Кумыкский мир

Культура, история, современность

Тарки до XVIII века

Кумыкское селение Тарки (4 км. от г.Махачкалы) имеет большую историю. Это один из древнейших в Дагестане населенных пунктов, первоначальная столица Хазарского каганата, в прошлом второй по значению военно-стратегический и торговый пункт Дагестана (после Дербента), и, наконец, некогда столица крупнейшего в Дагестане феодального княжества - шамхальcтва Тарковского. К сожалению, до сих пор нет даже маленького очерка по истории этого селения. Целью настоящей статьи является частичное заполнение этого пробела.

Рисунок

Археологические раскопки последних лет на территории Тарков и в ближайших окрестностях выявили погребения, относящиеся ко II тысячелетию до н.э. и I-III векам н.э.1) Результаты раскопок заставляют сделать предложение о непрерывном существовании здесь селения, начиная со II тысячелетия до н.э. Древнейшее население его занималось скотоводством, о чем говорят находки костей барана, козы, коровы и лошади. Предположение К.Ф. Смирнова о том, что в начале н.э. здесь жило племя утидорсов или (по толкованию этого автора) смесь удинов с аорсами2), пока остается недоказанным и мы до сих пор не знаем, к какому народу принадлежало древнейшее население Тарков.

Так как имеются основания считать, что известный средневековый город Семендер находился на месте Тарков (об этом ниже), то наиболее ранним письменным известием о Тарках можно признать упоминание "гуннского" города М-с-н-д-р (т.е., очевидно, Семендера) в армянской географии VII в.)3).

Под нынешним своим названием Тарки впервые упоминаются в VIII в. у армянского историка Гевонда, который рассказывает, что при вторжении арабов в Дагестан, предводитель последних Мелим (Муслим), в 716-717 гг. пройдя через Дербент на север, "расположился лагерем при гуннском городе Таргу". Далее Гевонд передает, что "жители той страны (т.е. страны, где находился город Таргу), при виде хищников (так Гевонд называет войско Муслима), устремившихся на них, тотчас дали знать о том царю хазарскому Хагану", который подошел со своим войском к Таргу и заставил Муслима без боя бежать"4).

Заметим, что Тарки по-кумыкски называются Таргъу, т.е. так, как именует его Гевонд. Из слов последнего видно, что Тарки в начале VIII в. входили в состав Хазарии или же находились с ней в союзных отношениях. Показательно, что из дагестанских городов Гевонд упоминает только Дербент и Тарки. Это говорит о том, что Тарки уже в VIII в. являлись крупным центром.

Рассказ о вторжении арабов в северный Дагестан есть не только у Гевонда, но и у других авторов. Однако, они, умалчивая о Тарках, говорят в одних случаях о взятии арабами столицы гуннов, города Варачан (армянский историк Вардан Великий), а в других - хазарского города Семендер (арабский писатель Табари). Следует также учесть, что арабские и еврейские источники X в., перечисляющие наиболее крупные центры Дагестана, знают Семендер и молчат о Тарках. Автор "Дербент-намэ" отождествляет Семендер с Тарка-ми. Расстояние от Дербента до Семендера, которое указывают арабские авторы (4 дня пути), соответствует расстоянию между Дербентом и Тарками.

Не считаясь с этими фактами, большинство современных исследователей несправедливо отказываются признать, что хазарский город Семендер это и есть Тарки. М.И. Артамонов считает, что "Семендер надо искать не на Тереке и не в Тарках, а вблизи Сулака"5). М.С.Саидов утверждает, что "Тарху и Семендер не являются одними и теми же населенными пунктами"6). Недавно изданный капитальный труд по истории СССР обнаруживает отсутствие у его авторов определенного мнения по этому вопросу. Так, в тексте говорится о Семен-дере, что "местоположение его точно не установлено"7), в географическом указателе, которым сопровождается соответствующий том этого труда, сказано, что Семендер находился к югу от нижнего течения реки Сулак8), а на приложенной карте он обозначен на месте Тарков или Махачкалы9).

М.С. Саидов и составители "очерков истории СССР" не аргументируют свое мнение. Что же касается М.И.Артамонова, то его вывод основывается на двух ошибочных положениях. Во-первых, он отождествляет название города Берау или Бергху, встречающееся у Табари, с Тарками. Так как, по Табари, Берау находился южнее Семендера, то, заключает М.И.Артамонов, нет основания отождествлять Семендер и Тарки. Но нет никаких оснований считать Берау и Тарки одним и тем же пунктом. Во-вторых, М.И. Артамонов, неправильно видит в городе Инджи, помянутом в "Дербент-намэ", сходство со второй частью названия Семендер. На основании этого он считает его Семендером, а так как Инджи находился севернее Тарков, то М.И. Артамонов исключает возможность сопоставления Тарков и Семендера10).

С.Т. Еремян обстоятельно доказал, что Семендером назывались Тарки11). Не собираясь пересказывать доказательства С.Т. Еремяна, я со своей стороны лишь кое-что прибавлю к его доказательствам.

Семендер (точнее Самандар) - скорее всего термин персидский и означает он "крайняя (или порубежная) дверь". Персидское слово "дверь" (дар) издавна применялось для обозначения различных дефиле, напр. Дербент, Дариял и пр. Старинный торговый путь по заданному берегу Каспия имеет два узких места, где горы близко подходят к морю. Одно из этих мест находится у Дербента, а другое в районе Тарков и Махачкалы.

Персы, назвавшие ближайшее к ним узкое место прикаспийской дороги - "Железной дверью" (Дербент), району Махачкалы могли дать название "Крайняя дверь". Более того, если исходить из значения термина Семендер, то город им обозначенный не мог находиться нигде, кроме как в районе Махачкалы, так как дальше на север горы отступают от моря и дороги из Закавказья выходит на просторы северо-кавказской степи. В районе Махачкалы известен в прошлом только один крупный исторический центр, именно Тарки.

