Кумыкский мир

Культура, история, современность

Грамматика Тимофея Макарова:

поиски, находки, исследования.

1848 год знаменовался двумя важными событиями в культурной жизни Дагестана. В том году увидели свет работы Девлет-Мурзы Шихалиева "Рассказ кумыка о кумыках" и Тимофея Никитича Макарова "Татарская грамматика кавказского наречия"01). Первая была опубликована на страницах общекавказской газеты "Кавказ" и получила в свое время широкий общественный резонанс. И в последующие годы она не была обделена вниманием публицистов, научной общественности и т.д. Подтверждением этому являются периодически появляющиеся в научных и публицистических изданиях статей и других публикаций, посвященных самому Д.-М.Шихалиеву и его работе02). Знаковым в этом плане моментом, конечно же, является подготовка и издание в 1993 г. отдельной книгой "Рассказа кумыка о кумыках" с предисловием и комментариями известного учёного-этнографа доктора исторических наук С.Ш.Гаджиевой, которая является также составителем этой книги.

Куда более скромная участь ждала книгу Т.Н. Макарова "Татарская грамматика кавказского наречия", хотя она имела не меньшее значение в культурной, а где-то и политической жизни кумыкского народа. Книга стала "первым систематическим изложением грамматического строя кумыкского языка"03).

Грамматика Макарова была издана в Тифлисской типографии наместника царя на Кавказе.

Поскольку до сих пор не велись серьезные и глубокие исследования по изучению биографии, то, естественно, исследователи и ценители старины имеют в своём распоряжении более чем скромные данные о жизни и творческой деятельности Т.Н. Макарова04). Вот что нам удалось почерпнуть о жизненном пути Т.Н. Макарова из всевозможных источников.

Т.Н. Макаров родился в 1822 г. В Астраханской гимназии изучал татарский язык. Со ссылкой на Т. Остроумова академик А.Н.Кононов отмечает, что указанное учебное заведение в 1840 г. "окончил Макаров Тимофей 18-ти лет, поступивший после окончания гимназии в военное ведомство"05). До 1844 г. Тимофей Никитич служил в батальоне кантонистов, т.е. в военном учебном заведении для солдатских детей. Как полагают исследователи, в это время Т.Н. Макаров преподавал "татарский язык" в школе кантонистов06) и одновременно "слушал лекции в Императорском Санкпетербургском университете"07). В цитируемой работе А.Н. Кононова отмечается, Т.Н. Макаров мог быть вольнослушателем, ибо, как показывают данные исследований по истории Санкт-Петербургского университета того периода, его фамилии нет среди студентов, окончивших полный курс университетского образования08).

После открытия отделения восточных языков в Новочеркасской гимназии Т.Н. Макаров переходит преподавать туда. Видимо, он принимал активное участие в создании этого отделения. На данную мысль нас наталкивает тот факт, что при официальном его открытии весной 1851 г. Тимофей Никитич произнес речь "О языках и наречиях, употребляемых на Кавказе". Эта мысль подтверждается также тем обстоятельством, что ещё в 1846 году на страницах газеты "Кавказ" Т.Н. Макаровым была опубликована статья "Об открытии отделения восточных языков при Новочеркасской гимназии"09).

С 22 июня 1851 до конца 1858 г. Т.Н. Макаров преподавал в отделении кумыкский язык10). С конца 1858 г. Тимофей Никитич переходит на работу в Управление мирными горцами, где "коллежский асессор" значится секретарем.

За период с 1859 по 1879 годы, а это время службы и, возможно, годы нахождения на пенсии, для Т.Н. Макарова были в творческом плане очень плодотворными. Он издал за это время на станицах газет "Кавказ", "Иллюстрированная газета", "Обзор" и возможно других изданий несколько значимых статей истории и культуре Кавказа. Характерно в этом плане то, что академик А.Н.Кононов, определяя крайнюю дату жизни Т.Н. Макарова, берет за точку отсчета, как нам представляется 1879 год. А это именно год, когда была опубликована последняя статья Тимофея Никитича.

Несмотря на наличие других работ научного и научно-популярного характера, можно с уверенностью сказать, что наиболее значительным трудом Т.Н. Макарова, имевшим как научное, так и практическое значение, была его "Татарская грамматика кавказского наречия".

Главным побудительным мотивом в написании этой книги для Т.Н. Макарова стала ситуация, при которой для налаживания административной системы на Кавказе понадобились специалисты, владеющие местными языками, знакомые с обычаями и законами туземного населения. При этом обращалось внимание на языки более или менее распространенные на Кавказе.

