Кумыкский мир

Культура, история, современность

Он умер несломленным, смертью героя-мученика

Народам, забывшим свое прошлое,
не дано увидеть своего будущего

Адиль-Гирей-шаухал Тарковский Адиль-Гирей Тарковский (16??-1732, годы правления 1700-1725) – выдающийся государственный деятель Дагестана, пользуясь покровительством России в первой четверти XVIII в., предпринял небезуспешную попытку воссоздания сильного объединенного мусульманского государства на Восточном Кавказе с центром в Тарках. Он, трезво оценив положение Дагестана и складывающуюся на Кавказе в начале XVIII в. сложную международную обстановку, направил в Петербург несколько посольств, обратился к Петру I с предложением заключить договор «о дружбе и союзе» («в дружбе и союзе быть, а с неприятелями... противиться от сердца...». В это же время он отложился от иранского шаха. В марте 1718 г. получил грамоту Петра I о принятии его со всеми подвластными ему улусами «под оборону» и «принятии в свое подданство».

Здесь следует оговориться, что каждая сторона при этом вкладывала в это решение свое понимание; шаухал, новоиспеченный «поданный» России понимал это как оформление лишь взаимовыгодных союзнических отношений с Россией: он включается в охрану южных границ империи, поддерживает здесь ее интересы, в свою очередь империя платит ему за это жалованье (как прежде платили шахи) и поддерживает здесь его интересы (в том числе и территориальные). Этим ограничиваются взаимные обязательства сторон, они могут быть и расторгнуты, если утратят взаимовыгодный характер. Именно так веками строились отношения его предков, их земель и с Иранской державой, и с Московским царством. О возможности перемены этих традиций или отказа от них Адиль-Герей-шаухал не мог даже помыслить!

Неудивительно, что столь различное понимание природы этих взаимоотношений должно было в скорейшем времени привести к конфликту. И не случайно уже в следующем 1719 г. Адиль-Герей отправил новое посольство к Петру I. Через своего полномочного посла Адиль-Герей доводил до сведения Петербурга о своей готовности, чтобы «служить верно, безизменно» и для укрепления атмосферы доверия в отношениях между Тарками и Петербургом обещался «выдать сына своего, Хасбулата, в Терки в аманаты», но с условием «чтобы он (Хасбулат- К.А. ) имел команду в Терках над народом, нарицаемых ахухом-черкесы». Адиль-Герей также заявил Петру I о своей готовности выйти походом на персиян сухим путем или морем, и «вскоре их покорить и привести под сильную державу Его Императорского Величества». Посольство увенчалось успехом. Предложения кумыкского шаухала официально были приняты. Разумеется, Петр I, заключая союз с Адиль-Гереем, преследовал свои завоевательские интересы. Первопричины, по которым Петр I должен был идти на союз с кумыками на Восточном Кавказе, четко были изложены в докладной его посланника в Дагестан кн. Александра Бековича-Черкасского. Тот писал Петру I следующее:

«Ежели Ваше Величество соизволите, чтобы оный народ (речь о подданных Адиль-Герея. - К.А.) не допустить под руку турецкую, но паче привесть под область свою, то надлежит не пропуская времени и о том стараться: а когда уже турки их под себя утвердят, тогда уже будет поздно и весьма невозможно того чинить, как сами о том изволите разсудить. А опасности никакой в приращении их не будет, понеже народ тот вольный есть и никому иному не присутствует, но паче Вам есть причиненный; на что наперед сего из тех кумыцких владельцев шафкалов в подданстве для верности Вашему Величеству и детей своих в аманаты давывали; токмо незнанием или неискусством воевод Ваших сей интерес государственный по се время оставлен; чего для и ныне из оных народов не обрекаются, то учинить. И ежели народ сей за помощью Божиею Вашим мудрым промыслом будет при Вашей стороне, тогда сила Ваша в том краю наилучше разшириться может, от чего и другим страх будет».

