Кумыкский мир

Культура, история, современность

Петровское

Вековечная столица

Любой уважающий себя народ должен хорошо знать свою историю, в том числе и историю своих первопоселений. Казалось бы, Анжикала (Семендер, Таргу), укр. Петровское, Порт-Петровск, Махачкала - все это высокозначимые вехи истории нынешней дагестанской столицы, где первые поселения людей появились более двух тысяч лет назад.

Показательно, что как сам город Анжикала, так и память о ней уничтожали и не могли уничтожить в течение веков. О нем слагались народные легенды и исторические трактаты (вспомним, хотя бы, "Дербент-наме" Мухаммеда Аваби Акташи и "Анжи-наме" Кадыр-мурзы из Амирханкента). И в начале 30-х годов ХХ века все еще можно было видеть остатки крепостных стен нашего древнего города.

Однако, по добровольно-принудительно навязанной нам еще в советское время по вполне понятной хронографической традиции мы с рвением, достойным лучшего применения, продолжаем отсчитывать историю своего города лишь с возникновения здесь в период Кавказской войны укрепления Петровского (1844 г.), впоследствии, в 1857 году, получившего городской статус и название Порт-Петровск.

А ведь, столичный город-то наш на этой территории существовал еще в VIII веке н.э., т.е. еще за 10-11 веков до построения здесь царской военной администрацией укрепления Петровское. Но почему же тогда некоторые из нас не хотят видеть этой исторической преемственности. Признание этой преемственности, на мой взгляд, имеет не политическое, а цивилизационное значение.

Поэтому, считаю, что какой-бы отпечаток не накладывала на все это современная политическая ситуация, мы вправе по-новому осмыслить прошлое нашего города. Не к чести нашей из-за каких-то преходящих конъюнктурных соображений пытаться "ампутировать" очень важную и значимую часть его великой истории. Чем скорее мы освободимся от навязанных нам "комплексов неполноценности", тем быстрее восстановим во многом нами утраченное национальное самоуважение и цивилизационную самодостаточность. Давайте любить и уважать свое прошлое. Это не во вред другим народам.

На нашем сайте уже имеются публикации с доказательствами великой предыстории нашего города. Но с чего же начиналась его новая история? Вот об этом рассказывает ниже публикумемый материал.

Материал подготовил к публикации К.Алиев

 

Петровское

На дуге западного берега Каспийского моря, вдавшейся в кумыкские равнины северного Дагестана, в 40 вёрстах на юго-восток от устья Сулака, в 120 к северо-западу от Дербента и в 350 морем от Астрахани, расположено у самого моря укрепление Петровское - Унжи-Кала (мучная крепость) [Автор в данном случае исказил исконно кумыкское название "Anji/Inji" и соответственно дает свою неверную этимологию этого названия.] татар дагестанских [В дореволюционной литературе под татарами вплоть до 1918-1920-х годов подразумевались все тюркозячные народы, в т.ч. и кумыки. Здесь автор, несомненно, имел в виду кумыков. - ред.]

Укрепление названное Петровским по имени везде оставившего по себе память Петра Великого. В 1722 году флот его, вышедший из портов Астрахани с десантом войск, после трудного плавания по неисследованному еще морю, прибыл в воды нынешнего Петровского и стал на якорь. Войска высадились на пустынный берег, куда сухопутьем прибыл с драгунами, казаками и калмыками и сам державный полководец; здесь он расположился лагерем со своею армией.

