Кумыкский мир

Культура, история, современность

Шамхалы Тарковские.

Историческая записка

Составлена Временною Комиссиею, наряженною для определения личных и поземельных прав жителей Темир-Хан-Шуринского округа.

Владение Тарковское составляло одну из дагестанских провинций, владетели которой титуловались Шамхалами и, кроме того, имели еще титул Владетеля Буйнакского, Валия Дагестанского, а некоторое время и Хана Дербентского.

Наиболее распространенное в народе изустное предание о происхождении шамхалов во многом сходится с отрывочными письменными сведениями Дербент-намэ2). Предание это говорит, что во втором веке магометанской эры (VIII столетии) прибыло в Дагестан аравийское войско, для введения здесь исламизма, после многих войн с туземным населением, аравитяне покорили своему оружию и религии весь Дагестан и посадили главным правителем его Шахбала. Он и преемники его имели первоначальную резиденцию свою в горах, в местечке Кумух, нынешнего Казикумухского округа; потом перенесли ее в Буйнак и, наконец, в Тарки, где застает их водворение русского владычества в Дагестане.

Шахбал происходит из священного для мусульман рода Корейшидов, был уроженец провинции Шам (Сирии), из местечка Хал, и от него берет начало свое род нынешняго Шамхала Тарковского, дом которого властвовал в известной части Дагестана около тысячи лет.

Происхождение титула Шамхалов приписывается тому, что преемников Шахбала народ стал величать этим же именем, и оно обратилось в выражение достоинства их, переделавшись в последствии в слово Шамхал3). Другие - же считают, что слово это составилось от имен провинции Шам и местечка Хал, из которых был родом Шахбал.

Несколько веков Шахбалы имели в полновластной зависимости своей большую часть Дагестана, а остальное население его, равно как и многия сопредельныя племена, признавали главенство их4). Название Валия Дагестанского, присвоенное им, по словам одних - аравийскими халифами, а по словам других - персидскими шахами, вполне оправдывалось их властью; но по мере того, как шамхалы удаляли свою резиденцию из гор к прибрежью моря, власть их на средний Дагестан слаба, и, наконец, совершенно утратилась.

В XV и XVI столетиях шамхалы были еще весьма могущественны. Грузинские цари беспрерывно обращались к русским царям с просьбою о защите их прав против покушений шамхалов на грузинские земли. По этим жалобам царь Федор Иоаннович в 1560 году повелевает князю Григорию Засекину идти против Государя Шевкалов5). В этом первом походе русских в Дагестан, упоминаемом в Обзоре дипломатических сношений между российскими государями и грузинскими царями (издание 1864 года), царское войско, "много завоевало в земле Шевкала, многих побило, многих полонило, и ранило самого Государя Шевкала".

В этом же году царь Федор Иоаннович вновь послал против Шевкала многочисленное войско под начальством Терского воеводы князя Хворостина, приказав ему открыть проезд через владение Шевкалов в Иверию. На повеление это князь Андрей Хворостинин доносит из Терки (терский городок на Тереке), что он с войском ходил в землю Шевкала, взял город Тарки, но как обещанныя грузинским царем войска с шурином царя Крым-Шамхалом6) не пришли для соединения с русскими и для дальнейшего похода, то войска русские, прождав долго, разорили Тарки и возвратились в Терки.

Впоследствии оказалось, что грузинские войска не могли перейти через горы, и потому не успели оказать содействие русским; а как, с уходом их, шамхалы возобновили неприязненные действия против Грузии, то царь ее продолжал жалобы свои и настойчиво домогался, чтобы русский государь занял земли шамхала своими укреплениями и тем дал Грузии возможность иметь прямое сообщение с Россией - из нынешнего Закатальского округа (бывшего тогда частью Кахетии) через горы. Послы грузинского царя, ходатайствовавшие об этом при русском дворе, говорили, что так на русские войска действовали противу шамхала только по близости морского прибрежья и не дошли до Казикумуха7), то не могли причинить ему большого урона, и что хотя государь Шевкалов ищет покровительства России, но ему не должно верить. Грузинским послам объявлено было, что Шамхал уже покорился России и что ему приказано быть впредь в мире с грузинским царем Александром. Но это приказание не устранило новых посольств грузинского царя с просьбами о защите от шамхалов и уверением, что нужно взять только три города в Лезгинской земле: Тарки, Тузлук и Буйнак8), чтобы покорить всех кумыков и горских жителей.

4 апреля 1604 года грузинские послы отпущены царем Борисом Федоровичем с обещанием поручить воеводе Бутурлину действовать против шамхалов и положить основание некоторым городам в Кумыкской земле.

Вслед за возвращением грузинских послов, отправлено было в Грузию и русское посольство, во время нахождения которого при царе грузинском, 1-го октября 1604 года получено было известие, что с одной стороны наступают турки под предводительством Султан-Махмуда (Султан-Муть), сына Шевкала9), а с другой кумыки, с намерением взять лучшую крепость Загам. По этому случаю Царевич Георгий, для устранения неприятелей, просит содействия стрельцов, находившихся при русском посольстве, и при помощи 40 человек из них, разбивает турок; а кумыки, после этой победы, удаляй пределов Грузии. В 1638 году шамхал Сурхай-хан, под именем Владетеля Кумыкского и Тарковского, получает грамоту на принятие его в подданство России. Эта грамота была подтверждена в 1643 году царем Михаилом Федоровичем10).

В 1682 году Будай-Шамхал, с зятем своим Чапаловым, выступает к Сунже с 30 тыс. войском, с целью задержать имеретинского царя Арчила, следовавшего в Москву; но он с помощью русских войск успевает проехать до г. Терки. Во время пребывания там царя Арчила, Будай-Шамхал пытается склонить его перейти к нему и признать с ним одного государя, как надо полагать, турецкого султана11).

В 1718 году шамхал Адиль-Гирей, сын Муртузали, вступает в подданство России и, во время похода Петра Великого к Дербенту в 1722 г. оказывает весьма важные услуги в доставлении войску продовольствия и перевозочных средств. Но через три года после этого, Адиль-Гирей, подстрекаемый турками и недовольный тем, что, по повелению Петра Великого, русские основали в его владениях крепость св. Креста, осаждает ее с 30 тыс. войском. Командовавший крепостью генерал Кропотов, отразив нападение, преследует шамхала и разоряет г.Тарки.

По получении донесения об измене шамхала Адиль-Гирея, Петр Великий повелевает взять, уничтожить достоинство шамхала и управлять владением его через начальника сопредельных войск. Адиль-Гирей был взят, выслан в Россию и умер в ссылке в г. Коле (Архангельской губернии).

