можно предположить здесь более широкое сходство в ряде слов: "Кипчак", "Кимак", "Ямак", "Камак", "Кумук", "Куман", и т. д. Если во всех этих словах корнем можно считать "кум", "кам", или "коп", "коби", остальные будут очень известные нам суффиксы "ак", "ук", "чак", "ан".

Во всяком случае, с языковой стороны тесное родство этих вышеперечисленных исторических и современных тюркских племен не подлежит сомнению, и это обстоятельство подкрепляет возможность такой же тесной связи между различными названиями этой группы.

Не имея пока под рукой всего материала, необходимого для детального разрешения связи между Кимаками и Кумуками в настоящей заметке удовлетворимся лишь констатированием того, что относясь к одной и той же языковой группе, Кимаки более близкие предки Кумуков, чем Куманы и Кипчаки.

II. Кумукская литература.

Кумукской литературе до последнего времени было посвящено очень мало исследований. В основу настоящих заметок о кумукской литературе легли материалы, собранные нами летом 1925 г.

Кумукская литература еще очень молода. Между письменной литературой и народной словесностью с внешней стороны нет никакой разницы. По форме и содержанию, кумукская изящная литература мало чем отличается от народной словесности. Первым печатным произведением на кумукском языке был изданный в 1883 г. (по определению Петербургского восточного факультета) сборник Мухамеда Османова. Здесь были собраны образцы кумукско-ногайской литературы. После этого кумукская литература продолжает все шириться, в настоящее время мы уже имеем обширное количество книг, напечатанных на кумукском наречии в Дагестане, Москве и Константинополе, книг, дающих довольно основательные сведения о жизни и литературе кумуков. По своей форме как письменная, так и народная литература ничем не отличается от произведений других тюркских народностей.

В кумукском стихосложении употребляется большею частью слоговой размер, известный под названием "пармак- хисаби".

В произведениях кумукских поэтов и в кумукских народных песнях мы чаще всего встречаем размер стихосложения, известный в Крыму и у других тюркских народностей под названием "мани", 4+3; рифма - типа aaba.

Пример: Перевод:

Бийлер минер арив ат
ханлар киеген халат
ачувланма, яхши кыз
атадан калган адат.

Беки ездят на хорошем коне
ханы носят халаты
не сердись, прекрасная девица
это - обычай предков.

[В силу местных типографских условий и особенностей кумукского наречия, тексты приведенных примеров печатаются русским шрифтом и переводятся приблизительно.]

Иногда встречается рифма типа: ab-ib.

Пример: Перевод:

Алмас ташдай янасан
колга алса, сен пияла
колга алмага сени адам
эдеп эте, уяла.

Светишь, как алмаз-камень,
если взять тебя в руки, бокал,
но взяв тебя в руки -
смущается человек.

Говоря о размере и рифме кумукского стихосложения, нужно упомянуть об одном обстоятельстве: кумукское стихосложение преимущественно строится не на точном метрическом рисунке и рифме, а на созвучии; это явление одно из общих и ярких особенностей примитивного тюркского стиха.

Например:

Ай канатлы кара куш
бир учкан сон уясына конармы?
Кара куш тукли хатарлы ок
тарткан сон бий-озден деп сорармы?

Перевод:

Каракуш - птица с лунообразными крыльями
возвратится ли в свое гнездо, однажды улетевши;
опасную стрелу - крылья свои - каракуш,
натянувши, разберет ли беков и чернь.

Второй наиболее употребительный и известный размер - состоящий из "4-4-3", размер "одиннадцати". При этом размере чередования рифм могут быть разные;

1) abab:

Пример:

хазыр болсун чокуч, балта, орагын
гельсин колдан, тарыкса, хар тюрли
малын, мюлькин, матах кат-кат опрагын
сон табарсан яшавны шулай нурлы.

Перевод:

Пусть будет наготове молот, топор и серп твой,
чтобы ты мог приобрести, если нужно, все
состояние, имущество и одежды разные
и найдешь жизнь такой светлой.

2) aacbbc:

Пример:

вай гиччи кыз, сени мактав мактасам
мен олейм сенсиз йерде токтасам
чанелени ялкиниди чачлерин
карлыгачны канатиди кашлерин
когенни кареседи козлерин
шекерден ширин сени созлерин.

Перевод:

ай, красавица маленькая, я тебя хвалю
и смерть мне, если останусь там, где нет тебя;
волосы твои блестят, как полозья саней
брови твои, как крылья ласточки
глазки твои, черны, как черника
слова твои слаще сахара.