Петр I через своих резидентов был хорошо осведомлен и о том, что один из близких родственников шаухала Адиль-Герея Фатх Али Хан Дагестани был в то время первым фаворитом Шаха Гусейна, всесильным премьер-министром шахского Двора, его влияние тогда распространялось на весь Кавказ. А его племянник (брат сына) Лютф Али Хан Дагестани служил у Шаха Гусейна военачальником, другой племянник Мухаммад Али хан Дагестани – беглербеком (правителем) Эриванского ханства. Следовательно, приобретая союзника в лице Адиль-Герея, он приобретал союзника и в его лице. Кстати, именно Фатх Али Ханом был подписан иранско-российский договор 1715 г. Петр I, конечно же, учел все эти соображения и обстоятельства в последующем, заключая договор с Адиль-Гереем, готовя свой т.н. Персидский поход в 1722 года. Адиль-Герей, будучи союзником Петра, оказал ему важные услуги во время указанного похода. Еще до подхода русских войск он овладел Дербентом и Баку.

Будучи человеком умным, образованным, храбрым, Адиль-Герей–шаухал поддерживал с Россией дружественные отношения, упорно вел очень сложную политику, направленную к подчинению всех ханств Дагестана своей власти, имел связь и значительное влияние на правителей Азербайджана, Грузии, Кабарды. Будучи сам привержен к Петру I, и руководствуясь сформулированным самим же «золотым» принципом «прибыльнее иметь больше приятелей, нежели неприятелей», Адиль-Герей склонял к этому и других дагестанских владетелей. Так, он склонил жителей Кубачи, Губдена и Карабудахкента, недавних своих противников и противников Петра, не только принять присягу на верность России, но и выдать, если необходимо, аманатов. Склонил он к союзу с Петром даже Сурхай-хана Кази-Кумухского, активно выступившего в 1722 году против похода русских на Дагестан. Он подчинил своему влиянию и поставил под свою зависимость и некоторую часть аварцев Унцукульского (Койсубулинского) союза сельских общин, даргинцев, акушинцев.

Однако следует подчеркнуть, что Адиль-Герей, вступая в союз с Петром I и оказывая ему всяческое содействие во время Персидского похода, преследовал, прежде всего, свои далеко идущие политические цели. Так известно, что он рассчитывал через это получить в свое владение Терки, Дербент и Баку. В связи с этим в своем письме Петру шаухал писал, что "5 деревень в Мескурской земле, одна деревня в Ширване и одна в Баку по указу шаха даны ему Адиль-Гирею также и служителям Дагестанским 5 же деревень, а ныне де они оными деревнями для вышеперечисленного случая не владеют и чтоб повелено было ему Адиль-Гирею те деревни по прежнему возвратить во владение". И если бы осуществились его грандиозные геополитические планы, то вполне могло быть, что границы замасливаемого им государства с центром в Тарках, очертились бы Тереком на севере и Баку - на юге. Не случайно немецкий политический географ Якоб Рейнеггс, углубленно и практически интересовавшийся историей региона и кумыкских шаухалов, отмечая выдающиеся личностные качества и заслуги Адиль-Герея Тарковского перед историей и своим народом, отмечал: «Добрый порядок, который он ввел вместе с своею властию, привел его в великое почтение ко всем кавказским князьям».

Народный артист России Айгум Айгумов в роли Адиль-Герея Тарковского в спектакле по пьесе Б.Атаева «Шаухал Адиль-Герей».

Шавхал Адиль-Герей. Фрагмент-1.
Шавхал Адиль-Герей. Фрагмент-1.
Эпизод ссоры Адильгерей-шавхала Тарковского и Айдемир-бия Эндиреевского.