В 1734 году Надир-Шах вступает в Дагестан и покоряет его. Сын Адиль-Гирея, Хаспулат, память о котором сохраняется в народе как об одном из знаменитейших героев. оказал Надир-шаху большие услуги, и потому, в лице его, Надир-шах восстановил шамхальское достоинство с титулом Валия Дагестанского. Хаспулат не имел детей. Достоинство шамхала после его смерти должно было перейти к старшему по нем в роде, двоюродному брату его, Мехтию, имевшему прибавочное имя Ширданчи и владевшему Буйнаком, с титулом Крым-Шамхала. Но как Мехти, женатый на сестре Хаспулата развелся с нею, то Хаспулат имел к нему неприязненные отношения и еще при жизни своей стал подготовлять в преемники себе племянника своего от отпущенной Мехтием сестры своей, которая была в первом замужестве за Бамматулинским беком Гиреем и имела от него сына Баммата, с прозвищем Тишнек. По уважению, которым пользовался Хаспулат, он успел согласить шамхальцев на возведение после себя в шамхалы племянника его Тишнек-Баммата. Это было в 1765 году. Дети прямого наследника шамхала - Ширданчи-Мехтия, Муртузали и Баммат, возстали против такой несправедливости к их отцу. Сторону их приняла вдова Хаспулат-шамхала и ссудила их тремя тысячами рублей, для привлечения соседственного населения к помощи - возвести Мехтия в шамхалы. С этими деньгами Мехти отправил старшего своего сына, Муртузали, в Акушу, а младшего, Баммата, в Койсубулу, с тем, чтобы они возбудили тамошнее население против Тишнек-Баммат-Шамхала и вызвали от них войска, для изгнания его из Тарков.

После нескольких месяцев непрестанных усилий, сыновья Мехтия успели вызвать сильные ополчения даргинцев, койсубулинцев против Тишнек-Баммата. С приближением этих ополчений к Таркам, Тишнек-Баммат, видя невозможность противостоять им, оставил резиденцию шамхалов и бежал в Ерпели. После его бегства Муртузали и Баммат направились со всем ополчением своим и присоединившимся к ним таркинцами в удел Тишнек-Баммата-Бамматуллу12) и, заняв деревню онаго, Большия-Казанищи, стали лагерем и множество влиятельных лиц из соседственных земель, для прекращения в шамхальской фамилии междоусобия.

Здесь Мехти обратился ко всему сборищу шамхальцев и представителей союзных земель, с предложением, чтобы они разсудили, кому принадлежит право на достоинство Шамхала: ему ли, как старшему и ближайшему двоюродному брату Хаспулат-Шамхала, давно уже носившему звание преемника его - Крым-Шамхала, или Тишнек-Баммату, который происходит от младшей линии шамхалов и имеет свой особый удел.

Собрание решило, что, по издревле принятому в шамхальском доме порядку наследования достоинства шамхалов, оно должно перейти к нему, Мехти, и поэтому все собрание признает его законным шамхалом.

По приглашении Мехтия шамхалом, находившегося уже тогда в преклонных летах и страдавшего болезнию глаз, он обратился к собранию с заявлением, что он уже стар, имеет слабое зрение и с этими недостатками едва-ли может быть полезен народу на столько, на сколько требует того возложенное на него звание, поэтому он просил собрание сложить с него достоинство шамхала и дозволить ему передать оное старшему сыну своему Муртузали, как человеку, имеющему все качества, чтобы носить титул шамхала с достоинством и быть полезным народу.

Собрание одобрило это заявление и тут же провозгласило Муртузали шамхалом. Тогда отец его, Мехти, обратился к собранию с новою просьбою, он сказал, что, так как в собрании находится множество почетных людей,, прибывших собственно с тою целью, чтобы прекратить в шамхальской фамилии междоусобия, то он просит собрание завершить начатое им дело - вызовом Тишнек-Баммата, примирением его с ним и с детьми его и водворением его в своем бамматулинском уделе, дабы этим прекратить между ним неприязненные отношения, могущия снова возбудить междоусобия.

По этой просьбе собрание отправило к Тишнек-Баммату приглашение. Он прибыл, примирился с Мехтием, признал Шамхалом Муртузали и, приняв свой Бамматулинский удел, обязался жить в согласии с шамхалом.

Успокоив себя со стороны Тишнек-Баммата, Муртузали стал искать покровительства России и вступил в подданство ея в 1776 году. С того времени начинается непрерывная и неизменная верность шамхалов Русской Державе, не взирая ни на какие затруднительные обстоятельства, в котором они были поставляемы неприязненными действиями против России прочих владетелей и народов Дагестана.

Так, генерал Медем, посылавший войска в Дербент для наказания Уцмия Каракайтахского за ограбление одного русского судна, писал еще в 1777 году графу Никите Ивановичу Панину, что при выводе войска из Дербента в наши пределы, Дербентский хан оказал препятствия, а Шамхал Тарковский Муртузали многими пособиями, доставленными нашему войску, доказал истинную преданность его России13).

Преемником Муртзали был брат его Баммат, названный во Всемилостивейших Императорских грамотах Магомед-Шамхалом Тарковским, владетелем Буйнакским и Дагестанским. Грамотою Императрицы Екатерины II, данною 19-го апреля 1773 года, Магомет-шамхалу пожалованы: бриллиантовое перо, для ношения на шапке в знак шамхальского достоинства, и степень тайного советника, с тем, чтобы перо и сан тайного советника переходили к преемникам его. Сверх сего, ему же Магомед-шамхалу назначен ежегодный отпуск 2 т.р. для содержания войска во всегдашней готовности на службу России и оборону шамхальства.

Магомед-шамхалу наследовал сын его Мехти (названный в грамотах Магомед), который Всемилостивешею грамотою Императора Павла, данною 2-го 1797 года, утвержден был в шамхальском достоинстве, в сане тайного советника, с правом ношения пера на шапке и производством от казны 6 т.р. в год. Другою же Всемилостивейшею грамотою Императора Александра 1-го, данною 10-го сентября 1806 года, за особые заслуги, оказанные во время занятия нашими войсками владения изменившего России Дербентского хана, Мехти-шамхалу, переименованному уже из тайных советников, генерал-лейтенанты, пожаловано достоинство Дербентского хана с тем, чтобы он, сверх жалованья, отпускавшегося ему от казны на удержание войска, пользовался всеми доходами владения дербентского (Улусский магал), по прежним правам и обычаям, за исключением города Дербента, который занят, был нашими войсками и доходы, с которого повелено взносить в казну.

На сколько Мехти-шамхал ценил оказываемые русским правительством милости, это видно из того, что когда генерал Ермолов, по усмирении Чечни и кумыков, направился в 1818 году с войсками в Дагестан, один только Мехти-шамхал остался твердым в преданности к России и, встретив с своими приверженцами войска наши далеко за пределами своего владения, находился при них все время похода генерала Ермолова, тогда как все другие дагестанские владетели изменили нам и вышли против Ермолова за Сулак, дабы не допустить его ко вступлению в Дагестан.

Вскоре после этого похода, поставившего Мехти-Шамхала в неприязненные отношения ко всем изменившим России дагестанским владетелям, наше правительство вынуждено было начать постепенное занятие в шамхальстве стратегических пунктов, дабы защитить владение Тарковское от враждебных покушений горцев и иметь через это владение свободное сообщение с южным Дагестаном, занятым нами еще в 1806 году.