Стихи, связанные между собой только созвучием, также довольно часто встречаются в этом размере:

Пример:

шол явлага болмаганней иш эткен
озенгилер сызар сызмас кан токкен
какалар толар толмас баш кескен
Абдулламма онсыз йерден ок тиген
олда хужу олер гимик бек тийген.

Перевод:

Врагам этим преподнес небывалое несчастье
пролил кровь почти до уровня стремён;
отрезанные головы чуть ямы не заполнили.
Роковая стрела попала в Абдулла моего
и смертельно вонзилась в него.

Тот же размер "одиннадцати" может быть и в форме "3-3-3-1-2":

Пример:

Ёлдашлар, айпдир, тан белый берген
болганчи юхудан уянма заман
ол залым мустамбидлер бизге урган
бугавлар чечилген, тугульми таман?

Перевод:

Товарищи, стыдно; уже рассветает;
время уже проснуться от сна;
надетые на нас злыми тиранами
оковы не разбиты ли целиком?

Современное состояние науки о форме кумукского (и вообще, тюркского) стиха лишает нас возможности дать сейчас полные и точные сведения; мы еще не имеем прочной методологической базы для таких сведений; между тем время для исследования формальных особенностей тюркской народной словесности давно уже наступило. Появление в свет в последнее время "Русского стихосложения" (Метрика) Б.В. Томашевского, "Основ стиховедения" В.Я. Богосова, "Введения в метрику" В. Жирмунского и других многочисленных трудов о русском стихосложении еще более усиливает наше желание увидеть в скором времени сочинение, посвященное и тюркской метрике [См., кстати, печатаем, в настоящем № "Известий" статью Ан. Линина. К вопросам формального научения поэзии турецк. народов, знакомящую с одной из работ о форме поэзии тюркских народов.].

* * *

Прежде, чем перейти к разбору кумукской литературы, как письменной, так и народной, нужно сказать несколько слов о жизни и обычаях кумуков. Среди кумуков кочевников совершенно нет; живут они в деревнях и занимаются земледелием. Большую роль в их жизни играет также мелкая торговля. Общественный быт кумуков до начала 19 века основывался на феодализме. Эта эпоха довольно рельефно отражена и в литературе. В кумукской жизни особенно важное значение имеет обычай "кровавой мести". Известный кумукский поэт Манай Алибеков подробно описывает этот обычай [См.: Сборник произведений кумыкского поэта М. Алибекова. (обычаи, песни, сарыни, и т.д.). Составил М. Канболат. Напечат. в типогр. Н. К. Проса в Дагестане, в 1925 году.]. Обычай кровавой мести и в настоящее время еще занимает очень видное место в жизни кумуков.

Заслуживает упоминания и кумукская свадьба "кумук той". Здесь на этом "кумук тое" творится кумукская поэзия, а ведь двери школ и научных учреждений, обычно содействующих развитию литературы, открылись для кумукского языка не так давно -только в начале нынешнего столетия.

Тот же Манай Алибеков в своем "кумук тое" подробно описывает свадебные обычаи кумуков. На свадьбе, продолжающейся 4 дня, если исключить бега, первое место принадлежит поэзии и танцам. Любимую свадебную пищу кумуков составляет, по М. Алибекову, халва, сушенные фрукты, тепси лукача, коз халва, шекер курзе, хирхир халва, ковурма, пилав, кишмиш и т. д.

У кумуков имеется свадебный обычай посылать и получать подарки: сарасан, дарай явлук, ак дарай колек, ак тапта, кута, субхан, мохур шаршав, хадира, сарасан садак шаршав, хасав и пр.

В свадебный день невеста сидит в углу за ширмой так назыв. "Чабулдурук"; всей свадебной процессией управляет не хозяин дома, как, впрочем, и у других тюркских народностей, а намеченные гостями председатели, или, как их называют, "ханы", "карт-агасы", "тамада", и их помощники: "кады", "чавуш", "джеляд", и "куллукчи".

Лиц, нарушающих общий порядок, "хан" облагает штрафом т.н. "куду". Жених в это время сидит в отдельной комнате и совершенно не показывается гостям.

Приданое невесты состоит из: ковров, постелей, одеял, войлока, назбериш, бойлук и т. д., все эти вещи приготовлены руками кумукской женщины. Дальше следует разного рода посуда (тоже собственного изделия): тазы, кумганы, силапчи, эт чыгараган, лянгер, акчалык, батман и т. д.