Впрочем, вот что пишет об этом сам Тимофей Никитич в предисловии к "Грамматике...": "Считаясь в Ставрополе (Ставропольской губернии) Высочайше командированным для ознакомления с должностью переводчиков я имел случай по службе быть между многими Кавказскими племенами, говорящими диалектами татарского языка.... Впоследствии времени я узнал и недостаточность руководств (чтобы быть переводчиком) по коим я учился в Астраханской гимназии и слушал лекции в Императорском Санктпетербургском университете"11).

Из числа всех "диалектов татарского языка" на Кавказе внимание Т.Н. Макарова останавливается на кумыкском языке. И вот почему. "Из всех племен, говорящих Татарским языком, - пишет Т.Н. Макаров в том же предисловии, - мне более всех понравились кумыки, как по определенности и точности языка, так и по близкости к европейской цивилизации, но главное я имел ввиду то, что они живут на Левом фланге кавказской Линии, где у нас военные действия и где все племена, кроме своего языка, говорят и по-кумыкски"12).

Книга служила пособием для преподавателей и учащихся, кроме Ставропольской ещё Астраханской, Новочеркасской и Тифлисской гимназий, а также Кизлярского и Моздокского училищ, в которых велось в то время преподавание кумыкского языка.

Первым общественным откликом на работу Макарова стала рецензия, опубликованная на страницах общекавказской газеты "Кавказ" в том же 1848 году13). Эта публикация не носила в полном смысле этого слова научного характера и ставила задачу скорее об извещении общественности об этой книге.

Обстоятельный научный разбор работы Макарова был сделан в 1852 г. современником Тимофея Никитича санскритологом и тюркологом, академиком О.Н. Бётлингком14). Но, судя по тому, что эта работа в литературе почти не упоминается (статья А.Н.Кононова, опубликованная в журнале "Советская тюркология" (1982. №1) в данном случае в расчет не берется), то надо полагать она затерялась в потемках солидного академического журнала.

Однако со временем грамматику Макарова, по весьма удачному выражению академика А.Н. Кононова, "постигла горькая судьба забвения"15). И, действительно, в последующие почти 50 лет о грамматике Макарова мало кто упоминал.

Очередное обращение к грамматике Т.Н. Макарова можно встретить в докторской диссертации П.М.Мелиоранского "Араб-филолог о турецком языке" (СПб.,1900. С.LX, LXII.)16). Исследователь обратился к работе Макарова по поводу так называемого "действительного интенсивного причастия" (форма на - ayan). Однако он, используя некоторые положения из грамматики Тимофея Никитича, сделал не совсем точные выводы и даже приписал Макарову то, о чем последний вовсе и не говорил.

Здесь уместно отметить, что, по мнению академика А.Н.Кононова, это является едва ли не единственным упоминанием работы Макарова в начале со времени выхода в свет рецензии О.Бётлингка. Такое утверждение, мягко говоря, не совсем верно. Дело в том, что, насколько нам удалось выяснить, в последний раз грамматика Макарова упоминается в вышедшей в 1903 г в Казани книге Н.Ф.Катанова "Опыт исследования урянхайского языка, с указанием главнейших родственных отношений его к другим языкам тюркского корня"17).

Н.Ф. Катанов, как нам представляется, совершенно не оценил по достоинству грамматику Т.Н. Макарова. Он с самого начала открещивается от книги Т.Н. Макарова, как, впрочем, он открещивается от других работ по кумыкскому языку, не относя их к разряду научных исследований. "С урянхайским языком я не сравниваю наречий кавказских кумыков, литовских караимов и турков трапезундских и айдинских, - пишет во вводной статье своей работы Н.Ф.Катанов,- ибо для первых двух наречий не имею под руками строго научных изысканий, а имею только сочинение Цаллагова, Афанасьева18), Мохира и Макарова, сочинения, во многих отношениях требующие ещё проверки..."19).

Однако дальше с учеными происходит не совсем понятные вещи. Они в последующие почти 4 десятка лет "в упор", как говорится, не замечают "Грамматику:", хотя имя самого Тимофея Никитича продолжает встречаться в работах, где исследуется история учебных заведений, в которых он обучался или был занят преподавательской деятельностью20).

В числе первых это сделал, пожалуй, профессор Азербайджанского университета Б.Чобанзаде в 1926 г. Он издал в Баку работу "Предварительное сообщение о кумыкском наречии", где пишет: "Материалы по языку и литературе кумыков ... скудны ... Вряд ли будет ошибкой, если скажем, что первое сообщение о кумыкском языке имеется только в "Сборнике материалов для описания племен и местностей Кавказа" ..."21). И даже анализируя работу Н.Ф.Катанова "Опыт исследования урянхайского языка" (Казань,1903), профессор не замечает фамилию Макарова, хотя названы фамилии других авторов, на чьи работы, как правило, ссылались тогдашние исследователи кумыкской истории и языка. Здесь речь идет, разумеется, об Афанасьеве, Мохире и других.