В 1830 году Мехти-шамхал выехал в Петербург, чтобы представиться в Бозе почившему Императору Николаю 1-му и ходатайствовать о назначении ему в преемники старшего сына его, Сулейман-паши14), которому он и поручил, на время отсутствие своего, управление владением. Его Величество соизволил на просьбу шамхала и пожаловал Сулейман-паше чин полковника, а второму по нем сыну шамхала, Зубаиру, чин майора. Во время пребывания в Петербурге, Мехти-шамхал заявил о необходимости занять под укрепление селение Темир-Хан-Шуру, как для того, чтобы держать постоянно в страхе селение Казаниши, самое беспокойное и сильное из всех шамхальских селений, так и потому, что в этом месте сходятся главные дороги, ведущие из гор на плоскость. По сношении с кавказским начальством, заявление это было одобрено и в 1834 году жители селения Темир-Хан-Шуры были выселены в ближайший Халимбек-аул, а на месте, которое они занимали, возведено укрепление, ныне переименованное в город.

На возвратном пути из Петербурга Мехти-шамхал умер. Селейман-паша, оставшись правителем шамхальства, произведен был вскоре в генерал-майоры и, как свидетельствовал главно-управляющий Грузею генерал-адъютант Барон Розен, отличался также, как и предшественники его, искреннюю преданностью своею России, и в особенности высказывал ее во время дагестанских смут при Казн-Мулле.

При испрошении Сулейман-паше инвеститурной грамоты на утверждение в шамхальстве, возник вопрос о том, следует ли вместе с тем подтверждение первого титула - найдено было неудобным, а сохранение за ним второго - до времени еще полезным15).

Поэтому в инвеститурной грамоте, пожалованной Сулейман-паше 1 июля 1833 года, он утвержден Шамхалом Тарковским, Владетелем Буйнацким и Валием Дагестанским. В ознаменование же владетельского достоинства его, дозволено носить перо на шапке и вместе с тем, подобно предшественникам своим, он пожалован в степень тайного советника.

Сулейман-паша умер в начале 1836 года; старшим по нем остался отец нынешнего шамхала, Абу-Муселим-хан, которому тогда-же поручено было управление шамхальством, а инвеститурная грамота об утверждении его в достоинстве Шамхала Тарковского, владетеля Бойнацкого и Валия Дагестанского, с дозволением ему носить перо на шапке, пожалована ему 20 июня 1836 года.

Абу-Муселим-хан, награжденный в 1832 году за военныя отличия прямо чином майора, а 18 июня 1836 года произведенный в полковники, пожалован в генерал-майоры 5-го октября 1837 года. За дальнейшую службу Абу-Муселим-хан-шамхал, находясь уже в чине генерал-лейтенанта, именным указом, данным правительствующему сенату в 21-й день декабря 1834 года, в награду особенных заслуг и постоянной преданности престолу, возведен в княжество, с тем, чтобы он именовался впредь князем Тарковским и чтобы сие достоинство и титул переходили наследственно к старшему из потомков его мужского пола по прямой линии и праву первородства.

В 1856 году, в бытность свою на коронации Его Императорского Величества, Абу-Муселим-шамхал удостоен был назначения генерал-адъютантом.

Он умер в 1860 году. Управление шамхальством бывшим тогда главнокомандовавшим поручено было старшему сыну его, князю Шамсудин-хану. При испрошении ему инвеститурной грамоты, снова возник вопрос: следует ли сохранить шамхалу прежние титулы Валия Дагестанского и владетеля Буйнакского. Кавказское начальство нашло, что оставление за шамхалом титула Валия Дагестанского, противореча ныне действительному положению его, не только не могло принести ему никакой пользы, а напротив того, поставило бы в неловкое положение, какое должен испытывать всякий, носящий титул, нисколько не соответствующий его значению; а что касается до другого титула, то величание шамхала владетелем селения Буйнак (происходящее от того, что оно было некогда резиденциею шамхалам) также не может иметь для него никакого значения, так как селение это само по себе входит в его владение.

По этому и согласно ходатайства Его Императорского Высочества, Главнокомандующего Кавказскою Армиею, князю Шамсудин-хану пожалована инвеститурная грамота на утверждение его шамхалом Тарковским 3-го декабря 1863 года, с соизволением носить - перо на шапке в знак шамхальского достоинства.

Еще около 30 лет тому назад, когда в шамхальстве было уже занято нами несколько укрепленных мест, и сношения русской власти с шамхалами стали постоянно развиваться, явилась потребность в назначении к ним русского офицера, для ведения переписки и наблюдения за уравнительным отбыванием разных народов от жителей, делавшихся по надобности войск, расположенных в Северном Дагестане, назначаемые с этою целью в распоряжение шамхалов офицеры впоследствии получили звание помощников их по управлению владением, и этот порядок оставался до 1867 года. Шамхалы, находясь под ближайшим ведением главных начальников в Дагестане, правили своим народом на основании родовых прав и прежних обычаев, за исключением права наказания провинившихся лишением жизни, членов, раздачи кому-либо в собственность населенных или ненаселенных имений, им лично не принадлежащих ( 31 полож. 1860 г. об управлении Дагестанскою областью).

Но по мере того, как занятия по управлению шамхальцами стали утрачивать военный характер, который они имели преимущественно до покорения Восточного Кавказа, по мере того как с развитием в народе занятий, дела шамхальцев, подлежавшие разбору правителей их, стали умножаться и требовать посвящения большого времени и постоянных занятий, нынешний шамхал, будучи расстроен здоровьем, стало крайне затрудняться в исполнении лежавших на нем обязанностей по управлению народами, видя в течении нескольких лет, что здоровье его не улучшается на столько, чтобы он сам мог входит во все нужды подведомственных ему жителей, просил в начале прошлого года, об и ходатайствовании ему освобождения от обязанностей, лежавших на нем по управлению Шамхальством Тарковским, с оставлением за ним и наследниками его по прямой линии мужского пола Всемилостивейше за ним утвержденного титула его - Шамхала Тарковского, с теми правами и преимуществами, какие присвоены шамхалам по владению недвижимыми имуществами без раздробления по боковым линиям, а равно с оставлением за ним и наследниками его права пользования всеми теми повинностями и доходами от шамхальцев, которые они отбывают ему по званию шамхала.

По просьбе этой Государь Император соизволил:

1) На сложение с князя Шамсудина Тарковского, согласно заявленному им желанию, обязанностей и прав, с оставлением за ним, князем Шамсудином, лично титула шамхала, и

2) На оставление за ним всех прав его по владению и пользованию унаследованными им от отца недвижными имениями и по отправлению ему шамхальцами всех повинностей, какие они отбывают ему ныне по званию шамхала и по праву землевладельца, впредь до определения поземельных прав его особою временною комиссию.