Потом мебель: кровати, столы, стулья, шкафы, зеркала и т.д. Музыкальные инструменты: гармошка, "агач-комуз", "теп" и др. Манай Алибеков упоминает еще о "поющих" и "танцующих". В большинстве этими "поющими" и "танцующими" являются женщины.

Лица, сопровождающие невесту в дом жениха, называются "куда", "куда-хатун" и "куда-хызлар", По прибытии невесты хозяин дома произносит речь в стихах, а потом "куда-хызлар" и джигиты устраивают танцы. После танцев, по приказу "хана", один из джигитов слегка ударяет палкой (сюй-дйм таяк - "палкой любви") одну из девушек. Девушка садится на стул, а джигит, обращаясь к ней, декламирует:

  Перевод:

Учмага хазыр турган
карлы тавни лачини
келип олтур шанжалда
дженнетни гогерджини
киши карай лепелене
коз кызара самаина
сюйдум булан урду деп
айта-бар абайна.

Готовая к перелету лачин
снежных гор;
иди, присядь на стул,
райский голубь;
человек смотрит на твои лепеге,
глаза краснеют от кудрей твоих;
что я ударил тебя "палкой любви"
поди скажи маме своей.

Девушка отвечает джигиту:

сюйдум таяк - сюй таяк
сюйгениме тий таяк
сюйгениме тимесен
отка тюшюп кюй, таяк.

Я полюбила - полюби и ты, палка,
ударь любимого и ты, палка,
если не ударишь любимого,
сгори в огне.

* * *

Кумукская литература гораздо беднее османской и азербайджанской, но богаче карачайской, балкарской и ногайской. Уже в конце прошлого столетия из среды кумуков выходят люди, пишущие на чисто кумукском наречии; в течение нескольких десятилетий их усилиями создастся уже довольно солидная литература.

Кумукская литература сыграет огромную роль в жизни тюркских народностей Северного Кавказа. Объединение большинства тюркских народностей Северного Кавказа вокруг Дагестанской Республики и введение в этой республике государственного тюркского (кумукского) языка обещает блестящее будущее кумукскому языку и литературе.

Поэтические виды кумукского творчества аналогичны соответствующим явлениям остальных тюркских народностей.

Наибольшим распространением пользуются песни лирического любовного содержания, так назыв. "сарин". Они строятся чаще всего по типу 4+3. Этот вид поэтического творчества у других тюркских народностей известен под именем "мани".

Пример "Сарина":

айтайым бир экини
намуслу уланны мактап
улан айткан заманда
мен де турарман токтап -
юреги таза, юзю ачык
улан болса - таза, хас;
кызын абурун, сыйын -
яхши йигит этмес тас -
эркинлик болган ичюн
киймеге, ашамага -
сюйгенге сюйген болмай -
от тюшсюн бу дюньяга.

Перевод:

Скажу пару слов,
восхваляя честного юношу;
когда юноша говорит,
остановлюсь и я.
Сердце светлое, лицо открытое.
Юноша если чист и благороден
честь и гордость девицы,
благородный джигит не опозорит;
хотя свобода имеется
и есть во что одеться,-
но, когда нет взаимной любви -
пусть сгорит этот мир.

Второй вид - эпические сказания - легенды: так наз. "йир":

Пример:

озини кардаши ичюн ольмеген
ювугу ичюн азиз джанин бермеген
ол чи бир бени кара хатундур
батырларны сойлер сози алтундир.

Перевод:

Тот, кто не умрет за своего брата
кто не отдаст любимую жизнь свою за близкого,
тот - низкая, черная женщина.
Слово богатыря - золото.

Третий вид - песни, которые поются в форме ответных импровизаций, так наз. "такмак" (у крымских тюрок - "чин"; термин "такмак" в Крыму приложим к другому понятию: творчества элегического характера - "мерсие").

Приводим отрывок из "описания свадьбы" Маная, где происходит поэтическое состязание старика с юношей:

Пример: Перевод:

Яш:
сиз тилейсиз йырла деп
теркеп мага карама
менде артык хунер йок
тиреп, сойлеп ярама.

Карт:
муна урум, муна чишлик
ичип чархынни кюйле
мага чи башка тюгюль
бильген кююнде сойле.

Юноша:
Вы просите меня спеть,
чтобы испытать меня ?
у меня нет искусства
нравиться словом своим.

Старик:
Вот ром, вот шашлык
пей и смажь горло свое:
что касается меня,
то говори, как умеешь.