Почин Б.Чобанзаде продолжили другие ученые. Выпускник 1929 г. Ленинградского Восточного института, этнический кумык Сатыбалов А.А. в обстоятельной своей статье "К вопросу об изучении говоров кумыкского языка" ни словом не обмолвился о грамматике Т.Н. Макарова22).

Дальше своего ученика пошел профессор Н.К. Дмитриев. Поведение уважаемого профессора вообще не поддается никакой логике. Судите сами. Н.К.Дмитриев хорошо знаком с приведенной выше диссертацией П.М.Мелиоранского. Более того, в своей работе 1940 г., посвященной исследованию грамматики кумыкского языка23), он цитирует без ссылки место из диссертации Мелиоранского, где последний как раз обращается к работе Т.Н. Макарова.

Можно предположить, что до диссертации П.М. Мелиоранского Н.К. Дмитриев не был знаком с работой Т.Н. Макарова. С этой точки зрения понятна ситуация, когда уважаемый профессор на страницах 42-43 своей работы "Очерки по кумыкскому синтаксису" перечислил источники по истории кумыкского языка, но среди них грамматика Макарова не значится24). Но упоминание у П.М.Мелиоранского имени Т.Н. Макарова не оставляет и тени сомнения в том, что Н.К.Дмитриев, будучи добросовестным ученым, не мог не заинтересоваться "Грамматикой :".

Тем не менее, нет о Макарове и его грамматике ничего также в последующих работах Н.К. Дмитриева25). Странная и не понятная ситуация, характеризующая профессора Н.К.Дмитриева с невыгодной для него стороны.

Новое вовлечение в научный оборот грамматики Т.Н. Макарова относится к концу 60-х годов ХХ в. Через 65 лет после выхода в свет работы Н.Ф.Катанова "Опыт исследования урянхайского языка:", появляется публикация дагестанского автора А.Г. Магомедова "Собственно - послелоги и послелоги-изолированные формы знаменательных слов кумыкского языка", в которой автор дважды ссылается на грамматику Т.Н. Макарова26).

В январе 1972 года книга была обнаружена в государственной библиотеке имени В.И.Ленина (ныне Государственная библиотека РФ) доцентом Дагестанского госуниверситета С.М.Алиевым27). Ученым была сделана фотокопия обложки грамматики. Эти копии демонстрировались в одном из залов Республиканской краеведческой библиотеки Дагестана.

В 1980 году грамматика Макарова была обнаружена среди книг Воронцовского фонда научной библиотеки Одесского госуниверситета имени И.И.Мечникова автором этих строк - тогдашним студентом второго курса исторического факультета этого вуза28).

В фондах научного абонемента библиотеки хранились два экземпляра. Кроме всего прочего, они интересны тем, что одна из них содержала на внутренней стороне (верхний левый угол) обложки дарственную надпись автора на имя наместника на Кавказе Воронцова.

История этих экземпляров грамматики Т.Н. Макарова такова. Как известно, впоследствии после ухода с Кавказа М.С.Воронцов стал градоначальником Одессы. Воронцовы были известны как меценаты науки и просвещения и имели солидные библиотеки. Градоначальник завещал половину своей библиотеки передать Рищельевскому лицею, на базе которого в 1866 году был открыть Одесский университет, а остальную половину - Санк-Петербургской публичной библиотеке.

Насколько помнится, эти записи были сделаны красной тушью или чернилами.

После появления на страницах республиканских средств массовой информации сообщений о находке С.М.Алиева29), книга Макарова, можно сказать, прочно вошла в научную, справочную и публицистическую литературу. Грамматика Макарова упоминается, в частности, в вышедших еще в первой половине 70-х годов ХХ века фундаментальных исследованиях академика А.Н.Кононова по истории изучения тюркских языков в России30).

Правда, А.Н.Кононов ошибочно включил грамматику Макарова в литературу по истории азербайджанского языка. Свою ошибку ученый признал в статье "Из истории кумыкского языкознания", опубликованной в 1982 г. в г.Баку на страницах журнала "Советская тюркология"31) и в повторных изданиях фундаментальных исследований по истории развития тюркологии в дореволюционной Росссии и библиографическом словаре отечественных тюркологов32).