В поддержке и помощи Адиль-Герея часто нуждались и сефевидские шахи. Так, в 1722 г. положение сефевидского центрального правительства вследствие восстания афганских племен стало весьма тяжелым. Афганцы под предводительством Махмуда, главы одного из афганских племен, разбили шахские войска и подошли к столице Ирана - городу Исфахану. Шах Хусейн, стремясь найти себе военную помощь, обратился именно к правителю Дагестана шаухалу Адиль-Гирею Тарковскому, являвшемуся родственником его всесильного первого визира Фатх Али Хана Дагестани. Шаухал, собрав войско, отправил было его в Иран под предводительством владетеля Сурхай-хана. Но именно в это время, как сообщают источники, по ложному доносу придворных карьеристов об установлении им тайных сношений с шаухалом и другими правителями Дагестана Фатх Али был заключен в темницу и ослеплен, а племянник, его талантливый военачальник Лютф Али Хан Дагестани, успешно противостоявший афганским племенам, также попал в немилость к шаху и был отстранен от службы. Войско, шедшее под предводительством Сурхай-хана на помощь шаху, в отместку (Lockart L. Nadir Shah. London. 1938. P. 7.) осталось в Ширване, поддержало антишиитское восстание своих единоверцев-суннитов, не раз обращавшихся ранее за помощью к шаухалам и Турции. Афганское же войско, не встретив серьезного сопротивления, в начале марта приблизилось к Исфахану, и 8 марта 1722 г. в сражении при Гульнабаде (близ Исфагана) шахское войско было разбито. Затем афганцы осадили Исфаган. А события эти в свою очередь дали повод и ускорили вмешательство русских в дела Дагестана, Ирана и Кавказа.

Первым актом такого вмешательства и стал т.н. Персидский поход Петра, планировавшийся первоначально, как известно, на весну-лето 1723 г. При этом, как видно из документов тайной дипломатии русских, для России важно было держать под своим контролем и влиянием самого сильного из горских владетелей - тарковского шаухала Адиль-Гирея, использовать его лишь в качестве «пешки» в своих геополитических играх на Кавказе, о чем, видимо, догадывался (или догадался впоследствии) и сам Адиль-Герей.

Франц Рубо. Вступление Петра I в Тарки. 1722 г.
увеличить

Адиль-Гирей вполне резонно предполагал, что русские станут довольствоваться его номинальным подчинением и сохранят за ним самостоятельность в вопросах внутреннего управления своими владениями. Однако постройка главного российского форпоста на Кавказе - крепости Св. Креста всего в 40 км от г. Тарки, создание вокруг этой крепости поселения донских казаков и армян (более 1000 семейств) серьезно обеспокоили Адиль-Герея, увидевшего в этом угрозу полного подчинения Дагестана России. Иоганн Гербер свидетельствует: шаухалу "сумнительно стало, и для других всяких дел, которые он себе в обиду почел", хотя прежде, ведя с Россией переговоры через своего брата (в 1719 г.), Адиль-Гирей предлагал поставить на Сулаке русскую крепость. Адиль-Гирей не скрывал своего недовольства самоуправными действиями генерала Кропотова в его владениях и обращался по этому поводу с письмами Петру. Кропотов стремился подчинить местных ногайцев и не помогал шаухалу, рассчитывавшему, что «здешние бояря и городы мне были послушны», для чего «от других отпал и к стопам вашего императорского величества припал в такой надежде, что все народы здешние у меня судимы будут». Но указанные «бояря» подчиняться шаухалу не спешили и, по его утверждению, требовали от него жалованье, каковое он и просил выдать ему из бакинских доходов. Он стал готовиться к нападению на крепость Св. Креста и, с целью получить поддержку, наладил взаимоотношения с османским и сефевидским дворами, а также стремился привлечь на свою сторону многих азербайджанских владетелей. Тем более что его (Адиль-Герея) претензии на руководящую роль в Дагестане под номинальной властью российского государя также не реализовались. Уже 15 июня 1723 г. один из кумыкских владетелей Чопан доносил генералу Г.С. Кропотову: "Тарковский Адиль-Гирей-Шамхал соединился с Дауд-беком, уцмием и Сурхаем..., хотят идти войною на новопостроенные крепости..., а шамхал де Адиль-Гирей сын... посланы в Шемаху для того, чтобы турецкое войско привести сюда, а о турецком войске сказывают, что 200 человек приехали порядовые в Шемаху и за остальными послали, чтоб как наискорее шли".

А в последующем, особенно с весны 1724 г. в кумыкско-русских отношениях начинает нарастать напряженность, которая впоследствии приведет Адиль-Герея к противостоянию и прямому разрыву с русскими. Разуверившись в искренности русских властей и не получив обещанной поддержки своим устремлениям, Адиль-Герей, желая принять активное участие в разделе "законного наследства" Сефевидского Ирана, которому его предки и сородичи служили верой и правдой в течение веков, самостоятельно берется за осуществление своих планов.