На месте, освященном пребыванием Великого, в 1844 году положен первый камень, послуживший основанием укреплению. До основания Петровского, запасы провианта, леса и прочих потребностей, доставлявшихся морем с волжских пристаней для войск, расположенных и северном Дагестане, выгружались на открытый берег моря, против бывшей тогда крепости Бурной, отстоящей от морского берега в 5 верстах. Впоследствии времени выстроенное в 3 верстах от моря Низовое укрепление, с целью прикрытия выгружавшихся запасов, как оказалось в 1843 году на деле, не могло служить защитою пристани, потерпевшей через то огромные убытки. Для отвращения познанных опытом неудобств, названные укрепления были упразднены и вместо них признано более соответствующим потребности, воздвигнуть укрепление в 7 верстах от Тарков на скалистом взгорье, отдельно поднявшемся, из плоскости, вдоль берега, в расстоянии саженей 300 от моря [Речь, очевидно, идет об Анжи-арка]. На береговой равнине, стелящейся между высотою, занятою под укрепления, и самим морем, определены места для складов провианта, леса и других припасов.

Рядом со складами, на продолжении морского берега к востоку, проектирован форштадт. Все укрепления делались из тесаного камня, взятого частью из упраздненной крепости Бурной, частью ломаного из местных скал. Работы производились мастерами и войсками, стоявшими лагерем близ строившихся укреплений.

Когда укрепления были возведены, Грузинский Линейный № 14-й батальон первый занял их и до настоящего времени составляет здесь постоянный гарнизон. Тогда же заложены были первые кварталы форштадта. На первый раз до 30 усадеб разобраны были семейными офицерами и солдатами батальона и частью торгующим сословием.

Постройка домов в Петровском идет скоро. Рабочих рук много. Строительные материалы под руками. Обыкновенно стены домов кладутся из массивных необожженных кирпичей. Лес для крупных поделок и доски покупаются в Петровском же, куда лесного товара доставляется морем из Астрахани в большом количестве; для мелких же домашних поделок и для дров имеются большие дачи леса, в 5-ти верстах от Петровского. С постройкою первых 30-ти домов и дворов сформировались девять небольших кварталов, четыре улицы, пять переулков и две площади, из коих одна торговая, а другая для военных парадов. Несколько предприимчивых армян, астраханских мещан и евреев из южных и западных губерний завели молочную торговлю в возникающем поселении. Два коммерческих дома астраханских капиталистов и один саратовский выслали в Петровское своих агентов, построили магазины и положили первые основания морской торговли между Петровском и Астраханью. С тех пор царица Каспия - Петербург азиатский - Астрахань, стала ежегодно высылать свои флоты на рейды Петровского.

Рейдов при Петровском два: один казенный, на котором останавливаются суда только с казенным грузом, другой коммерческий, где бросают якорь суда с кладью купеческих товаров. Оба рейда совершенно открыты, но по хорошему грунту морского дна, состоящего из смеси крупного песку с небольшим количеством мелкой ракушки, представляют хорошую стоянку. Берег обоих рейдов плоский, песчаный; только между рейдами, равно как и по окрестностям Петровского, он унизан выдающимися из песку оконечностями скал, о которые разбиваются морские волны с оглушительным шумом; поэтому берег в этих местах и недоступен для пристанища лодок. Дно морское при Петровском понижается от берегов постепенно и притом незначительно; через это суда не могут близко подходить к берегу, но останавливаются в расстоянии от него на 300, 400 и более сажен, на глубине 5-7 сажень и более. Грузы же судов доставляются на берег лодками.

Море при Петровском не замерзает круглый год. Хотя льды, образовавшиеся на так называемых Чернях, в водах устьев Волги и Урала, и заплывают (принося на себе множество тюленей), около исхода февраля, на горизонт Петровского; но один день хорошего ветра и даже следа не останется.

Зарождающееся Петровское в первые годы своего существования приняло значение рынка для многолюдного народонаселения Дагестана и хлебородной низовой России. Правительство, постигая важность его в этом отношении, способствовало к увеличению населения Петровского, начав с учреждения в нем таможни. В 1848 году переведена сюда 6-ая Легкая батарея 20-й артиллерийской бригады. Поэтому заложено пять новых кварталов форштадта, в которых взято до 35 мест под дома семейных артиллеристов и солдат батальона, вытребовавших свои семейства в Петровское из Родины. Тогда же открыт в нем и госпиталь.