И, наконец, четвертый вид - песни элегического характера, так наз. "яс", или "ваях":

Пример:

акшамлардан сон гун тувмас:
агарган сакаллар каралмас;
"неге ольди" деп сага айтмайман
ольгенинге хокунч этмеймен;
котюрюп корге ким салды;
корде белин ким чечди;
аранларда янсын чырагын
айлык йолдан кайтсын конагын
дерс окуйган медресен бозулсун;
китябларын хар ягына тозулсун
калемтарын кара озенге агылсын
сай озденден сага айтылган арувни
бала чачи билегине байлансын.

Перевод:

не взойдет солнце после сумерек;
не почернеют поседевшие бороды,
не спрашиваю "почему ты умер"
не печалюсь о твоей смерти;
кто понес и положил тебя в могилу,
кто в могиле твоей пояс тебе развязал?
Пусть коптит свеча твоя в сарае;
пусть вернется гость твой с месячной дороги;
пусть обрушится медресе, где ты обучался:
пусть книги твои во все стороны рассыпятся;
пусть черная река "калемтар" твой унесет
пусть перо твое в красном пламени сгорит.
Красавицы, намеченной тобой, из знатного дома,
детские волосы вокруг руки заплетутся.

В поэтическом творчестве кумуков "мерсие" - элегия занимает довольно видное место. Цитированный нами выше отрывок принадлежит женщине, сын которой погиб от кровавой мести. По силе и красоте эта элегия напоминает нам известную элегию знаменитой арабской поэтессы Ханса.

Прозаическое творчество кумуков распадается на 1) пословицы и басни; 2) сказки (масал) и рассказы (хикяе) и загадки (чечеген юмак).

* * *

В народном творчестве кумуков чаще всего встречается следующие темы: 1) кровавая месть; 2) похищение девушек; 3) джигитизм; 4) любовь; 5) бедность и богатство; рабство и господство и 6) темы эпических сказаний легенд, часто встречаемые в народном творчестве других тюркских народностей.

Дух и философия кумукской поэзии определяются жизнью и бытом народа. Кумукский поэт еще далек от абстрактных слов: простейшие абстрактные понятия выражаются чаще всего на арабск. и персидском языках. Зато произведения его богаты впечатлениями и конкретными представлениями, взятыми из окружающей обстановки, из природы. Красота, героизм, добродетель, горе, радость - вот постоянные элементы его словаря. Даже такие простейшие абстрактные понятия, как "черный", "белый", "сладкий" и т.д., конкретизируются в сознании поэта, находя себе выражение в след. эпитетах: "черная, как ночь", "белый, как кость слоновая", "сладкий, как сахар" и т. д.

Большой материал для кумукского поэтического творчества дают любовные мотивы.

"Объяснение в любви" сопровождается у них обыкновенно такого рода конкретными требованиями: девушка требует хороший дом, где можно принимать гостей, обширный двор и четырех слуг, а молодой человек сперва иронически спрашивает, не хочет ли она еще и того, чтобы пищу вложили ей в рот, а потом добавляет:

мага хатун кереги
уйге кумек этсин деп,
уюмни бар куллуги
шони булан битсин деп,

т.е. "я беру жену ради своего хозяйства..."

В другой поэме (из книги "Меджмууль-Эш\'ар" Эбу-Суфьяна), поэт сначала очень нежно и трогательно описывает все хорошие черты своей возлюбленной; но, узнав, что он не пользуется взаимностью, сейчас же меняет тон и заканчивает словами: "если ты не любишь, так полюбит другая, а, если назовет себя тем же именем, то будет такая же, как и ты".

Таким образом, здесь нет той меланхолической любви, какую мы встречаем у персидских и подпавших под их влияние турецких поэтов. Любовь кумука здорова, естественна и, так сказать, "логична". Она никогда не дойдет до оскорбления "джигитской" гордости. Кумук может любить девушку только в том случае, если он сам любим ею.

* * *

Постараемся в кратких чертах дать очерк жизни, личностей и творчества кумукских поэтов. Разница между народной и письменной литературой кумуков состоит в том, что народное творчество анонимное, оно принадлежит неизвестным авторам; письменная же литература создана поэтами, имена которых известны.

Таким образом, между народным творчеством и письменной литературой в настоящее время невозможно еще провести точной границы. Единственное различие между народным творчеством и письменной литературой заключается, пожалуй, только в том, что в последней затрагиваются некоторые политические и социально-культурные вопросы.