Весной 1724 г. Адиль-Герей в союзе с уцмием Кайтагским совершает совместный поход на Ширван, осаждает Шемаху и добивается-таки от ширванских правителей того, что они, «по своему закону целуя Коран», соглашаются на назначение над ними наибами «шавкальского сына, також и уцмиева». При этом накануне похода была достигнута договоренность, «что владеть Шемахою и Бакою - шамхалу, Мускуром и Шабраном - Хадже-Дауд-беку, Кубою и Кулханом (т.е. округом Хазры) - уцмию, Дербентским городом – майсуму…». И уже 19 марта 1724 г. дербентский наиб Имам Гули-бей в письме к Петру I по этому поводу сообщал, что Сурхай с младшим шаухалским сыном и уцмием подчинили Шемаху, «...при том всякие зборы в Шеки и Кабале, …збирают». А уже летом 15 августа 1724 г. комендант Бакинской крепости князь Барятинский писал из Баку, что, по имеющимся сведениям, формируются иранские войска, которые будет направлены в Шемаху для соединения с шаухалом и уцмием, с целью напасть на Куринскую, Бакинскую и Дербендскую провинции. В Баку Дергях Гули также обещал «шахову величеству поступать против русских». Шаухал и уцмий стояли в это время у реки Моллакенд вблизи Дербента, ожидая перехода шахских войск через Куру, чтобы соединиться с ними. Предполагали, что шаухал напал на Шемаху «по согласию с шахом», что кажется вполне вероятным. Известно, что Хафиз-бею, направленному в Россию в качестве посла, было поручено также склонить Сурхай-хана, кайтагского уцмия, кубинских, шемахинских и других владельцев в Ширване на сторону Тахмасиба II.

Адиль-Герей-шаухал политически по-своему обосновал свои действия перед русскими властями: им же лучше будет, если российскому подданному шаухалу удастся захватить побольше земель, особенно Шемаху, которая по традиции "правит" Ширваном и его городами, и, в конечном счете, Ширван достанется тому, кто владеет Шемахой... Но русские власти не желали понимать логики его объяснений, они вели сложную дипломатическую игру в Иране и в Константинополе, стараясь максимально расширить границы империи на юге, не вызывать при этом опасений Турции, а непредсказуемые действия Адиль-Герея и его союзников могли сорвать эти комбинации.

В октябре 1724 года взаимное недовольство шаухала и русских достигло такой степени, что указ Коллегии иностранных дел предписал Кропотову Адиль-Герея «каким-нибудь способом поймать, и держать ево в крепости Святого Креста за крепким присмотром в аресте до тех мест, пока возможно будет оного водою в Астрахань переслать». Для успокоения подданных Адиль-Гирея надлежало объявить, что он «за его великую неверность взят и что в прочем оной народ по-прежнему в милостивой его императорского величества протекции содержан будет, и другой шефкал на его место из их народов немедленно взять определится», и ни в коем случае «пожитков де ево, шафкаловых, ни градских жителей отнюдь не касаться». Выполнить поручение оказалось не так-то просто. Генерал послал в Тарки своего флигель-адъютанта с приглашением шаухала на совет. Но Адиль-Гирей объяснил посланцу, что ему «в крепость Святого Креста ехать невозможно, войско де ево и тавлинцы все в собрании и пишут к нему, чтобы он к ним выехал сего ноября 23 дня, а ежели де не выедет, то хотят отложитца и итти в Шемаху, а ис Шемахи в Баку, в Дербень и на крепость Святого Креста войною, а он де не допуская их к тому намерению, как верной слуга его величества, хочет ехать с ними в Шемаху, которую хочет привести под руку его величества». На уговоры явиться для получения грамоты императора, в которой якобы «милостиво вас его величество похваляет и признавает в горах первым и поверенным человеком, и повелено с тобою во всем советовать и чинить обще, а без совету вашева ничево делать не повелено», шаухал поддался - но только с условием встретиться с генералом «на половине дороги от Тарков к урочищу Дурвасу».