Одновременно с этим высочайшим соизволением, последовало и повеление об упразднении существовавшего до того управления владением Тарковским и включении оного в состав Темир-Хан-Шуринского округа, открытого 1-го августа 1867 года.

Но прежде чем совершено было открытие Темир-Хан-Шуринского округа, и именно за день до того, Шамхал Тарковский, извещенный уже о высочайшем соизволении по его просьбе, подал начальнику Дагестанской области письмо следующего содержания:

"Имея в виду, что Ваше сиятельство предположил объявить завтрашнего дня населению вновь образуемого Темир-Хан-Шуринского округа о сложении с меня обязанностей и прав ближайшего правителя над шамхальцами, я обдумывал то, в какие отношения к жителям я буду поставлен новым моим положением, и пришел к тому заключению, что оставление обязательных отношений ко мне жителей, после того как я отказался от управления ими, может повлечь за собою разные неудобства и затруднения.

Желая предупредить эти затруднения и руководимый мыслью, что в Шамхальстве Тарковском, по долгу звания и сана моего, на мне лежит обязанность подать пример всемерного стремления к ускорению и облегчению приведения в исполнение видов правительства -установить свободные отношения между всеми туземцами Дагестана, я решился освободить деревни Тарки, Большия Казанищи, Халим-бек-аул, Буглен, Урму, принадлежавшую мне четвертую часть селения Гелли, с живущими в Тарках моими чагарами, а равно и шамхальских ногайцев, от всех повинностей и налогов прямых и косвенных, которые оставлены за мною по ныне объявленному мне высочайшему повелению.

Представляя об этом Вашему сиятельству, я прошу Вас объявить народу завтра же о таковом моем решении, дабы с днем преобразования управления шамхальцами связать и освобождение их от всяких обязательных отношений ко мне.

Таким образом добровольно и навсегда отказываясь от вековых прав моего дома, утвержденных всемилостивейшими грамотами Русских Императоров, от прав, которые, как Вам близко известно, давали мне немало выгод, я надеюсь, что Ваше сиятельство не оставите повергнуть на милостивейшее воззрение Государя Великого Князя мое посильное пожертвование в пользу ускорения дела устройства свободных отношений в здешнем населении и не откажете в начальнической заботливости об обеспечении дальнейшей участи моей и моего дома, при наступающем с завтрашнего дня новом положении нашем."

Письмо это было объявлено начальником области представителям всего населения Темир-Хан-Шуринского округа, при торжественном открытии оного, и с того дня, независимо 5440 дворов отошедших от управления шамхала, получили полную свободу от всякого рода повинностей и зависимых отношений к нему 2688 дворов узденей, 51 двор евреев и 45 дворов чагар.

Таким образом, упразднилось управление шамхалами подвластного им населения, прекратились все зависимые отношения к ним жителей, и Владение Тарковское поступило в непосредственное ведение существующего в Дагестане военно-народного управления.

Из этого краткого обзора видно, что владение шамхалов в первые века их владычества было несравненно обширнее того пространства, до какого оно доведено еще в начале прошедшего столетия - постепенным отпадением от зависимости их разных частей шамхальства.

Когда именно сделались независимыми от шамхалов казикумухцы, которые управлялись после перенесения резиденции шамхалов на плоскость, вассалами их, носившими название хокловчу, достоверных сведений нет, но известно, что казикумухцы были уже независимы до начала прошедшего столетия, в котором правители их присвоили себе титул ханов16); что же касается до других земель, то сперва отошло от шамхалов население между Тереком и Темир-Гоем, назначенным границею шамхальства при предоставлении особого удела родоначальнику кумыкских князей Султан-Муту17), сыну Андия-шамхала. Затем из разных обществ, признавших власть шамхалов, образовалось особое Мехтулинское ханство, составились сильные союзы (как, например, Даргинских и Койсубулинских обществ) и наконец, одному из шамхальских братьев, Баммату, предоставлена часть владения в виде особого удела; после сего в действительной власти шамхалов осталось только пространство, не превосходящее 2500 кв. верст, с населением около 3 т. дворов, в каком положении и застало владение шамхалов водворение в Дагестане русского владычества.

В добавок к такому уменьшению шамхальского владения, между дагестанскими ханами явились в прошедшем столетии, один за другим, такие замечательные личности, как например Чолах-Сурхай-хан Кази-Кумухский, Фет-Али-хан Кубинский, Омар-хан-Аварский, которые своею славою много ослабили родовое влияние шамхалов на дагестанское население и значение имени их в соседственных Дагестану землях; этому способствовало и то, что шамхалы не могли уже действовать в Дагестане столь же свободно, как прежде, будучи постоянно озабочены могущественным соседом с севера, пока судьба не привела их к сознанию, что благосостояние их самих и подвластного им народа зависит от полной покорности и преданности их России.

Это сознание и неизменное следование ему в течении целого века, повело к тому, что шамхалы не только сохранили права владетелей до настоящего времени, пока нынешний шамхал, за болезнью, сам не отказался от них; но были постоянно жалуемы высокими милостями русских императоров, а подвластное им население защищено было от того разорения и ужасов войны, какие выпали на долю большей части населения, подвластного изменившим России дагестанским ханам.

* * *

Начало водворения в Северном Дагестане русского правительства застает во власти Мехти-Шамхала и зависимости от него следующие селения:

  1. Тарки (резиденция шамхалов)
  2. Альбори-Кент
  3. Кяхулай-Туркали
  4. Агач-аул
  5. Атлы-Боюн
  6. Шамхал-Янги-Юрт
  7. Кум-Тер-Кале
  8. Капчугай
  9. Гелли
  10. Кадар
  11. Буйнак
  12. Кара-Будах-Кент
  13. Губден
  14. Кочующие в шамхальстве ногайцы

К этому владению шамхала генерал Ермолов присоединяет18) уделы изгнанных владельцев следующим актом, данным в 1818 году и сохранившимся у шамхалов в подлиннике:

"Господину Генерал-Лейтенанту, Высокостепенному и Высокопочетному Мехти-Шамхалу-Тарковскому, Вали Дагестанскому.

Ваше превосходительство, сохраняя верность в службе Великого Государя нашего, а паче при последнем возмущении Дагестана (в котором, кроме г. Тарки, все владения ваши приняли участие) оставаясь твердым в преданности к Его Величеству и находясь при войсках Его, заслужили справедливое вознаграждение.

Именем Великого Государя моего, по власти, Высочайшее мне дарованной, присоединяю к владениям вашим, в полное ваше управление, имение изгнанных мною изменников: Султан-Ахмед-хана-Аварского, брата его Дженгутайского бека Гасан-хана19), и Гирея, состоящее в селениях: Параул, (Кака) Шура, Дургели и Казанищи с окрестными деревнями. Надеюсь, что сия милость Государя императора умножит усердие ваше к его службе.

Селения сии отдаются вашему превосходительству за верность, собственно лицом вашим оказанную, а потом наследникам вашим могут принадлежать не иначе, разве Государь Император соизволит дать на то подтверждение".