В 1849 году сделан первый опыт конских скачек при Петровском и установлены в нем базарные дни. Но базары в Петровском еще слабо принимаются по причине соперничества соседнего Тарху, куда жиды, проживающие там, притягивают всю обыденную торговлю окрестного туземного населения.

В 1851 году Правительством приобретено покупкою от шамхала Тарковского, для укрепления, в окрестностях его, большое количество луговой земли.

В следующем 1852 году Темир-Хан-Шура, по распоряжению начальства, выслала избыток народонаселения в город Дербент, укр. Казиюрт и Петровское. Сорок домохозяек, прибывших из Шуры, заложили два больших квартала на песках, чуть не в морских бурунах, так что пена, срываемая ветром с верхушек волн, вносится через окна во внутрь самих домов.

С прибытием этих переселенцев и с водворением в Петровском нескольких семейств дагестанских евреев и татар (т.е. кумыков. - ред.) число кварталов возросло до 18-ти, между ними сформировалось до 15 переулков. Сверх помянутых двух площадей явилась третья, для распродажи дров и сена. Главные улицы удлинились. Домов жительских возросло до 150, казенных больших и малых до 33-х. Число оседлых жителей обоего пола дошло до 600 человек, но цифра эта продолжает и поныне увеличиваться.

Мысль перевести в Петровское комиссариатское отделение по предмету снабжения амуничными вещами войск, расположенных в Дагестане и на Кумыкской плоскости, оказались как нельзя лучше соответствующею делу. Еще и 1852 году был сделан первый отпуск амуничных вещей, и опыт превзошел ожидания, вследствие чего правительство навсегда утвердило эту меру. Сверх того, в одно время было в ходу предположение основать здесь контору рыбных промыслов, существующих при берегах Дагестана и местную соль, завести фабрикацию и распродажу рыбных товаров.

Петровское, с открытием навигации, ежегодно оживляется огромным приливом народа, и с моря и с материка. С половины марта в рейды начинают прибывать сперва небольшие суда, так называемые кусовые. На них привозятся из Астрахани мелкими торговцами небольшие партии пшеничной муки, - товар, всегда имеющий хороший сбыт в Дагестане, а около праздника Пасхи раскупающийся нарасхват. Потом, около первых чисел апреля, прибывает почтовый пароход и караван судов с казенным провиантом. Вслед за тем начинает наполняться и коммерческий рейд купеческими судами с пшеничною мукою, овсом, ячменем, лесом и другими товарами. Суда, сдавшие груз в Петровском, немедленно идут большею частью порожняком за новым грузом или прямо в Астрахань, или заходят в Дербент за мареною. Некоторые же суда получают грузы и в самом Петровском; но вообще отпускные статьи торговли его весьма незначительны, хотя начало этому уже положено.

Партии марены соседних таркинцев, партии грецких орехов, яблок, груш карабудахкентцев, невыделанная кожа и сало ежегодно отправляется в Астрахань на отходящих туда за новыми грузами судах, где сбываются с выгодою. Статьи эти, конечно, впоследствии времени возрастут, да есть еще надежда в будущем на отпуск из Дагестана шерсти, шелка, вин виноградных, масла, сыру, меду, овчин и, может быть, каменного угля, серы и нефти, прииски которых в Дагестане встречается в нескольких местах.

Суда практикующие между Астраханью и Петровском, в продолжение целой навигации, с марта по декабрь месяц, могут делать до пяти рейсов. Суда эти вообще плохой конструкции, величина их бывает весьма различна: начиная с больших, так называемых марсельных, поднимающих до 5000 четвертей муки, размеры их уменьшаются до небольших палубных лодок, вмещающих не более 80 мешков пшеничной муки. Поэтому и число экипажа на судах бывает весьма различно. Небольшие лодки обходятся и двумя человеками, одним кормщиком и одним действующим парусами, тогда как на марсельных судах, обыкновенно фрахтующихся для перевозки казенного провианта, бывает человек до 15 экипажа. Эти же самые люди занимаются нагрузкою и разгрузкою судов. Все экипажи судов, почти исключительно, состоят из татар - жителей астраханских слобод и волостей, расположенных вверх по Волге. Народ все здоровенный, работящий и разгульный. Обыкновенный костюм их - белая поярковая шляпа и халат из небеленой парусины. По роду занятия на других морях называли бы их матросами, на Каспийском же они известны под именем мазуров.