Тематика письменной литературы, чаще всего такова: 1) анализ мусульманской религии и шариата; 2) духовенство; 3) воспоминания об эпохе Шамиля; 4) общественное положение мусульманской женщины; 5) просвещение и его значение; 6) вопросы эмиграции; 7) вопросы личной и общественной гигиены и т. д.

Перейдем к самим поэтам.

Мухамед-эфенди Осман-заде.

Один из первых поэтов и культурных работников кумукского народа, М. Осман-Заде родился в дер. Яхсай, Хасав-Юртского района в 1225 г. (хиджры). Отец его был муллой при личной охране царя. Закончив начальное образование в Яхсае, молодой Мухамед едет в Петербург к своему отцу и, спустя несколько лет после смерти отца, занимает должность муллы при охране.

Немного позже, по совету проф. Казембека, он начинает преподавать на восточном факультете Петербургского Университета "бусурманские уроки" - кумукский язык. Лекции, читанные им о кумукском языке и некоторые его собственные стихотворения в виде сборника издаются восточным факультетом Петербургского ун-та в 1883 г.

Один экземпляр этого сборника имеется и в наших руках; но в нем не достает титульного листа и неск. начальн. страниц. Сборник состоит из 174 стр. на последней странице значится (по русски): "Напечатано по определению восточного факультета; С. Петербург, 18 декабря 1883 г. Декан В. Васильев".

В сборнике, имеющемся в наших руках (и принадлежащем лично другому кумукскому поэту Манай Алибекову), приводятся образцы кумукско-ногайской литературы:

1) Ногайские загадки

2) -//- песни

3) Песни нагайских казаков.

4) Предание о Нарике и Чора-Батыре.

5) -//- о Тохтамыш хане

6) -//-о Мирзе Мамае.

7) -//- об Абдиль Султане Крымском.

8) песни казаков.

9) Предание об Эрю Амед, сын Айсула.

10) -//- об Эсен-Болате.

11) Кумукские пословицы и поговорки.

12) Современные песни кумуков.

13) Исторические песни кумуков.

В 14-ом отделе сборника М. Осман-заде сделал несколько дополнений, как из своих собственных стихотворений, так и из стихотворений другого знаменного кумукского поэта Казака. Отдел этот озаглавлен: "Дополнения к современным кумукским песням".

Но М. Осман-заде принадлежит еще очень много стихов, не вошедших в этот сборник; стихи эти до настоящего времени живут в народе, переходя из уст в уста кумукских певцов. Осман-заде, как мы отметили уже выше, был не только хорошим поэтом, но и большим культурным работником. Он живо реагировал на всякую отрицательную сторону кумукской жизни, кумукского быта. В пьянстве и курении он видел причины отсталости, косности и невежества своего народа: неудивительно, поэтому, что он с такой силой и ненавистью обрушивается на пьянство в своей поэме "диалог между человеком и пьянством".

Вообще вопрос о пьянстве был предметом долгих, горячих обсуждений на востоке в течение многих лет. Сколько раз в Турции издавались строгие "ферманы", запрещающие пьянство, а как много места в своих произведениях уделяет знаменитый туркменский поэт Махдум-Кули этому социальному злу - пьянству и куренью. Тюрко-татарские народности, вообще питающие некоторую склонность к пьянству, особенно предались этому злу после присоединения к Российской империи.

Однако, А Вамбери в своем очерке "следы влияний западной культуры на востоке", (Nyugat Kulturaja Keleten), сравнивая русский режим с английским, делает слишком преувеличенный вывод, приписывая русским "политику уничтожения тюрко-татарских народностей водкой...".

В своем произведении "Девица роза" М. Осман-заде очень ярко изображает положение угнетенной кумукской женщины.

Как ни странно, М. Осман-заде, (как и другие кумукские поэты) ни единым словом не осуждает дикого и кошмарного обычая кумукского народа, кровавой мести. Наоборот, как Осман-заде, так и другие кумукские поэты своими пламенными произведениями о "джигитизме" еще больше разжигали страсти народа.

Как поэт, М. Осман-заде вырос и окреп в эпоху Гаспринского; вот почему в его произведениях нашли себе яркое отражение все новшества и идеи, НАВЕЯННЫЕ ЭПОХОЙ Гаспринского. Литературный язык Осман-заде прост, стиль силен; можно сказать, что это был почти единственный кумукский поэт, обладающий столь прекрасным, своеобразным стилем и приковывающий внимание читателя чистотой размаха и глубиной чувств. В этом отношении с ним можно сравнить разве только двух других известных кумукских поэтов: Казака и Маная.