По силе этой бумаги, поступили в непосредственное владение Шамхала:


    а) Селения бамматулинских беков (Гирей-бека и его братьев):
  1. Большия Казанищи
  2. Буглен
  3. Муселим-аул
  4. Темир-Хан-Шура
  5. Халим-бек-аул
     
    б) Селения, составлявшие удел Султан-Ахмед-хана-Аварского в Мехтулинском ханстве:
  6. Параул
  7. Кака-Шура
  8. Дургели
  9. Урума20)
     
    в) селения, пришедшие в зависимость Шамхала же, как правителя, но имевшие своих родовых беков, не лишенных прав владельцев:
  10. Малыя Казанищи и
  11. Кафыр-Кумык

После объясненной бумаги генерала Ермолова, относительно бамматулинских деревень никаких новых распоряжений от нашего правительства не последовало, и они остались во владении шамхалов со всеми другими землями бамматулинских беков на тех же правах, на коих они владели родовыми своими селениями и имениями; что же касается до четырех селений, предоставленных шамхалу из бывшего мехтулинского владения, то одно из них, Шура, передано Мехти-Шамхалом, в 1824 году, сыну изгнанного генералом Ермоловым Гасан-хана, Ахмед-хану Мехтулинскому, которому даровано тогда прощение и возвращено отцовское владение; а остальные три селения состояли в непрерывном владении шамхалов до начала за них спора от Мехтулинского дома.

Спор этот начался по случаю пресечения рода аварских ханов и возобновлен Мехтулинским домом в 1847 году, после нескольких прежних безуспешных ходатайств о возвращении оному бывшего удела Султан-Ахмед-Хана-Аварского21).

Дагестанское начальство, принимая во внимание стесненное по брата мехтулинского хана Али-Султана, имевшего в своем владении и пользовании только одну деревню Кака-Шуру, переданную ему в виде удел его братом Ахмед-ханом, ходатайствовало о представлении ему и другой деревни с одним кутаном из тех, которые остались после наследника Аварского и об обеспечении брата сего последнего, Джанки-Нуцал-хана-Мирза-бека22).

Главнокомандующий Отдельным Кавказским корпусом князь Воронцов, по рассмотрении и соображении всех обстоятельств спорного дел наследования деревнями Дургели, Урума и Параул, подаренными в 1838 году шамхалом Тарковским покойному племяннику его, Султан-Ахмеду, решил дело следующим образом:
1) Дургели, как ближайшую деревню к Кака-Шуре, отдать Али-Султану с кутаном Айлама, дабы доставить ему более способов к существованию.
2) Деревни Уруму и Параул возвратить шамхалу.
3) А Мирза-беку отдать кутан Аруша. Определение это было сообщено шамхалу и Али-Султану, как окончательное решение по их спору, но распри между ними за означенные деревни не прекратились, и потому покойный князь

Воронцов вторично входил в рассмотрение дела сего и дал командующему войсками в Северном Дагестане князю Бебутову предписание, от 24 октября 1847, N 25, в котором между прочим сказано:

"Усматривая из отношения князя Бебутова к начальнику главно за N 848, что распри за деревни Дургели, Параул и Урума не прекратились и самое владение оными подало повод к новым неудовольствиям и беспорядкам, я нахожу нужным объявить поименованным, от имени моего, следующее:

Что упомянутые три деревни, после отдачи их генералом Eмоловым Мехти-Шамхалу за заслуги его правительству, не составляли его личной собственности, не достояние шамхальского дома и не могли быть шамхалами без согласия правительства, отчуждаемы так, точно как и другие части шамхальства; с отдачею же их Абу-Муселим-ханом, с Высочайшаго соизволения, племяннику своему, малолетнему аварскому хану Султан-Ахмед, право на владение оными перешло в дом аварских ханов, а с прекращением этих ханов, по смерти Султан-Ахмеда, и деревни те поступили в распоряжение правительства, и ни шамхал, ни члены дома ханов мехтулинских не имеют на них никакого права; что деревни те и принадлежащие к оным кутаны отданы, как выше объяснено, шамхалу Али-Султану и Мирза-беку не по праву наследства, но в виде особой милости правительства за преданность и заслуги их; что на сем основании им предоставляется право пользоваться доходами и повинностями с жителей по обычаю края, но с тем однако ж, чтобы все взаимные отношения жителей и обычаи касательно пастбищ, воды, и прочего отнюдь не изменялись в том положении, как это существовало издревле, до поступления деревень к разным владельцам. Если же кто из них нарушит этот порядок, о чем прошу ваше сиятельство объявить письменно помянутым владельцам.

Этим решением высказался в первый раз взгляд кавказского главного начальства на права шамхалов и других лиц над предоставленными им от нашего правительства селениями и имениями; но как за тем никакого вопроса по этому уже не возникало и дагестанское начальство ограничилось только сообщением вышеизложенного решения Шамхалу и Али-Султану, которые тогда же получили назначенные им деревни и имения, то условия пользования ими остались не исполненными и князь Абу-Муселим-шамхал распоряжался предоставленными ему имениями на том же праве, как своими родовыми отчуждая оныя по своему усмотрению23).

С того времени в состав владения шамхалов никаких изменений не было, и при открытии управления Темир-Хан-Шуринского округа, владение Тарковское заключало в себе следующие деревни:


    а) Прежнего состава шамхальства:
  1. Тарки - 937 дымов
  2. Альбори-кент - 71 дымов
  3. Кяхулай-Туркали - 136
  4. Агач-аул - 93
  5. Атлы-Боюн - 80
  6. Шамхал-Янги-Юрт - 181
  7. Кумъ-Тер-Кале - 333
  8. Капчугай - 104
  9. Гилли - 471
  10. Кадар - 574
  11. Буйнак - 338
  12. Янги-Буйнак (отселок Буйнака) - 36
  13. Кара-Будах-кент - 814
  14. Губден - 1142
  15. Кочующих ногайцев - 346
     
    б) Присоединенные к шамхальству из бывших уделов Бамматулинского и Султан-Ахмед-Хана-Аварского:
  16. Большие Казанищи - 952 дыма
  17. Буглень - 154
  18. Муселим-аул - 126
  19. Халим-бек-аул - 240
  20. Малыя Казанищи - 278
  21. Кафыр-Кумык - 276
  22. Параул - 536
  23. Урума - 151

Всего 23 деревни, с населением в 8379 домов, живущих на пространстве 3500 кв. верст.

Из этого населения шамхалу Тарковскому отбывали повинности венные налоги 2784 дома жителей селений: Тарки, Большие Казанищи24), Буглен, Халим-бек-аул, 1/4 селения Гелли, Урума и кочующие ногайцы. Прочия же деревни, равно как и 3/4 деревни Гелли, кроме Кара-Будах-кента и Губдени, отбывают повинности бекам и джанкам. Последние же две две деревни никаких повинностей никому из владельцев не несут.