Но вскоре отношения Адиль-Герей шаухала с русскими резко обострились, и дело дошло довоенных столкновений. Адиль-Герей, собрав под своим командованием трехтысячное войско, организовал осаду крепости Святой Крест, однако захватить крепость он не смог. В ответ царское правительство предприняло энергичные меры против шаухала и подрыва его влияния в Дагестане. 19 мая 1725 г. Сенат предписал коменданту крепости Святой Крест указ: «Старайтесь поймать шефкала». Сделать это рекомендовалось путем подкупа и с этой целью было ассигновано от 2 до 5 тыс. рублей. Если это не удастся — предписывал Сенат, - то «шефкала убить, а ежели таким образом учинить не можно, то идти вооруженно и совсем жилище его разорить, скот отогнать и всячески трудиться, чтобы шафкала, в свои руки самого доставить».

Для наказания Адиль-Герея и его подданных на Сулак прибыл сам генерал Матюшкин. Он приказал генералу Кропотову «всячески трудиться, чтобы его, шаухала, добыть в свои руки». Исполняя этот приказ, Кропотов начал карательную акцию - разорил резиденцию шаухала Тарки, дотла сжег ожесточенные сопротивлявшиеся ему кумыкские населенные пункты Кумторкали, Иссису, Кяхулай-Турхали, Амирхан-гент, Альбери-гент, Атлы-Боюн, Агач-аул, Карабудахкент, Канабур, Гели, Губдень, Бары-кент (Параул?), Большие и Малые Казаныши, Маселим-аул (Муселем-аул?), Шура (Темир-хан-Шура?), Капир-Кумык, Халимбекаул, Капчугай и др. Поразительно, но в Карабудахкенте каратели-оккупанты сжигали посевы, вырубали плодовые деревья. Этот карательный поход русских продолжался с 27 сентября по 13 октября 1725 года и привел к многочисленным человеческим жертвам со стороны ожесточенно сопротивляющихся кумыков (об этом красноречиво свидетельствует архивный документ - подробный журнал военных действий, составленный по возвращении карательного корпуса).

В этих условиях Адиль-Герей предпринял энергичные шаги по налаживанию союзных отношения с Крымским ханством и Турцией. С этой целью он направил в Бахчисарай своих послов. Менгли-Гирей II предложение кумыкских послов воспринял благосклонно, но от вмешательства в кумыкские дела уклонился и, как сообщал российский резидент в Константинополе, посланникам шаухала Менгли-Гирей II «не отписався к Порте, никакой отповеди не дал... а между тем их у себя удержал». Тем не менее, выступления шаухала против России и его призыв о помощи к крымскому хану значительно осложнили положение русских на Кавказе. Они дали Порте удобный повод для вмешательства в кавказские дела. Великий везир Ибрагим-паша Невшехирли предложил И.И. Неплюеву, чтобы разгорающийся кумыкско-русский конфликт разрешил сераскер Сары Мустафа-паша, которому послан приказ выступить с войсками из Гянджи в Ширван, чтобы их "чрез медиацию (посредничество) успокоить". Российский резидент решительно отклонил это предложение, заявив, что исполнение намерений Порты в Петербурге "за разрыв трактата (1724 г. – К.А..) воспримется". Турецкая сторона, блюдя свои геополитические интересы, с этим согласилась. В результате шаухал оказался в полной изоляции.

Вот что пишет по этому поводу русский историк С. Соловьев: «В октябре 1725 г. генерал-майоры Кропотов и Шереметев ходили опустошать владения шамхала и сожгли двадцать селений, в том числе и Тарки, столицу шамхала, состоявшую из 1000 дворов; всего дворов было сожжено 6110. Шамхал, имея только 3000 войска, не мог сопротивляться превосходному числу русских, у которых одних Козаков и калмыков было 8000 человек, не считая регулярных войск, двух полков пехоты и двух кавалерии; Адил-Гирей ушел из Тарков вместе с турецким посланником и разослал грамоты к другим горским владельцам, прося помощи, но получил отказ (!)».