Признанию академиком А.Н.Кононовым своей ошибки предшествовали появление на страницах республиканской газеты "Дагестанская правда" и журнала "Советский Дагестан" указанных выше публикаций о находке грамматики Т.Н. Макарова С.Алиевым в главной библиотеке страны. Кроме того, академик А.Н.Кононов получил письма от некоторых ученых Дагестана с дополнительными сведениями, в том числе о Т.Н. Макарове. В частности, в предисловии ко второму изданию "Библиографического словаря отечественных тюркологов" (М.: Наука,1989. С.5) академик А.Н.Кононов выразил "сердечную признательность" и благодарил "за дружескую помощь" ученых, приславших со всех концов страны свои письма с интересными дополнениями и ценными сведениями для второго издания словаря отечественных тюркологов. Такие письма отправили из Дагестана С.Акбиев, К.Алиев, С.Алиев, Г.М.Оразаев.

Вполне возможно, что этой ошибке способствовали материалы "Кавказского календаря" на 1893 г., где в разделе "Статистические и другие данные о Кавказе"33) можно прочитать следующее: "Макаров. Татарская грамматика закавказского наречия // Кавказ. 1848. №52". Причем, как известно, эта не сама работа Макарова, а рецензия на неё. Возможно, эта редакционная ошибка сыграла "злую шутку" в отношении грамматики Макарова в том смысле, что исследователи с вычетом, может быть, П.М.Мелиоранского, Н.Ф.Катанова и некоторых других, после ознакомления с материалами из "Кавказского календаря" за 1892 г. начали относить её к разряду литературы по азербайджанскому языку.

Во всяком случае, так поступили академик А.Крымский34) и, как указывалось выше, академик Кононов А.Н. Статья А.Н.Кононова в журнале "Советская тюркология" (1982. №1) позволяет предположить, что источником ошибки для него лично могли быть сведения академика А.Крымского.

К настоящему времени усилиями многих ученых проделана большая работа по изучению и популяризации первой научной грамматики кумыкского языка.

Интересные факты из биографии Тимофея Никитича кавказского периода обнаружил в ходе архивных поисков в Ставрополе политолог и философ К.М.Алиев. Ему удалось, в частности уточнить, что с 1846 по 1951 годы Т.Н. Макаров служил письменным переводчиком Генерального штаба войск Кавказской линии в г. Ставрополь.

Небезынтересен и тот факт, что, как полагает Камиль Магомедсалихович, здесь Макаров познакомился с крупнейшим историком и этнографом из кумыков Девлет-Мурзой Шихалиевым35).

Обнаруженные в ходе архивных поисков сведения о Т.Н. Макарове и его грамматике были сообщены К.М.Алиевым на 5 страницах машинописного текста академику А.Н.Кононову. Благодаря этому, сведения о Т.Н. Макарове, особенно биографического характера, удалось значительно пополнить при переиздании "Библиографического словаря отечественных тюркологов" (М.,1989. С.151).

Теплотой в адрес Т.Н. Макарова веет каждое обращение к нему или к его грамматике в работах профессора-филолога С.Х.Акбиева36). В своих исследованиях и публицистических статьях известный филолог не только отмечает значение грамматики Т.Н. Макарова в научном изучении кумыкского языка, но и подчеркивает огромную роль, которую играет в сближении народов наряду с другими просветительская деятельность замечательного ученого- лингвиста и историка. Не будет большой ошибки в том, если сказать, что Акбиев С.Х. в числе первых среди исследователей обратил внимание на историческое наследие Т.Н. Макарова. Нельзя не согласиться с мнением ученого о том, что, к сожалению, "подвижническая деятельность Т.Н. Макаров на Северном Кавказе и в Дагестане до сих пор не получила должной оценки среди исследователей. Многогранное творчество его заслуживает того, чтобы о Макарове знали и наши современники, и будущие поколения"37).

Определенный вклад в пропаганду грамматики Т.Н. Макарова вносит информационно-аналитический бюллетень Кумыкского научно-культурного общества "Вести КНКО". На её страницах опубликована работа Ф.Б.Астемировой "Из истории дореволюционной кумыкской лексикографии", где говорится об издании в 1848 г. в Тифлисе работы Макарова, правда, без указания автора38).

Вполне оправдана с рассматриваемой точки зрения также перепечатка "Вестями КНКО" уже упомянутой статьи "Из истории кумыкского языкознания" академика А.Н.Кононова из журнала "Советская тюркология" (1982. №2)39). Публикации предпослана небольшая, но содержательная в информационном плане статья ответственного секретаря "Вестей КНКО" Г.Оразаева40).

Много сделано отдельными исследователями для изучения наследия Т.Н. Макарова. В работах, опубликованных на страницах журнала "Советская тюркология", в сборниках статей и других изданиях, наследию Макарова и его грамматике исследователем Г.М.-Р. Оразаевым уделено достаточно большое внимание, хотя нет среди них работ, специально посвященных этой книге41).