Поземельные права, как самого шамхала, так и других владельцев, выражались всегда и существуют теперь в трех видах:

К первому виду относятся земли пахотные и покосные, принадлежащие сельским обществам, но состоящие издавна в общем, пользовании их дельцами, на условиях повременного выдела определенной обычаям владельцам и узденям из участков, назначаемых к обработке. К этому г относятся пастбища, на коих владельцы и жители могут содержать скот в известные периоды года, а также и леса, в коих владельцы и жители одинаковое право свободной рубки. Ко второму виду относятся земли, считающиеся принадлежащими шамхалу и бекам, но вестного населения, без права отчуждения их и за определенные обычаями повинности.

К третьему виду относятся земли, принадлежащие отдельным владельцам и сельским обществам, на правах частной собственности их. В этот разряд входят кутаны, горы25), пахотные земли и другие угодья, кои находятся в исключительном пользовании шамхала и других лиц из беков и узденей, и особо, сельских обществ, с полным правом отчуждения их.

Отношения же шамхала к населению, которое отбывало ему известные повинности26), обусловливались:
а) в одних правом землевладельца;
б) в других правом правителя;
в) в третьих тем и другим правом вместе [...]

 


Примечания и пояснения.

1) Исконно кумыкской и исторически первичной формой данного титула является форма "шавхал", зафиксированная в "Китаб-и Дедем Коркуд" - "Шевкал-и Мелик" (XI-XIIIв.), в "Зафер-наме" Н.Шами - "шаукал" (XVВ.), в документах Посольского приказа России XVI-XVII вв. - "шевкал", "шефкал". Однако в последующей литературе под влиянием идеологических генеалогий шаухалов, навязанных мусульманской историографией, закрепилась форма "шамхал", служащая основой "арабской" генеалогии кумыкских правителей. - ред.

2) Сказание о Дербенте, составленное, как полагаю, из разновременных рукописей нескольких неизвестных авторов. В нем между прочим говорится: "Его высочество Мюслиме устроив дела города Дербента, предпринял поход против Кумуков. Кумуки вышли на встречу ему, но после нескольких сражений покорились и приняли исламизм. Его высочество соорудило джума-мечети (главные мечети) в городе Кумуков, для вновь обращенных мусульман, назначил Шахбала, сына Абдуллы, сына Абаса, правителем и начальником страны и дал ему кадия для сообщения народу правил ислама, после чего он сам (т.е. Мюслиме) обратился против Каракайтаков. Племена Каракайтаков- изготовились к войне: после многих сражений, происшедших в различных местах, большая часть Каракайтаков искала спасения своего в покорности и обращении в исламизм, между тем как другие остались в своем неверии и погибли. При его высочестве находился один из его родственников, по имени Эмир-Хемзе; его (т.е.Эмир-Хемзе) его высочество назначил начальником над Каракайтаками, и от него происходит нынешние Усми (так называются государи) Каракайтаков. Большая часть жителей Табасарана в начале были евреи и неверные. Сначала они тоже не хотели покориться, но после того, как его высочество истребил и взял в плен значительное число их, остальные обратились в мусульманскую веру. В войске его высочества находился добродетельный и набожный человек, по имени Махмед-Масум; его назначил правителем над обитателями Табасарана и дал ему двух кадиев, затем, чтобы они обучали правилам ислама. Отдал он строгое приказание, чтобы с тех пор во всех важных случаях жители Табасарана следовали наставлениям Масума и двух кадиев, и чтобы Масум, кадии, Эмир-Хемзе и все племена Дагестана, от Грузии до Дешти-Кипчак, находились в повиновении у Шахбала, правителя Кумуков. От этого Шахбала происходят нынешние Шамхалы.

3) В примечании Мирзы-Казим-бека к Дербент-намэ сказано, что в npoшлом веке Гербер (известный ориенталист) писал, что Шам есть название города Дамаска, откуда халифами посылались правители в Дагестан, а что слово Хал значит князь.

4) Из рукописи, приписываемой Мулле-Магомед-Рафию, весьма распространенной в Дагестане и считаемой в народе за достоверную, говорится: "Подати, собираемыя Шамхалом с Дагестана, были следующие: за позволение пасти скот на горах от общества Теббелель, каждые четыре года, по одному барану с дыма; от общества Карах по 500 - в годы; от Кесрухъ (Кейсерух) по 300 баранов и для Крым-Шамхала (наследник Шамхала) по 400, от другой горы в Кесрух-же по 1000 баранов, а для Крым-Шамхала по 30 быков; от общества Джамалал 50 баранов, от круга Тиндиб 20 быков; от деревни Арчуб (в Казикумух) 130, а для Крым-Шамхала 30 баранов; от округа Хумзака (Хунзах) по 700 баранов, 700 (кейль) мер хлеба и 60 кейл меду; от округа Андиб по одному быку и 7 войлоков; города Гадар (Кадар) и Геркас (Аркас) [По преданию, подтвержденному следами кладбищ и строений на Аркасе, это жители нынешних Дженгутая и Дургели], каждый взносил половину дани, взимаемой с.Хумзакского округа; Томели (Тюмены?) давали с каждого семейства по одному барану и по одному кейлю хлеба; от города Кюстек (Костек) по одной рыбе с семейства; от Мичикича который был собственным уделом Шамхала, по одному барану с семейства; от города Тарки по два саа (меры) сарочинского пшена; от деревни Губден 100 баранов; от жителей Кайтака 170 буйволов; от деревни Акуша и У суша по 100; от Зудакаръ по 50 быков; от Сурги, с каждого семейства по одной драхи (?); от деревень Джумджукать и Какуба (вероятно, Инжугатль в Казикумух) по шести ослов, навьюченных маслом; от деревни Зерехъ-Гаранъ (Кобячи) по 30 ружей; от горы Сумбата по 50 баранов; от деревни Иргани, с каждого семейства по кейлю общеупотребительного хлеба; от горы Зонтаб по 80 баранов; от общества Бактулалъ (Багулагь) по 30 быков и 30 барашков; от гор Захура и Кулади, уделовъ Шамхала, по 50 баранов; от общества Русусь (в Казикумух) и Мукругъ по 70 баранов; от Куралялъ (Кюринского владения) по 100 лошадей и по 100 кобыл". Это исчисление повинностей, вероятно, сделано не ранее XVI или XVII века, как полагает и Абасъ-Кули-Бакиханов, внесший оное в свое неизданное сочинение о Дагестане из упомянутой нами рукописи. (Вариант этого исчисления повинностей помещается в "Сборнике", в статье "Таварихи и Рагамы", стр. 11).

5) В русских и грузинских старинных дипломатических актах.

6) Крым-Шамхалами назывались правители д. Буйнак. Титул этот, как говорит предание, образовался после того, как шамхалы окончательно основали свою постоянную резиденцию в Тарках. Звание правителя Буйнак представлялось обыкновенно старшему в роде посла шамхала, и он предназначался наследником титула и власти его; поэтому он как-бы считался в половину шамхалом, что на местном

7) Из этого и других сведении, содержащихся в дипломатических актах того времени, надобно заключить, что шамхалы в то время, т.е. в 1596 году, еще продолжали владеть нынешним Казикумухским округом; в котором имели первоначальную резиденцию.