Манай Алибек-заде.

Манай родился в 1278 г. в Яхсае и там же умер в 1338 г. (хиджры). Нигде, ни в какой школе он не обучался, но благодаря врожденным способностям впоследствии стал одним из известных поэтов и общественных работников кумукского народа. Собрание сочинений Маная (155 стр.) издано Микаилом Канболатом.

Творчество поэта всесторонне охватывает кумукскую жизнь. Он довольно плодовитый поэт. Темы его творчества -

1) Кумукские обычаи; автор хорошо знает их. У него знакомимся с кровавой местью, различными наказаниями, кумукской свадьбой и т.д. Особенно ярко изображены обычаи семейного и общественного быта кумукского народа, относящиеся к эпохе феодальных порядков.

2) Кумукская свадьба. Все свадебные обычаи кумуков, их музыка, танцы, домашняя обстановка и т.д. очень подробно описаны, и могут служить прекрасным материалом для этнографических исследований кумукского народа; и, наконец,

3) Его собственные стихи.

Основное содержание их, описание бесчисленных злодеяний, причиняемых народу шавхальскими беками, находящимися на царской службе.

Манай в своих произведениях подвергает строгой критике общественный быт кумукского народа; но, он горько высмеивает и уродливые формы царского управления. Пристав, бюрократический канцелярский чиновник и взяточник - судья, столпы местной власти, ярко изображены им в стихотворении "Судья и его деяния".

В стихотворении "заявление Кавказских гор" (Кавказ тавларины арзухали), он уже указывает конкретные меры для избавления от царского гнета. Далее упоминает о том, что Дагестан до присоединения к Российской империи был тихой, живущей своей мирной и счастливой жизнью страною; конец стихотворения написан видимо под влиянием революционных настроений 1905 г.:

Пример:

Сутта йок, диван-да йок;
бары бузук, карасан;
"Эй!" деп айтма бирэв йок
сюйген чакы таласан.
Намус, ях, адамлых йок,
булар узакка бармас -
бизге де бир гун тувар,
инша-алла, булай калмас.

Перевод:

Нет ни суда, ни власти
все гниль, как посмотришь;
нет ни души к кому бы обратиться,
сколько бы ты не старался.
Нет ни чести, ни справедливости, ни человечности;
так далеко не пойдет -
настанет и для нас день;
даст бог, так не останется.

Одним из первостепенной важности вопросов, выдвинутых революционными событиями 1905 г., был вопрос борьбы с муллой, мешающим всякому прогрессу. Многие стихотворения Маная посвящены этому вопросу о борьбе с муллами, шейхами, вообще с духовенством. В одном своем стихотворении, защищая "новый метод преподавания" Манай называет мулл и шейхов паразитами, живущими за счет народа. Это стихотворение было тогда разослано многим муллам и от них были получены пять ответов, излагающих ту, или иную точку зрения на роль духовенства. Выдвинутый Манаем вопрос о духовенстве породил в Дагестане три главных течения: 1) приверженцев духовенства; 2) противников его и 3) нейтральных. Из полученных ответов Манаю особенно понравился ответ Эбу-Суфьяна т.к. он был его единомышленником; ответ Нухая был нейтральным, а ответ Мухамеда Дебирова был в духе старого, консервативного духовенства.

Манай был яркой звездой кумукской литературы; поэзия была для него не самоцелью, не "музой тонкого искусства и эстетики", а всемогущим средством, служащим для просветления темных, забитых и отсталых крестьянских масс. Эта просветительная тенденция красной нитью, проходит во всех его произведениях. Поэт крестьянства, он воспевал его безграничное горе, его нужды.

В эпоху Маная одним из животрепещущих вопросов был вопрос об эмиграции. В это время в Крыму и на Северном Кавказе наблюдалось сильное эмиграционное течение. После присоединения к Российской империи крымские и северно-кавказские тюрки начали сотнями тысяч эмигрировать в Турцию и в балканские страны. Это эмиграционное настроение всячески поддерживалось и поощрялось реакционным местным духовенством и царским правительством с его политикой притеснений, гонений и поощрений эмиграции. Эмиграционное движение в таком колоссальном размере, как в Крыму и на Северном Кавказе, не наблюдалось в Азербайджане. Причиной этого, до некоторой степени, был, быть может, шиитизм азербайджанских тюрок, а с другой стороны тесные взаимоотношения с Персией. Эмиграция была одной из главных тем как крымских, так и дагестанских поэтов.