Интерес представляют результаты изучения грамматики Макарова Г.М.-Р. Оразаевым в работе "Источники для изучения исторической диалектологии кумыкского языка и истории кумыкской литературы"42). Ему удалось установить, что приведенные в книге Макарова в качестве иллюстраций отдельные тексты и слова с успехом могут быть использованы при исследовании истории кумыкского языка. Ученый насчитал в "татарской грамматике..." около 700 слов кумыкского языка. Составитель первой научной грамматики кумыкского языка, по мнению Г.М.-Р.Оразаева, довольно четко различает письменный и устный разговорный язык кумыков. Принципиальным можно считать вывод, к которому пришел ученый после изучения грамматики Т.Н. Макарова, о том, что "обозначенный Макаровым как кумыкский "письменный язык" в современной научной литературе принято называть кумыкским вариантом северокавказского тюрки".

Автор другой, включенной в указанный выше сборник, статьи "Старопечатная книга на кумыкском языке" А.А.Исаев, анализируя структуру грамматики Макарова, отмечает, что она состоит из трех частей, а именно: фонетики кумыкского языка, грамматики и синтаксиса. Данная книга, по мнению ученого, могла быть использована в качестве пособия в учебных заведениях, где велось изучение кумыкского языка43).

Наконец, о месте и значении грамматики Макарова в истории кумыкского языка говорилось в докладе Н.Х.Ольмесова на Международной научной конференции, состоявшейся в г. Уфа в сентябре 1992 года44).

В материалы этой Международной конференции (Уфа. 1992 г.), вошла также статья автора данной работы45). Наш доклад, несмотря на несколько пространное название, был посвящен поискам и находкам грамматики Т.Н. Макарова.

Несмотря на очевидные успехи в изучении книги Макарова, стоит отметить, что первая научная работа по исследованию грамматики кумыкского языка и ее автор ждут вдумчивого и терпеливого поисковика.

И вот почему. Практически неизвестным остается дальнейшая судьба и деятельность в области научных изысканий Макарова. Известно, что им, кроме составления грамматики кумыкского языка, было задумано еще напечатать учебник, составить несколько разговорников, а также русско-кумыкский и кумыкско-русский словари и т.д.

Незначительными остаются на сегодняшний день также наши сведения о Макарове как исследователе истории и культуры Кавказа и Дагестана. Между тем о незаурядных способностях Макарова - историка говорят опубликованные им на страницах газеты "Кавказ"46) и "Иллюстрированная газета"47) статей о Шамиле как гражданском и военном правителе, Кумыкском округе, адыгейцах.

Кроме того, в 1879 г. на страницах Тифлисской газеты "Обзор" Т.Н. Макаров опубликовал статью "Турецко-татарский язык и его наречия"48). Можно с полной уверенностью сказать, что это далеко не полный перечень опубликованных энтузиастом работ по самым различным проблемам народов Кавказа и Дагестана.

Нельзя сказать, что о них научная общественность могла не знать. Дело в том, что названия некоторых работ Т.Н. Макарова вошла даже в справочную литературу. Во всяком случае, сведения о работах Т.Н. Макарова "Кумыкский округ" (Кавказ.1860. №77-79) и "Племя адыге" (Кавказ.1862. №29 и 34) имеются в библиографическом указателе, опубликованном на страницах "Кавказского календаря" на 1867 г.49).

Справедливости ради отметим, ссылки на ряд из исторических работ Т.Н. Макарова можно уже встретить в некоторых исследованиях. В частности, со ссылкой на статью Т.Н. Макарова "Кумыкский округ", С.Ш. Гаджиева установила тот факт, что "прежде все земли Костека принадлежали фамилии Муртазали-Аджиевых, но за измену Гирея-бурчебия, сына Нуцал-Баммат-Али Гирея, который сражался против русских в войсках Крымского хана, переданы Алишу, родоначальнику фамилии "Хамзиных"50).

Еще на один момент хотелось бы обратить внимание. Практически из числа всех исследователей тюркских языков Кавказа того времени, как нам представляется, Т.Н. Макаров более объективно подошел к оценке кумыкского языка и он, мы это видели выше, с большой симпатией отзывается о ней. Это имело важное значение для кумыкского языка и истории народа в целом как в научном, практическом и даже политическом смысле. Не надо забывать о том, что в Х1Х в. в России хватало людей подходивших к судьбам "инородцев" с психологической установкой главного героя широко известного произведения Фёдора Достоевского "Преступление и наказание" Родиона Раскольникова.

И за примерами, к сожалению, в данном вопросе далеко ходить нет нужды.