Мореходных судов прибывает на рейды Петровского уже довольно значительное число. Одного казенного провианта ежегодно доставляется морем в Петровское до 90 000 четвертей. Чтобы перевезти это количество, в продолжение одной навигации пребывает на казенном рейде судов до 50, больших и средних размеров. Для перевозки около 40 000 четвертей овса, большого количества леса, ячменя, пшеничной муки, спирта и других товаров приходит на коммерческий рейд Петровского до 100 судов разной величины; в этом числе большая часть их принадлежит бакинским судохозяевам. Три такие бакинки в 1851 году приходили в Петровское из Ленкорани с ячменем от поселенных там малаканов. С прибытием судов на рейды, татары, составляющие экипажи их, делают нашествие на Петровское и, в особенности, на его духаны, где водка продается дешевле астраханского, хотя завозится оттуда. Все улицы загружаются белыми халатами и такими же шляпами разгульных мазуров. Тарабарские пляски на медвежий лад и приятельские поединки силачей правоверных-водяных, возбуждающих завистливые удивления правоверных-сухопутных, прибывающих сюда из многолюдного Дагестана и Кумыкских владений в огромном числе. Беспрерывные обозы загромождают улицы, торговую площадь и даже берег моря. Одни наваливают провиант, другие - огромные сосновые брусья или доски, третьи забирают разные купеческие товары, и спешат выбраться на дорогу, между тем, как другие обозы, прибывшие за кладью, уже покрывают выгоны Петровского, дожидаясь своей очереди. Чтобы перевезти из Петровского в разные места Дагестана годовую порцию провианта, каждогодно приходит и него более 20 000 ароб, да для перевозки частных кладей такое же количество. Значительное число ароб также приходит в Петровское, отправляясь за солью к озеру, находящемуся недалеко отсюда. Можно судить поэтому, какая масса людей извлекает свои выгоды при посредстве Петровского! За перевозку одною казенного провианта в разные места Дагестана туземное народонаселение приобретает до 50 000 рублей серебром каждогодно, да около того же за перевозку частных кладей.

Такая промышленная деятельность не может быть без благодетельных последствий как для всего народонаселения Дагестана, так и для процветания самого Петровского, считающего едва десяток годов своего существования.

Все население Петровского, состоящее преимущественно из служащих солдат, живет мелочною торговлей или доходом с домов. Немаловажное средство существования заключается для многих в улове рыбы бреднями на отмелях моря и охоте за перелетною птицей, необозримая стая которой в продолжение пяти месяцев летят через Петровское. и его окрестности. Из перелетных птиц огромными стаями летяг стрепета - род степной куропатки; потом журавли, дикие гуси и в особенности казара.. Неумолкаемый днем и ночью крик их наводит тоску! Но от этих птиц поживы мало. А вот сущий праздник для солдат - это перелеты драхвы или дудаков. Летит эта птица вообще невысоко и притом и в продолжение почти целой зимы. Бьют ее из ружей, на лету. Весом дудаки (кумыкское - дувадакъ. - ред.) бывают от 15 до 20 фунтов. Мясо их, хотя жестко, но довольно вкусно. Стоило бы постараться сделать домашней птицей этого дикаря...

