Кумыкский мир

Культура, история, современность

Культура национального самосознания

Общеизвестно, что гражданское общество не может существовать без единой системы духовно-культурных ценностей, без культуры гражданского и национального самосознания. Культура национального самосознания - это выработанная обществом система культуросообразных отношений народа к своему прошлому, настоящему и будущему своей родины, государства, к своему месту и роли в сообществе других народов.

Культура национального самосознания, на наш взгляд, имеет два измерения: 1) отношение к своей нации; 2) отношение к другим народам.

Оно может иметь как позитивное содержание (национальная гордость, оптимизм), так и негативное (национальный нигилизм). Отношение к своему народу структурно включает в себя отношение к своей национальной принадлежности и происхождению (идентификационное отношение); отношение к национальному пантеону; отношение к своему языку и культуре; отношение к месту своего народа среди других народов, к его статусу в обществе, отношение к исторической памяти (весьма важный ее компонент этногенетические представления); отношение к его национальному будущему и т.д. Центральным компонентом культуры национального самосознания в целом, прежде всего, такого его конструкта, как отношение к своей нации, является коллективная историческая память, выделяющая этнос среди иных социальных образований.

Представление о прошлом и происхождении (этногенезе) народа складывается как в форме "научной" версии истории, так и в виде легенд, воспоминаний, этнических стереотипов и автостереотипов. При этом официальная версия и история, зафиксированная в коллективной памяти, могут различаться вплоть до полной несовместимости, как это имеет место в этногенетическом "имидже", скажем, у аккинцев, кумыков, лакцев, татов (горских евреев). Последнее обстоятельство наглядно проявляется в наборе соответствующих патриотических символов, включая образы национальных героев, флаги, события и т.п.

Известный кавказский этнограф Ю. Анчабадзе отмечает (См.: Современные проблемы межнациональных отношений на Кавказе // Расы и народы 20.1990., с.93): "Историческая память имеет важное свойство - опосредованно она всегда проецируется на современность. Являясь одним из важнейших компонентов, вокруг которого концентрируются национальные переживания, историческая память становится силой, активно генерирующей этническое самосознание. Утверждая представления о неповторимости исторического пути, пройденного народом, историческая память становится призмой, в преломлении которой часто оценивается нынешнее состояние этнического развития народа и его ближайшие перспективы".

В последние годы подъема национальных движений мы стали свидетелями "взрывного" роста интереса народов к своей истории и довольно вольного использования истории различными "этнопартиями" в политических целях и, прежде всего, для выработки этнической идеологии обоснования этнополитических претензий. Это, естественно, сказалось на состоянии межнациональных отношений.

Неадекватно эмоционально воспринимаются и попытки альтернативного рассмотрения тех или иных вопросов истории. Это вызывает немедленную реакцию, особенно если автор является представителем иноэтничной историографической школы, взгляды которого отражают, само собой разумеется, иную концептуальную тенденцию. А концепции, выработанные национальной историографией, тщательно оберегаются. Вспомним в этой связи "историю" с появлением и обсуждением статей и монографий ученых М. Блиева (Осетия) и Б. Виноградова (Чечено-Ингушетия), посвященных Кавказской войне. Или же неоднозначно воспринятые различными национальными сегментами и вызвавшие определенные чувства национальной обиды и этнопопреки такие работы, как "Кавказская Албания-Лезгистан" ( СПб., 1995) Г. Абдурагимова, "История лакцев "(М-ла, 1993), "Акки и аккинцы" (Грозный, 1993) А. А. Адилсултанова, "Полынь Половецкого поля" и "Мы - из рода половецкого" (М., 1993, 1996) М. Аджиева.

Следует сказать и о том, что в исторический памяти народов Дагестана особого внимания заслуживают два событийных блока. Первый - представления о событиях и обстоятельствах, связанных с вхождением данного этноса в состав России. Для его самовосприятия и самооценки не безразлично, произошло ли это вследствие добровольного объединения, определенного совмещения интересов (к примеру, Засулакская Кумыкия, Шаухальство Тарковское) или же в результате территориальной экспансии российского государства и завоевания в ходе многолетней Кавказской войны (Нагорный Дагестан). Второй пласт связан с осознанием последствий вхождения этноса в состав многонационального государства, современной оценки "совместной" жизни. Это же самое следует иметь в виду и в случае изучения мотивов объединения многочисленных народов в единое государственное образование в виде Республики Дагестан. Ибо в том и в другом случае имеют место как элементы добровольности, так и элементы прямого администрирования.

У большинства народов РД оба пласта исторической памяти содержат наряду с позитивным и негативный "заряд". Российская империя сложилась в основном в результате экспансии русского этноса. У народов же Дагестана накануне вхождения этой территории в состав России единой государственности не было, существовал ряд раннегосударственных образований и уйма т. н. "вольных обществ" - протогосударственных ячеек.

Соответственно с учетом уровня и формы социальности самосознание этих народов можно дифференцировать как субэтническое (тухумное, клановое) и как супранациональное (горское, исламское). "Аварцы", "лакцы" или "агулы" скорее географическое или административное обозначение, - пишут зарубежные политологи Беннигсен и Уимбуш, - чем обозначение национальной или этнической принадлежности (Цитируется по: X. А. Хизроев. Современная зарубежная литература о национальном самосознании дагестанцев // Дагестан в составе России: эволюция государственно-правового статуса. М-ла, 1997, с. 184.). "Только у народов, населявших равнинную часть, - кумыков, кабардинцев и осетин, - указывает те же авторы, - клановые связи уже уступали свое место другим формам связи, основанным на общности территории, социальной структуры, языка и культуры". Здесь сказывался их многовековой опыт национально-государственного развития, этносубъективного существования. Но процесс формирования наций у кумыков, кабардинцев и осетин был далек от завершения. "На еще более низкой стадии этнического развития находились горские народы Дагестана, Чечни и Адыгеи", - отмечают А. Беннигсен и Уимбуш.