Известный ориенталист И.Н. Березин во время своего пребывания в Дагестане тоже изучал кумыкский язык. Вот что он писал по этому сам: "Действительно, два или три дня я провел в лингвистических занятиях с переводчиком Низового укрепления: я изучал тюркский диалект здешних мест"51). Этих двух или трех дней оказалось достаточным будущему академику тюркологии для того, чтобы вынести следующий вердикт по кумыкскому языку: "По всем возможным исследованиям и справкам оказалось, что здешнее наречие одно из самых грубых северных тюркских наречий, что здесь грамматика в большом презрении, что здесь даже попирают логику тюркского языка". "Бедный тюркский язык! Плохое житье тебе в Тарху!"- заканчивает свое заключение о кумыкском языке И.Н.Березин. Впрочем, как отмечает известный этнограф С.Ш.Гаджиева в вышедшей еще в 1961 г. монографии "Кумыки" и в её переиздании в 2000 г., "в противоположность всем другим авторам, писавшим о Дагестане, И.Н.Березин, сообщая о своих наблюдениях, допускает иногда презрительно-иронический тон, не отмечая вместе с тем ни одной положительной черты жизни и быта местных жителей"52). Тем более ценна в этом плане грамматика Т.Н. Макарова.

В свете сказанного полагаю, что было бы целесообразно осуществить переиздание всех трудов Макарова и в первую очередь его грамматику. Считаю также своим долгом указать на один парадоксальный момент. При всем определенном интересе со стороны общества к судьбе и творчеству Т.Н. Макарова, до сих пор нет сколько-нибудь солидных научных и даже публицистических работ об этом энтузиасте и большом знатоке истории и культуры Дагестана и Кавказа. Причем этот упрек относится в одинаковой мере как к филологам и историкам, так и специалистам по другим дисциплинам.

Очевидно и то, что, по крайней мере, в Дагестане до сих пор заслуга Т.Н. Макарова неадекватно отмечена в области научного изучения и развития местных языков.
В начало