Воспользовавшись этим, царское правительство предприняло энергичные меры для пленения шаухала Адиль-Герея и подрыва его влияния в Дагестане. В середине мая 1726 г. был объявлен новый поход против шаухала. Не найдя поддержки ни от других дагестанских владельцев, ни от крымского хана, ни от турецкого султана Адиль-Герей весной 1726 г. в преддверии нового похода русских против кумыков, желая получить гарантии сохранения своей жизни и передачи власти (и достоинства шаухала) своему наследнику, сыну Хасбулату, фактически же - сохранения в целости и сохранности кумыкской государственности, вступил через своих посредников в переговоры с русским командованием в Кумыкии. Прибывший в Святой Крест эндиреевский правитель Айдемир просил отложить поход на три дня, обещая, что сам Адиль-Гирей явится в крепость, а затем отправится в Петербург для переговоров с Екатериной I (1725-1727), чтобы выяснить, возможна ли возобновление прежних договоренностей после нарушения им присяги Российскому правительству. И, наконец, получив «обещания генералов» и под поручительство эндиреевского князя Айдемира, аксаевского правителя Султан-Махмуда и кабардинских князей Эльмурзы Черкасского и Арслан-бека Кайтукина, Адиль-Гирей прибыл в русский лагерь у Кум-Таркалы, где неожиданно для него самого был взят под стражу, а затем доставлен в крепость Св. Крест для содержания под караулом. Прибывший туда впоследствии, 27 июня 1727 г. новый командующий князь В. В. Долгоруков встретился с пленным Адиль-Гиреем и сделал ему суровый выговор за «продерзости»; собеседник, по мнению генерала, вины своей не осознал (!) и отвечал ему «с великими пыхами».

Так шаухал Адиль-Герей предрешил свою судьбу. Князь Долгоруков в своем письме рекомендовал Правительствующему сенату отправить его подальше в «крепкие места». Верховный тайный совет, состоявшийся 15 августа 1727 г., рекомендации внял и повелел «отослать бывшего шавкала Адил-Гирея и его шавкальских служителей в Архангелогородскую губернию» – «на край земли»!. Вместе с находившимися при нем «служителями (три князя и 17 узденей) Адиль-Гирей был доставлен сначала в Астрахань, а затем в 1730/31 г. в Колу (на Кольском полуострове – К.А.), где содержался под караулом и умер, как сообщает доношение в Сенат из Архангелогородской губернской канцелярии от 27 января 1732 года, накануне, 26 января. К этому присовокупить следует: правительство Екатерины I сочло, что «полезнее не быть шевкалу» и указом Сената титул шаухала был ликвидирован, а исполнение верховной власти в Дагестане было возложено на командующего российскими войсками.

* * *

Адиль-Герей-шаухал, установив и поддерживая с Россией дружественные отношения, стремился укрепить и увековечить на Кавказе кумыкскую государственность. Судьба же распорядилась иначе. Он умер несломленным, смертью героя-мученика, уважаемый своими врагами, но преданный своими соратниками и подданными.

Вот кому должны были поставить памятник сородичи его на въезде в Тарки – в прошлом «начальному граду шаухалов Тарковских». И не его ли именем славным должна была быть названа одна из главных магистральных улиц Махачкалы?!

В память о себе Адиль-Герей Тарковский оставил незапятнанное имя и деяния, достойные сильных и великих личностей. Его Величество История их всегда отмечает своей золотой печатью.

Благодарные потомки, помянем 26 января великого воина и правителя, героя-мученика нашего, великого сына земли кумыкской, дагестанской Адиль-Герея, шаухала Тарковского, валия Дагестанского!


"Ёлдаш/Времена", 20-01-2012

Размещено: 21.01.2012 | Просмотров: 4838 | Комментарии: 8

Комментарии на facebook

 