Если бы этнообразовательные процессы, занявшие 16-18 вв., продолжились и в 19-20 вв., то на Северном Кавказе сегодня обитали бы скорее всего лишь три больших народа - кумыки, кабардинцы и осетины. Лишь в отдаленных глухих уголках гор, может быть, еще оставались бы реликтовые этнографические группы, сохраняющие бытовые языки яфетической принадлежности.

Однако этнообразовательный вектор ассимиляционно-интеграционных процессов был прерван многовековой русской имперской экспансией (начавшейся взятием Астрахани в 1555 г.), финалом которой явились так называемая 60-летняя Кавказская война и полное вхождение всего региона Кавказа в состав России. Особенно деструктивно это сказалось на кумыках. Как свидетельствует польский исследователь середины 19 в. Матеуш Гралевский (Кавказ. Воспоминания о 12-летнем плене. Описание края, народности, нравов и обычаев. Львов 1877.), дагестанское общество было расколото, и этот раскол "трагически углублялся по мере активизации военных действий Шамиля против Шамхальства, подвластного русским". Это же отмечает и другой польский исследователь 19 в. В. Потоцкий: "Кумыкское общество расколото российским влиянием, с одной стороны, и движением мюридизма, с другой". И далее: "Народ кумыкский:, зажатый в тиски русскими и горцами, уставший от войн, пытался противостоять и тем и другим, спасая свою землю от дальнейшего бессмысленного уничтожения. В этих условиях раскол в обществе был неизбежен "(Цитируется по: Казбекова З. Дагестан в европейской литературе. Грани самопознания. М-ла, 1994, с. 68, 103)."

Говорят, самосознание - это тщательно освоенное и усвоенное прошлое. Самосознание - это трудное дело, венчающее работу человека и народа над самим собой. Это актуально было еще вчера, а сегодня и завтра это архиважно.

Отношение к другим народам может быть положительным (признание равноправия, межэтническая демократия) или отрицательным (национальное высокомерие, шовинизм, этнический гегемонизм). То есть, возвышение своей нации не является непосредственным свидетельством, индикатором "национализма", также как не противоречит оно и межэтнической демократии. Нужно отметить, что отношение к нациям (как к своей, так и чужой) в большей степени формируется на базе знаний. Следовательно, развитие национального самосознания поддается влиянию - разносторонние знания о различных нациях, исторически сосуществующих на территории государства или по соседству, вместе с положительными установками создают предпосылки и для положительного поведения в отношении людей других национальностей, естественного общения с ними.

К деформации культуры национального самосознания следует отнести как превознесение одной (своей) нации над другими (шовинизм, национальное высокомерие), так и недооценку национального развития вообще (национальный нигилизм). Связь этих основополагающих начал для культуры национального самосознания видна из следующей схемы.

  Нормальное развитие Ненормальное развитие
отношение к своей нации оптимизм
гордость
любовь к родине,
к своей нации (национализм)
этнонигилизм
этнофобия
космополитизм
этноцентризм
отношение к другой нации гражданский национализм
межэтническая демократия
гуманизм
этнофильство
шовинизм
фашизм
ксенофобия
антисемитизм
расизм
сионизм
этнический гегемонизм
тюркофобия
русофобия

На схеме видно, что культура национального самосознания имеет два измерения - отношение к своей нации и отношение к другим нациям. Было бы естественно положительно относиться как к своей, так и другим нациям (на схеме выделено зеленым фоном). Если национальные чувства людей не могут развиваться нормально, то они развиваются в противоположном направлении - в сторону "национализма" (шовинизма) или этнонигилизма. Обе тенденции - как шовинизм, так и нигилизм (уместно здесь вспомнить приписываемую С. Стальскому формулу "Я поэт - не лезгинской, не дагестанский, а советский", в которой все построено на отрицании этого корневого, фундаментального начала) - несут отрицательный "заряд", способный "взорвать" межнациональный мир и согласие, и свидетельствуют об эрозии культуры национального самосознания.

Соотношение этих двух начал национального самосознания (отношения к своей нации и отношения к другим нациям) с точки зрения индивида можно представить следующим образом: отношение к своей нации - фундамент, отношение же к другим нациям - дом на этом фундаменте. Дом можно построить высотным (где каждый этаж будет обозначать этажи самосознания), но при этом фундамент - отношение к своей нации и осознание своей национальной идентичности - необходимо постоянно укреплять.

Чтобы дагестанский народ уцелел и сохранился, мы должны культивировать науку межнациональных отношений, способность наших народов, самых разных, жить в мире на одной земле, жить со всеми вместе, оставаясь при этом самим собой. Для этого требуется высокая культура национального самосознания.

Навешивать же ярлык "националиста" одним и "интернационалиста" другим, не утруждая себя их научным анализом, - прямой путь сталкивания народов.


Вести КНКО. № 1, 2000 г.

Размещено: 06.08.2005 | Просмотров: 4663 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.