Примечания:
1) Татарская грамматика кавказского наречия / Составлена Т.Макаровым. - Тифлис: Тип. Канц. Намест. Кавказского,1848. (У11. 144 с.).
2) См.: Трунов Дм. Девлет - Мурза Шихалиев // Даг. правда.1955. 14 декабря; Гаджиева С.Ш. Д.-М.М. Шихалиев и его труд "Рассказ кумыка о кумыках" (К 120-летию выхода труда в свет) // Уч. зап. Даг. ФАН СССР.- Махачкала,1970. Т.20. Серия: Обществ. науки. С.389-394. Данный очерк С.Ш.Гаджиевой с некоторыми дополнениями включен вместо предисловия в книжный вариант издания работы Д.М.Шихалиева "Рассказ кумыка о кумыках" (Махачкала,1993. С.3-15). Кроме того,
3) Кононов А.Н. История изучения тюркских языков в России: Дооктябрьский период. Изд.2-е, доп. и испр. - Л.,1982. С.245.
4) Приводимые о Т.Н. Макарове биографического характера сведения почерпнуты нами из следующих источников и литературы: Савельев П.С. Восточные литературы и русские ориенталисты // Русский вестник.-М.,1856. Т.2. Кн.2. С.124; Императорский Санкт-Петербургский университет в течение первых пятидесяти лет его существования: Историческая записка, составленная по поручению Совета университета В.В.Григорьевым. - СПб.,1870; Веселовский Н.И. Сведения об официальном преподавании восточных языков в России // Труды третьего Международного съезда ориенталистов в Санкт-Петербурге,1876 г. - СПБ.,1879-1880. Т.1. С.205; Артинский. Очерк истории Новочеркасской войсковой гимназии. - Новочеркасск,1907. С.135; Остроумов Т. Исторический очерк астраханской 1-й мужской гимназии за время с 1806 по 1914 год. - Астрахань, Б.г., а также из приводивых в настоящей статье работ академика А.Н.Кононова, К.М.Алиева и др.
5) См.: Остроумов Т. Указ. соч.; Библиографический словарь : - М.,1989. С.150.
6) Библиографический словарь : С.150.
7) Татарская грамматика : С.111.
8) См.: Императорский Санкт-Петербургский университет в течение первых пятидесяти лет его существования: Историческая записка, составленная по поручению Совета университета В.В.Григорьевым. - СПб.,1870;
9) См.: Кавказ. 1846. №9.
10) См.: Отчет о состоянии и деятельности Новочеркасской гимназии // Донские войсковые ведомости. 1867. 15 июля.
11) Татарская грамматика кавказского наречия / Составлена Т.Макаровым. - Тифлис,1848. С.111.
12) Там же. С.1У. К слову сказать о значении кумыкского языка в жизни народов Дагестана многие ученые и исследователи Кавказа. Ещё за год до выхода в свет работы Макарова, в своем описании Дагестана, А.А.Неверовский отмечал, что все горцы при контактах "с шамхальцами и вообще с жителями плоскости, употребляют кумыкский язык" (См.: Неверовский А.А. Взгляд на северный и средний Дагестан в топографическом и статистическом отношениях // Военный журнал,1847. №5. С.21). Вот что писал в 1867 г. на страницах "Вестника Европы" по этому поводу известный знаток истории Кавказа П.Г.Пржецлавский: "...Зная кумыкский язык, можно разговаривать не только по всему Дагестану и во всех мусульманских провинциях на Кавказе, но в Крыму, Казани, Персии, Турции" (См.: Пржецлавский П.Г. Дагестан, его нравы и обычаи // Вестник Европы,1867. Т.3. С.142). В 1893 г. на страницах "Сборника материалов для описания местностей и племен Кавказа" (далее СМОМПК) Л.Лопатинский писал о том, что для горцев язык кумыков, "весьма близко стоящий к другим тюркским наречиям Северного Кавказа, служит языком международных сношений". (Т.ХУ11. Отд.111. С.61). По мнению академика А.Н.Кононова, "кумыкский язык для Северного Кавказа, как азербайджанский для Закавказья, был своеобразным Lingua franca" (См.: Кононов А.Н. История изучения: - Л.,1982. С.246). К месту будет вспомнить приписываемые известному лакскому поэту Абуталибу Гафурову и приводимые Расулом Гамзатовым слова: "Раньше во время сватовства говорили, расхваливая жениха : "Он знает кумыкский язык" - и это значило, что жених очень знающий человек, с таким не пропадешь" (См.: Гамзатов Р. Мой Дагестан. Кн.1-2. - Махачкала,1985. С.350-351).
13) Кавказ.1848. №52.
14) Bohtlingk O. Zur turkisch-tatarischen Grammatik // Melanges Asiftiques.- St.-Pb,1852. Т.1. S.127-141.
15) Сов. тюркология,1982. №1 С.49.
16) Мелиоранский П.М. Араб - филолог о турецком языке. - СПб.,1900. С.LX, LX11.
17) Катанов Н.Ф. Опыт исследования урянхайского языка, с указанием главнейших родственных отношений его к другим языкам тюркского корня. - Казань,1903
18) Афанасьев М.Г. Кумыкские песни // СМОМПК. Вып.17; Его же. Русско-кумыкский словарь // Там же; Мохир М.В. Кумыкско-русский словарь // Там же.
19) Там же. С.ХХХVI.
20) См., например: Артинский. Очерк истории Новочеркасской войсковой гимназии. - Новочеркасск,1907. С.135; Остроумов Т. Исторический очерк астраханской 1-й мужской гимназии за время с 1806 по 1914 год. - Астрахань, Б.г. и др.
21) См.: Известия обследования и изучения Азербайджана.-Баку,1926. Вып.1. С.37.
22) См.: Советское языкознание.-Л.,1937. Т.4. С.105-114.
23) Дмитриев Н.К. Грамматика кумыкского языка. - М.-Л.,1940. С.156.