Комментарии

БУЛ оставил комментарий 22.01.2012, 11:50
Comment
МУРМАНСКАЯ обл. Кольскиий р-он, г. КОЛА.Очень хорошо,что этот город есть. Значит можно наладить связь и провести совместные мероприятия в честь АДИЛЬ-ГЕРЕЯ ШАУХАЛА ТАРКОВСКОГО, мужественого, умного, дальновидного политика, благодаря которому КУМЫКИ (поверить только) были в центре геополитики. Надо установить памятник в ТАРКАХ, улицу в городе назвать официально не дадут. Это ещё один знак "историкам", что в ДАГЕСТАНе воевали и до КАВКАЗСКОЙ ВОЙНЫ, выселяли особенно КУМЫКОВ задолго до известных событий. СПАСИБО за статью.
Blcan оставил комментарий 27.01.2012, 08:27
Comment
Вот прочел на одном из сайтов: "В 1730 г. на Север был сослан горский князь Адиль Гирей — и с ним еще два князя и двенадцать слуг. Вины мы их не знаем. Привезли Адиль Гирея в ножных, а князей и слуг в ручных и ножных кандалах. Содержали их в двух каменных палатах."
Blcan оставил комментарий 30.01.2012, 16:00
Comment
Imac20 написал: Получил сегодня утром № 324 от 20.01. 2012 г. Проглотил статью " Он умер несломленным, смертью героя -мученика". Вот почему российская имперская власть была вынуждена всячески клеветать на таких "отступников" и поощрять предателей князей кабардинских Черкасский и Кайтукиных, эндиреевских Айдемировых, да мало ли этой сволочи и по сей день..Знакомясь с информацией о рассмотрении его дела в Сенате и ссылку в Архангельскую область ( а скорее похоже умерщвленного) невольно вспоминается рассмотрение дела при Особом Совещании Премьер-Министре ( он же Мин.Внут.Дел) Столыпине 20 августа 1906 г. дела в отношении дворянина Джелалэддин КОРКМАСОВА ( оно в Карельском гос.Архиве и у меня фотокопиии) и С. Куваршалов сосланных в те же самые места за "непокорность властям и склонение ими населения к неуплате налогов" оставление которых -де в Дагестане с его огромной популярностью среди населения повлечет его брожение и в этой связи необходимости стягивания большого количества войск, успех которых с учетом сложной горной топографии непредсказуем."
Побольше бы таких статей пробуждающих общество, которому крайне необходимо взрослеть до осознания необходимости самостоятельной и ответственной работы. Удивительно развитие событий во взаимоотношении русских и кумыков (при шамхале Адиль-Гирее и словно под копирку повторяющиеся спустя 200 лет при Коркмасе Джелале. И еще, вот же совпадения ФОТО Айгума Айгумова сыгравшего роль Шамхала, но если помнишь он же исполнял роль Джелала Коркмасова не только в сов. спектаклях, но у участвовал в сценических постановках, применявшихся в ноябрьские праздники на площади Ленина...
kermen оставил комментарий 10.02.2012, 17:35
Comment
Ещё более противоречивая личность чем Солтан-Мут. Не зачем из него культ делать. Вобще не должно быть выборочного и нездоровго отношения к историческим деятелям. Кстати зря вы тут Айдемировых хаете. Айдемир II Эндиреевский был шурина Адиль-Герея и участвовав вместе с ним в нападении На Святой Крест, а до этого в одиночку атаковал Петра. Хватит нападать на известных эндиреевцев. Это же не чисто таркинский сайт. Все мы кумыки и не надо выпячивать мол эти хорошие, а эти не очень.
БУЛ оставил комментарий 11.02.2012, 10:18
Comment
Все мы противоречивы,особенно если будут рассматривать наши действия через лет сто.Одно то ,что он боролся за наше государство и умер за это на каторге достойно огромного уважения.Где можно прочитать об Айдемировых? В чём предательство?
Blcan оставил комментарий 12.02.2012, 09:16
Comment
from Admin: Пишите по-существу, не переключайтесь на личности комментаторов: это не сайт психоанализа.


Kermen, не выдавай себя за того, кто ты не есть. Не суди и судим не будешь. Разберись,если способен, в самом себе. Нечего тут кумыков с кумыками стравливать. И дыши ровно!
imperia86rus оставил комментарий 24.02.2012, 20:57
Comment
это проблема всегда преследует кумыков ну ни как не можем собраться даже не помню когда последний раз отмечали праздник кумыков
бойнакъ оставил комментарий 25.02.2012, 17:06
Comment
Уважайте друг друга и сплачивайтесь! Врагов у кумыков и так хватает!

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.