В произведениях кумукских поэтов, в частности Маная, можно найти богатый диактоологический и этнографический материалы; но кроме того на основании их произведений можно уяснить и политические и социально-экономические течения, господствовавшие в ту эпоху среди масс.

Эбу-Суфьян.

Одним из наиболее известных культурных деятелей кумукского народа является, несомненно, Эбу-Суфьян. Судя по его автобиографии, присланной им самим по нашей просьбе, родился он в 1289 г. (хиджр) в дер. Казаныш. Начальное образование получил сперва в дагестанских медрессе, а потом у "нео-методистов" Ф. Керими в Оренбурге и у Гаспринского в Крыму. Вполне образованный человек, он владеет османским, азербайджанским и казанским наречиями; пишет стихи на арабском и персидском языках; русским языком владеет настолько, что вполне может пользоваться книгами на русском языке. По множеству и разнообразию своих сочинений, он напоминает османского-турецкого Мидхат-бея, имеющего прозвище "первого учителя - хаджеи эввель". В прозе и стихах им написано около сорока вещей.

Деятельность Э. Суфьяна довольно разнообразна: он и поэт, и общественный деятель; он методист, лингвист и переводчик.

Поэтическое дарование Э. Суфьяна по сравнению с творчеством поэта Маная, Казака, Осман-Заде и др. очень слабо. С формальной стороны (в отнош. метрики, рифм, инструментовки) стихотворения его полны недостатков; содержанке их бедно. Поэт лишен красоты стиля, глубины чувств и богатства словарного запаса. От чтения его произведений, остается впечатление, будто все они скопированы с готовых образцов.

Как общественный деятель Эбу-Сафьян был первым провозвестником нoвой методики преподавания в Дагестане. Вместе с Мухамедом Мавраевым они основали первую тюркскую типографию в Дагестане и положили начало тюркского книгопечатания на своей родине.

Он сам лично проводил в жизнь свою идею. Вместо старых, схоластических медрессе, существующих в Дагестане, он открыл нового типа духовные семинарии, каковые уже существовали в то время у приволжских татар. Здесь, в этих обновленных семинариях (медрессе) пытались основывать преподавание шариата на "научных" данных.

Эбу-Суфьяном переведены на кумукское наречие "Тежвид", "мевлюд", составлены словарь и учебник географии. Но, самая главная заслуга Эбу-Суфьяна - в области языковедения. Ему принадлежат два действительно важных труда: 1) "межмуль-мензумат" (сборник религиозной народной словесности); 2) "меджмууль-эш\'ар" (сборник стихотворений светского характера). В последний сборник включены и его собственные стихи, стихи других кумукских поэтов, разные загадки и пословицы.

Единственное, чего не следовало бы ему делать - это смешивать османские пословицы с кумукскими. Не кумуку читателю их трудно, очень трудно различать, благодаря чему теряется возможность узнать чисто кумукские пословицы.

Кроме всего этого Эбу Суфьяну приналежат еще два словаря. Их также можно причислить к трудам по языковедению. В первом словаре поэт сравнивает некоторые слова на арабском, русском, казы-кумукском, кумукском, аварском и чеченском языках; во втором словаре собраны арабско-персидские литературные слова, необходимые для понимания турецких и азербайджанских газет. Им же составлен словарь политических слов и терминов, пока еще не напечатанный.

Тимур-болат Бек-болатов.

Т. Болат Бек-Болатов родился в 1880 г. в дер. Казаныш. Большая часть его деятельности связана с театром и музыкой. В 1917 г. в гор. Темир-Хан-Шуре он издает журнал "Тан-Чолпан". Это был первый кумукский журнал. Не имея, к сожалению, сейчас в руках ни одного экземпляра этого журнала, в настоящей статье ничего не можем о нем сказать. Первая кумукская пьеса, увидевшая свет рампы, принадлежит Темиру бек-Болату. Главнейшие его пьесы следующие: 1) Шамиль - драма в 6 действиях; 2) Сувпери - драма в 4 действиях; 3) Поэма Асилу; 4) Таир и Зоре - переделка пьесы татарского поэта Бурнашева. Однако, произведения Т. бек Болата еще не изданы; мы познакомились с ними только благодаря любезности самого автора. Таким образом, Т. бек Болат ввел в кумукскую литературу новый вид искусства - искусство драматическое. Кроме того, Т. Бек Болатом собрано много кумукских народных мотивов. Насколько нам известно, кумукская музыка, как литература, так-же совершенно не исследована. Им (Болатом) приготовлен к печати сборник собственных его стихотворений под наз. "Джан-Азыги". Вообще, у него имеются довольно ценные вещи, но до сего времени ни одно из его произведений не увидело света. По стихотворениям, имеющимся в наших руках, мы знаем Болата, только как лирика. Стихотворения эти отмечаются простотой языка, красотой стиля и глубиной чувств.