8) С прибывшими из Грузии послами в Москву русские сановники имели, 9-го марта 1604 года, совещание, и на спрос их, какие меры должны принять для завладения некоторыми соседственными с Грузией городами, между прочим, дали следующие сведения "Город Тарки в Кумыкской земле весьма древний, он возвышается на горе в двух верстах от моря и окружен каменной стеной... От сего города лежит прямая дорога в Грузию чрез горы, но по ней нельзя ездить на повозках, а только верхом, имея при себе самое необходимое для пути. Следуя по сему пути, на расстоянии полдня, приезжают в Теркалов (сел. Кумтерь-Кале), и оттуда в таком же расстоянии находится город Кафыр-Кумыкъ, отстоящий на один день езды от Казикумуха, от коего считают еще 14 дней до Загама (сел. в Закатальском округе, составлявшем тогда часть Кахетии) в Грузию. Князь Шевкал, с семейством своим, по большей части живет в Казикумухском городе, ибо сие место более всех отдалено от русских городов... В 5 верстах от Тарков есть озеро, называемое Тузлук, т.е. соленое; оно доставляет большое количество соли. Если бы русские построили при нем небольшую крепость, то нанесли бы Шевкалу большие притеснения, тем, что сие место есть единственное во всех горах, в коем добывается соль, и что овладение оным лишило бы горных жителей способов доставлять себе необходимое произведение.

9) Этот Султан-Махмуд, или Султан-Муть, считается по народному преданию, сыном Андия-шамхала, жившего в XVI столетии. Он происходил от кабардинской княжны и потому братья его Гирей и Эльдар, рожденные от другой матери из шамхальского рода, не хотели признать в нем равноправного с ними брата. Но он с помощью родных по матери успел принудить братьев своих выделу ему владения шамхалов нынешнего Кумыкского округа и земель, лежащих на правом берегу Сулака до Темиргоя. Таким образом, он сделался владельцем особого удела, и, находясь в частых сношениях с крымскими ханами, мог предводительствовать турками при вторжении их в Грузию. От него происходят нынешние кумыкские князья, владеюшие указанным пространством. Предание говорит, что Султан-Мут убит в деле с русскими при отступлении Бутурлина из Тарков, что, судя по дипломатическим актам, должно было происходить в конце 1604 года.

10) Сведение это взято было из "Обозрения русских владений за Кавказом произведенного и изданного по Высочайшему повелению" Изд. 1836 г.

11) Письмо, посланное Будай-шамхалом об этом, не дошло до Арчила; оно было перехвачено табунным головою Кашкарином и доставлено в Москву, в посольский приказ. Будай-шамхал писал, что, известясь о повелении, последовавшем имеретинскому царю, жить в Терки и объясняя ему, что ни они, ни предки его никогда милости и прибыли от Московских Государей к себе не видали, предлагал услуги, в случае желания Арчила, перейти на сторону его, Шевкала, и признать с ним одного государя и просил о том его, Будая, уведомить.

12) Этот удел образовался около двух веков назад - выделом одному из братьев шамхала, Баммату, семи деревень, получивших в последствии название Бамматулы, т.е. Бамматовы. Он суть Большие и Малые Казанищи, Муселим-аул, Буглень, Халим-бек-аул, Кафыр-Кумык и бывшая дереквня Темир-Хан-Шура.

13) Надобно полагать, Муртузали-Шамхал вступил в подданство России раннее 777 года, а не в 1786 году, как об этом сказано было в "Обозрении российских владений за Кавказом, ибо из актов, изданных Кавказскою Археографическою комиссиею в 1866 году, из которых извлечено (стр. 90) сведения об оказанной Муртузали-Шамхалом преданности России, надобно заключить, что он считается приязненных отношениях к России ранее 1777 года

14) Сулейман-паша вправе был наследовать шамхальство и по обычаю, так как он был старший в роде; на как у Шамхала было, кроме Сулейман-паша, еще пятеро сыновей от другой жены, а Сулейман-паша прижить было им один от дочери Фет-Али-хана Кубинского - Переджан-ханумы, то Мехти-шамхал, опасаясь интриг остальных братьев против старшего брата, пожелал предупредить оныя, испросив утверждение его наследником при жизни своей.

15) В письме главнокомандующего в Грузии к графу Несельроде от 30 марта 1833 года за N 229 между прочим сказано:

"Входя в нынешнее положение Дагестана и усматривая из Высочайшей грамоты, пожалованной в 1806 году покойному шамхалу на хамство Дербентское, что он именовался, между прочим, и владетелем Дагестанским, я полагал бы весьма возможным не давать теперешнему шамхалу, генерал-майору Сулейман-хану, звания хана Дербентского, но даровать ему титул шамхала Тарковского, владельца Бойнацкого и валия Дагестанского, по следующим, как я полагаю, весьма уважительным причинам:

  1. Звание хана дербентского даровано покойному шамхалу в 1806 г., после побега Шейх-Али-хана из Дербента. Мера сия, по тогдашним обстоятельствам, могла быть необходима, потому что при удержании за собою города и крепости Дербента, мы не были еще тогда столько сильны за Кавказом, чтобы одним своим влиянием обуздать окрестных жителей, которые издавна были приобыкшими к власти ханской, но между тем шамхал, получив достоинства хана Дербентского, ни тогда, ни после, не владел сим ханством, но распоряжался, как и ныне, только по хозяйственному управлению улусом, или деревнями, которые принадлежали бежавшему Шейх-Али-хану; а посему и титул хана Дербентского, кажется, более может привести, в неблагоприятном случае, вреда правительству, нежели пользы;
  2. звание шамхала Тарковского и владельца Бойнацкого ему следует, потому что он действительно владеет шамхальством и Бойнаком под сильным владычеством России и, по преданности своей к правительству, заслуживает покровительства и поддержания его власти; и
  3. что же касается до титула Валия, то оставить следует оный потому, что шамхал Тарковский, по роду своему, старший из всех дагестанских владельцев, а некогда как сильнейший из них и имевший влияние даже на вольные общества Дагестана, всегда носил титул Валия, который, впрочем, не присваивал ему никогда и никакого права на обладание целым Дагестаном, но только доставлял, как сильнейшему между всеми дагестанцами, уважение, которое, со времени владычества нашего в его областях, хотя и весьма ослабело в горах, однако же и до ныне еще там несколько сохранилось.