Хозяйственные занятия солдат-поселенцев Петровского, как почти и везде на Кавказе, ограничиваются покосами и обработкою огородов, которые, впрочем, весьма посредственны, потому что все солидные огородные продукты привозятся на судах из Астрахани и продаются недорого. Некоторые пробуют разводить виноград, чему уже положено начало Правительством. До 600 лоз муската и других сортов французского винограда в 1851 году было выписано из Крыма и посажено близ Петровского. Вообще виноград на всем побережье Дагестана произрастает очень хорошо. У тарковцев, в верстах в 4-х от Петровского, имеются обширные виноградные сады с незапямтных времен; в Дашлагаре недавно тоже разведен сад. Дербент славится славится своим виноградом. Вина дербентские и таркинские при всех технических несовершенствах приготовления и разливки их уже начинают соперничать с соседними кизлярскими винами.

Болот, а вместе с тем и комаров - этого бича Прикаспийского края в Петровском не водится. Нет также ни реки, ни ручейка пресной воды. Для потребления такая вода берется из 11 рытых колодцев. Воды в них всегда бывает много, и она вообще годна для употребления, хотя сначала без привычки и отзывается вкусом серы.

Кроме этого, при Петровском имеются большие канавы для в водопоя скота, а с увеличением средств можно легко провести трубами прекрасную воду с Таркинской горы и сделать Петровское городом фонтанов.

Бывшие в соседстве с Петровском - Низовое и Бурная известны были своею нездоровостью. На Петровское же в этом отношении нельзя жаловаться. Правда, во время летних жаров, когда морем выбрасывается на берега множество бешонки - род сельдей каспийских, перемежающиеся лихорадки, а зимою грудные катары делаются заметно общими у обывателей Петровского; но те и другие не бывают особенно упорны и злокачественны. Да ежели и случится какой-либо недуг, то купание в море, соленые грязи и щелочно-серные воды, находящиеся также в окрестностях Петровского, скоро искореняют и следы его.

Купание в море и соленые грязи близ Петровского, год от года входят более и более в употребление. Ежегодно значительное число офицеров и нижних чинов, страдающих хроническими недугами, назначается в Петровское для пользования купаньем в море и грязями. Целебная сила их доказана опытом, особливо при хронической ломоте (...), при золотухе, завалах брюшных внутренностей, накожных сыпях, при ходьбе и бессилии, и прочее. Что касается щелочно-серного теплого источника, находящегося в 12 верстах от Петровского (речь, по всей вероятности идет о талгинских источниках - ред.), хотя русские, по неимению при водах его надлежащего устройства, еще не пользуются ими, но местным туземным народонаселением они употребляются с незапамятных времен. В 1852 году известный орограф Кавказа г. Абих сделал поездку к этому источнику и произвел химическое исследование воды его. Не известно, были ли опубликованы результаты этого исследования.

После всего этого остается сказать, что народонаселение Петровского, как говорят, "живет припеваючи". Во всем видно довольство, приличное незатейливому простому быту. Дома вообще содержатся в чистоте и опрятности. Все поселение представляет оживленный вид, особенно при тихой погоде, по вечерам, а тем более в праздничные дни. Морская гладь отражает в себе, как в зеркале, веселые сцены. Берег моря и улицы кишат суетящимся народом. Нарядно одетые бабы с барахтающимися около них на песке ребятишками сидят кучами у ворот домов; красные девки заводят хоровод. Толпы зрителей из солдат и татар запружают улицы. Шумные клики беззаботного разгула, звуки хороводных песен и оглушающий скрип ароб, тянущихся по улицам обозов всего лучше характеризуют кипучую жизнь поселения, - жизнь, еще такую молодую, еще не имеющую своего прошедшего и не задумывающуюся о будущем. А свое будущее, как и у всего, есть также и у Петровского. Что это за будущее? Разрастется ли Петровское в цветущий, сильный, гордый своим значением город? Или заглохнет и выродится в безлюдный рыбацкий приют с полуразвалившимися лачужками, с проветривающимися рыболовными снастями и опрокинутыми лодками па берегу пустынного моря...

Костемеровский.
Лагерь на Аркасе.
25-го июля 1856 г.

 


Источник:
газета "Кавказ" № 72-73, 1856 г.

Размещено: 10.02.2006 | Просмотров: 3462 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.