Теперь, необходимо сказать несколько слов и о поэтах, биографии которых нам пока не известны, и о тех, поэтическое творчество которых началось сравнительно еще не так давно.

Среди кумукских поэтов по своему поэтическому творчеству наибольшею даровитостью выделяется Казак. Выразительность языка, правдивость сравнений и "задушевная печаль" его поэзии, ставят его в один ряд с знаменитым туркменским поэтом Махдум-Кули. Но стиль Казака гораздо сильнее, красивее стиля Махдума-Кули. Последний подчинен влиянию письменной литературы, Казак же свободен от всякого подражания, творчество его богато оригинальными эстетическими моментами. Произведения этого талантливого поэта в сборнике, составленном Эбу-Суфьяном, смешаны с произведениями других поэтов, отдельно же до сих пор они, к сожалению, не изданы.

В 1925 г. был издан маленький сборник стихотворений современного кумукского поэта Алима Салавата. По своему мировоззрению он совершенно не похож на предыдущих поэтов. Эпиграфом для своего сборника он избирает след. слова:

Пример:

Кыбламда асрулардыр юхлайган
джагильликден данграган тавлар бар
канатка бир эп этип учма сюйсем
етме коймай, бир джаныма явлар бар.

Перевод:

На востоке столетия, спящие
горы, сотрясающиеся от тьмы;
если, раскрыв крылья, захочу подняться -
не дают достичь; души моей много врагов.

Особенность мировоззрения А. Салавата сказывается в самом выборе темы. В то время, когда у других кумукских поэтов основными темами были "джигитизм" и "любовь к прошлому", темы А. Салавата более современны, более жизненны. Об этом можно судить уже по одним названиям отделов его сборника:

1) "В дни печали".

2) "В революционные дни".

3) "Товарищам".

4) "Детям" и т.д.

В дополнение, скажем несколько слов о литературе, издаваемой на кумукском наречии в настоящее время.

Среди издаваемой литературы имеются несколько трудов Мухамеда Дебирова: 1) "Педагогика и методика"; 2) "История первобытной культуры" и 3) "Мир детей". Издается один литературно-педагогический журнал на османском наречии "Меариф-йолы" (путь просвещения). И две газеты - одна на азербайджанском, другая на кумукском наречии. В общем, кумукская литература находится еще на первых ступенях культуры.

Письменная литература кумуков имеет за собой всего лишь 50 лет. За это время она не развилась настолько, чтобы заимствовать темы и формы у других соседних народностей, напр. у русских, или османских тюрок. Но она поддалась влиянию "ново-методического течения", начатого Гаспринским в Крыму и Баруди в Казани. Примером этого служат переведенные на кумукское наречие казанско-татарскяе рассказы, пьесы и т.д. Среди других тюркских наречий и литературы, кумукская литература имеет осoбое место и, несомненно, ей принадлежит светлое будущее. Мы знаем, что кумукское наречие издавна играло роль общего языка Северо-Кавказских народностей. Однако, вместе с тем, развиваясь совершенно самостоятельно, изолированно, она не сможет стать вполне законченным литературным языком - языком печати и школы.

Поэтому, она должна сблизиться с каким-либо другим тюрко-татарским литературным наречием, тем более что кумукское наречие очень близко к крымско-татарскому, балкарскому и карачайскому наречиям. С другой стороны сравнительная бедность литературы этих народностей и другие культурные условия могут способствовать сближению кумукского наречия и с литературным языком османских или азербайджанских тюрок.

Язык и стиль издаваемых в настоящее время в Дагестане газет и журналов ("Пути просвещения", "Ёлдаш" и "Дагестанский пролетарий") - дают уже некоторое основание полагать, что эти перспективы начинают сбываться.


Источник: Известия Восточного факультета Азербайджанского государственного университета. Востоковедение. Т.1. Под ред. Б. Чобанзаде и А.В. Багрия. Баку. 1926. С.25-47.

Размещено: 18.09.2011 | Просмотров: 5766 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.