С лишением же его титула Валия, уважение сие не только вовсе уничтожится в горном Дагестане, но и в самом подвластном ему Северном Дагестане весьма ослабеет, чего кажется, до совершенного обладания всем Дагестаном, для пользы правительства, допустить не должно, и особенно, когда шамхал предан России, и когда при поддержании нами его власти, он может быть полезен правительству некоторым влиянием на вольныя дагестанския общества. А потому я полагал бы: наименовать Сулейман-хана шамхалом Тарковским и владельцем Бойнацким, сохранить ему титул Валия Дагестанского, каковой может привлекать к нему горные племена, а через сие сближать оныя с нами, и, в случае возстания буйных дагестанцев, удерживать от участия в них некоторые общества, и особенно те которые вынуждены искать, для своих овец, зимних пастбищ во владении шамхальском; между тем как Бурная и Темир-Хан-Шура достаточны к обузданию подвластных шамхала и всех замыслов самого шамхала, если бы он возмечтал когда-либо быть неблагонамеренным к правительству. Старший после Сулейман-паши сын шамхала, Зубаир, умер еще раньше и потому после него сделался старшим Абу-Муселим-хан..."

16) Первый, присвоивший этот титул, был известный Чолах-Сурхай (современник Петра Великого и Шаха-Надира), прославившийся многими удачными вторжениями в персидские провинции и назвавший себя ханом по занятии города Шемахи.

17) Тому самому, о вторжении которого в Грузию в 1604 году упоминается выше.

18) Еще до генерала Ермолова в 1806 году Мехти-Шамхалу высочайше пожалованы, на праве землевладельца, девять деревень, известных под именем Улусского магала, принадлежащих Дербентскому хану и находящихся в Дербентском градоначальстве.

19) Из владения Гасан-хана шамхалу в действительности ничего не представлено, а оно подчинено было особому управлению пристава до восстановления в нем ханской власти.

20) Селение это хотя и не названо в бумаге генерала Ермолова, но оно также было шамхалу, как это видно из других бумаг, и до последнего времени оставалось во владении шамхалов, вместе с селением Параул.

21) Султан-Ахмед-Хан-Аварский умер в 1826 году, после его смерти, вдова его Паху-Бике, стала искать принятия детей ея в подданство России и признания старшего сына ея, Нуцал-хана, владетелем Аварии. Наше правительство уважило просьбу Паху-Бике, и Нуцал-хан, в 1831 году, получил всемилостивейшую грамоту, на утверждение его ханом Аварским. В 1824 году, горцы, восставшие против возникновения в Дагестане русской власти и против самих ханов, предательски умертвили Нуцал-хана и двух его братьев. Правителем Аварии сделался временно предводитель мятежников Гамзат-бек, но он и сам вскоре был умертвлен в хунзахской мечети приверженцами ханского дома, а сообщники его, во главе коих, после Амзат-бека, стал Шамиль, изгнаны из Хунзаха, и затем в Аварии восстановлено ханское управление, в лице Ахмед-хана Мехтулинского. Правительство наше поручило ему управление Авариею в то смутное время. После Нуцал-хана осталась беременною жена его Хайбат (дочь Мехти-Шамхала-Тарковского), от которой родился сын, названный по имени деда своего Султан-Ахмедом и предназначенный нашим правительством наследником аварского дома. Ахмед-хан, давно уже утвердившийся в ханствовании над мехтулинцами, получив в свое ведение и Аварию, расчитывал властвовать в ней долго, до совершеннолетия прямого наследника этого ханства, а в случае смерти его, мог надеяться испросить утверждения за ним Аварии и навсегда, в потомственно владение. Впрочем, на ханство Аварское имел также претензию, в случае смерти малолетнего наследника Аварии, и шамхал Тарковский Абу-Муселим-хан, который был женат на родной тетке малолетнего Султан-Ахмед-хана, Солтанет-бике, и имея от нее сына Шамсудина (нынешнего шамхала), считать его ближайшим наследником Аварского ханства, а себя естественным опекуном его. Еще при жизни Нуцал-хана Аварского, мать его Паху-Бике домогалась, чтобы с поступлением сыновей ее в подданство России, им возвращен был удел их отца из Мехтулинского ханства, отданный генералом Ермоловым шамхалу; но наше правительство отклонило это домогательство, находя неудобным отобрание у шамхала деревень, предоставленных ему за верную службу. Ахмед-хан же, получив в свое управление Аварию, счел себя вправе, как по своей службе, так и по принадлежности означенных селений к Мехтулинскому ханству, искать возвращение оных в свое владение. Шамхал Тарковский, опасаясь, чтобы Ахмед-хан не успел в этом домогательстве, совершил дарственный, по которому деревни те записал, в 1838 году, за малолетним племянником своим, наследником Аварского ханства, Султан-Ахмедом, которому они должны были достаться по наследству от деда, лишившегося их за измену русскому правительству. Таким образом домогательство Ахмед-хана этою мерою было отклонено. В 1843 году он умер, а вскоре после его смерти умер в пажеском корпусе и малолетний наследник Аварского ханства Султан-Ахмед-хан, записанные за ним шамхалом три деревни сделались, как сказано выше, предметом распрей между шамхалом и мехтулинским домом.

22) Мирза-бек был сыном Нуцал-хана от простой узденки. Он умер от раны, полученной в деле против горцев в 1854 году в чине капитана, оставив после себя одного сына Сурхая, живущего с матерью в Дженгутае.

23) Так, например: сел. Параул отдано им в 1853 году в пользование сыну своему Джанке-Таймаз-хану, а некоторые из населенных участков проданы в частные руки: в числе и Аруша-кутан, назначенный по распоряжению князя Воронцова Мирза-беку, не был отдан ему, а продан шамхалом жителям селения Параул.

24) В Тарках 14, а в Больших Казанищах 110 домов несут повинности не шамхалу, а другим владельцам.

25) Здесь нужно оговорить, что, по издавна установившемуся обычаю, кутаны и горы находятся в исключительном пользовании шамхала и других владельцев, кутаны от начала осени до наступления лета (с 15 августа по 15 мая), в течении 9-ти месяцев, а горы в течении только 3-х летних месяцев. По миновании же этих сроков, почти на всех кутанах и горах окрестные жители вправе пасти свой скот и баранту. Поэтому кутаны отдаются на откуп только на 9 месяцев, а горы на 3 месяца, которые и находятся под запретом. Есть несколько и таких владельческих кутанов, на которых жители могут делать распашки.

26) Податное население шамхальства состоит: а) из узденей кумыкского, даргинского, аварского и ногайского племен, б) чагаров и в) евреев. Чагары суть бывшие холопы, давно уже водворенные особо от двора владельцев, имеющие свое отдельное хозяйство и обязанные нести им определенные обычаем повинности. Их во Владении Тарковском было всего 90 дворов; но за освобождением шамхалов всех своих чагаров (45 домов), осталось в обязательных отношениях к владельцам 45 домов. В шамхальстве живет 71 дом евреев, выселившихся из Кайтага, назад тому около ста лет, и платящих в пользу владельцев подать от 3 до 5 руб. с дома. Из них 51 дому шамхалом дарована свобода от платимой подати, простиравшейся до 200 руб., и затем платящих подати владельцам осталось в Буйнаке 20 домов.

Извлечение из
Сборника сведений о кавказских горцах, вып.1., Тифлис. 1868.

Размещено: 15.09.2005 | Просмотров: 7783 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.