24) Языки Северного Кавказа и Дагестана: Сб. лингвист исследований. - М.-Л.,1935. С.41-66.
25) См., например: Дмитриев Н. Из истории русского кумыковедения // Вестник Академии Наук СССР,1948. №5. С.107-108; Его же. Материалы по истории кумыкского языка // Языки Северного Кавказа и Дагестана. - М..1949. Вып.2.
26) Магомедов А.Г. Собственно - послелоги и послелоги-изолированные формы знаменательных слов кумыкского языка. - Махачкала,1968. С.8,118.
27) Акавов З. Неожиданная находка // Даг. правда.1972. 18 июля; Алиев С., Акбиев С.-М. Первая печатная грамматика кумыкского языка // Сов. Дагестан,1975. №1. С.72-73.
28) Муцалханов М. Источники по истории Дагестана // Дружба. - Хасавюрт,1983. 27 июля.
29) См.: Дагестанская правда. 1972. 18 июня; Советский Дагестан,1975. №1. С.72-73.
30) Кононов А.Н. История изучения тюркских языков в России. Дооктябрьский период. - Л.: Наука,1972. С.197, 204; Библиографический словарь отечественных тюркологов. Дооктябрьский период / Под ред. и с введением А.Н.Кононова.- М.:Наука,1974. С.47.
31) Советская тюркология,1982. №1. С.48-50.
32) Кононов А.Н. История изучения тюркских языков в России. Дооктябрьский период. - Л.: Наука,1982. Библиографический словарь отечественных тюркологов. Дооктябрьский период / Под ред. и с введением А.Н.Кононова.- М.:Наука,1989.
33) Кавказский календарь на 1893 г. - Тифлис.1982. С.29.
34) Kpимckий А. Тюрки, iх мови та литература. Твори в 5 т. - Киiв,1974. Т.4. С.493.
35) Алиев К. Интересные находки в Ставрополе // Даг. правда. 1982. 8 августа. Его же. В ходе архивных поисков // Даг. правда.1984. 5 июля.
36) Акбиев С.-М.Х. От рукописной книги к печатной. - Махачкала,1982. С.27-30. Кумык. яз.; Его же. Кумыкская печать // Печать Дагестана: Справочник. - Махачкала,1983; Его же. Предисловия старопечатных книг на кумыкском языке // Письменные памятники Дагестана ХУ111-Х1Х вв.: Сб. статей. - Махачкала,1989. С.105-112.
37) Акбиев С. Объединяет народы // Даг. правда.1984. 7 дек.
38) Астемирова Ф.Б. Из истории дореволюционной кумыкской лексикографии // Вести КНКО,2001. №1. С.63.
39) Кононов А.Н. Из истории кумыкского языкознания // Вести КНКО,2000. №4. С.29-30.
40) Оразаев Г. От редактора // Там же. С.29.
41) Оразаев Г.М.-Р. "Северокавказский тюрки" в системе тюркских региональных письменных языков ХУ1-Х1Х веков // Сов. тюркология,1987. №3. С.47-52. Его же. Арабографичные источники ХУ11 - начала ХХ в. по истории кумыкского языка // Сов. тюркология,1989. №3. С.93.
42) Оразаев Г.М.-Р. Источники для изучения исторической диалектологии кумыкского языка и истории кумыкской литературы // Рукописная и печатная книга в Дагестане: Сб. статей.- Махачкала,1991. С.78.
43) Исаев А.А. Старопечатная книга на кумыкском языке // Там же. С.88 - 89.
44) Ольмесов Н.Х. Грамматика Т.Н. Макарова и его значение в истории кумыкского языка // Международная конференция по проблеме "История и культура народов Евразии: древность, средневековье и современность" (Первые Валидовские чтения). 22-24 сент. 1992 г. Ч.3. Востоковедение в Башкортостане: история и культура. - Уфа,1992. С.94-96.
45) Муцалханов М.С. Из истории просвещения Дагестана в Х1Х в. // Там же. С.73-74.
46) Макаров Т. Шамиль гражданский и военный правитель // Кавказ.1859. №94; Его же. Кумыкский округ // Кавказ. 1860. №77-79; Его же. Племя Адыге // Кавказ.1862. №29 и 34.
47) Т.М. Сказка про Чумарда и Намарда: Из письма с Кавказа // Иллюстрированная газета.1866. Т.17. №15. У нас, правда, нет полной уверенности в том, что автором данной статьи является именно Т.Макаров. Но с учетом некоторых обстоятельств, рассмотренных выше, такое, хотя и предположительно, но можно допустить. К такому же разряду работ нужно, видимо, отнести статью в нескольких номерах газеты "Кавказ" "Татарское племя на Кавказе", подписанную буквой "М". См.: Кавказ.1859. №86,87,90, 92.
48) Макаров Т. Турецко-татарский язык и его наречия // Обзор. 1879. №363,369.
49) Библиографический указатель книг и статей, относящихся до Кавказского и Закавказского края // Кавказский календарь на 1867 г. - Тифлис,1866. С.240,247.
50) Гаджиева С.Ш. Кумыки. - Махачкала,2000. Кн.1. С.182.
51) Березин И.Н. Путешествие по Дагестану и Закавказью. - Казань,1849. С.55. Интересно отметить, что план путешествия на Восток этой экспедиции еще в 1841 г. был составлен знаменитым уроженцем Дербента Мирзой Казембеком. См.: План ученого путешествия по Востоку магистров Казанского университета Диттеля и Березина; составлен по поручению попечителя Казанского Учебного Округа ординарным профессором Казанского университета Мирзою Казембеком. - Казань,1841. - 38 с.
52) Гаджиева С.Ш. Кумыки. - М.: Изд. АН СССР,1961. С.7. Её же. Кумыки: историческое прошлое, культура, быт. - Махачкала,2000. Кн.1. С.18-19.


Опубликовано:
КНКО: Вести. Вып. № 8-10, 2003, Махачкала.
газета "Ёлдаш", 2004 г. 23 ноября.

Размещено: 28.06.2005 | Просмотров: 6060 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.