Не исключено также, что в названии "Таргьу" первая часть ("тар") восходит к персидскому "дар", т.е. "дверь".

Известный востоковед проф. В.Ф. Минорский в письме на имя автора настоящей статьи соглашается с возможностью отождествления Семендера с Тарками, но пытается иначе объяснить их названия. Он пишет: "Самандар никак не может происходить от саман-дар, да еще по-персидски! Я твердо уверен, что это след имени одного из тюркских племен оканчивающегося на дер. См. напр. Байундур (откуда русские берендеи). Гласные С-м-н-д-р не установлены. Возможно, что это и С-м-ндур (сумун по-монгольски стрела и "отряд" - турецкие и монгольские имена путаются). Арабские источники несколько неопределенны, но Худуд аль-Алам прямо говорит, что Самандар на берегу моря. (Был ли у автора особый источник, неизвестно, по-видимому, был). Возможно, что Тарку другое более позднее название C-м-н-д-р'а . Таргьу, таргьу значит "щелк", а может (?) быть и "подношения путешествующим" (хотя обычно таргьу или таргъусу")12).

К сожалению, В.Ф. Минорский не объяснил, почему именно Самандар "никак не может происходить от саман-дар", но его сопоставления города с племенными названиями оканчивающимися на "дур", как предложенные им варианты объяснения имени Тарков безусловно требуют осторожности при решении этого вопроса. Мы придерживаемся мнения, что Семендер означает "крайняя дверь", и что первая часть имени Тарков также означает "дверь". Но это не значит, что такая гипотеза в дальнейшем не может быть заменена более убедительной. Для нас сейчас важна не столько филологическая сторона вопроса, сколько то, что Семендер и Тарки - одно и то же, а против этого нет убедительных доводов.

По словам Мас'уди (X в.) Семендер был первоначальной столицей Хазарии и лишь после захвата этого города арабами (в VIII в.) столица была перенесена в город Итиль на Волге.

Мас'уди говорит, что и в его время Семендер был населен хазарами13). По словам Ибн-Хаукаля (X в.) правитель Семендера, подобно хазарским правителям, исповедовал иудейскую религию и состоял в родстве с каганом. Несмотря на сообщение, Мас'уди о завоевании Семендера арабами, другие источники X в. (Ибн-Хаукаль14), Ал-Мукаддасий15), автор "Худуд ал-алем"16), автор так называемого письма царя Иосифа17) ) единодушно считают его входящим в состав Хазарского государства. Таким образом, утверждение в нем арабов могло быть только временным. За это же говорит и разорение его киевским князем Святославом во время похода на хазар.

Источники рассказывают, что в X в. Семендер представлял собою большой город, богатый садами и виноградниками. Постройки его были сделаны "из дерева", переплетенного камышом; крыши у них остроконечные" (Ал-Мукаддасий). В городе были мечети, христианские храмы и синагоги, так как население состояло из людей разных вероисповеданий. Торговое значение города видно из слов "Худуд ал-алем", что "Семендер - это богатый город, имеющий базары и купцов"18).

В 966 г. Семендер, вместе с Итилем и другими хазарскими центрами, был взят и разрушен дружиной Святослава19) и с этого времени имя его не упоминается в документах до середины XIII в., когда оно снова встречается в сочинении Плано Карпини в форме "Тарки". Этот автор говорит, что Тарки завоеваны монголами20).

Когда в 1395 г. Тимур пошел через Дербент на Золотую орду, то его войско, "дойдя до местности Дарки, стало лагерем". Оттуда Тимур пошел за Терек. После разгрома Золотой орды, на обратном пути в Закавказье, в 1396 г., "придя в Тарки, Тимур отделился от обоза, устроил победоносное войско" и совершил набег в горы Дагестана21).

Источники того времени не упоминают таркинских феодалов. Это, по-видимому, говорит о том, что после монгольского нашествия город потерял свое былое политическое значение и, несмотря на важную роль, которую он продолжал играть, как транзитный пункт на важном торговом пути из Передней Азии в Восточную Европу, он превратился в ту пору в периферийный центр одного из феодальных владений Дагестана. В эту тревожную эпоху местные князья предпочитали иметь свои резиденции в горах, где им легче было отстаивать свою независимость.

Вражда шамхала с кабардинскими князьями и дипломатические шаги, предпринятые последними в Москве, привели в 1560 г. к походу русских войск под командованием И.С.Черемисинова на Тарки. После полудневного боя с войсками шамхала Черемисинов сжег Тарки, а затем отошел к Теркам22).

На борьбу с шамхалом толкали московского царя не только кабардинские князья, но и грузинские цари. В 1589 г. грузинские послы выразили недовольство тем, что русские войска не остались в Тарках. Они доказывали, что падение Тарков неизбежно приведет к падению мощи шамхала. При этом послы называли этот город столицей шамхала ("город шевкальской начальной Тарки")23). Русским послам в Тифлисе в 1590 г. грузинское правительство повторило свое настоятельное требование, чтобы русские войска взяли Тарки и основали бы там укрепление с постоянным русским гарнизоном24). То же самое имело место и во время пребывания грузинского посольства в Москве в 1592-1593 гг.25)

Результатом этого явился поход русских войск во главе с кн. Хворостининым в 1593 г. Тарки были взяты, но шамхал собрав большую. армию, снова овладел Тарками, а Хворостинин с большими потерями отсутпил в г.Терки26).

[...] После настойчивых требований грузинского царя, царь Годунов в 1604 г. приказал занять Эндрей-аул, Таркалу и Тарки и соорудить в них постоянные укрепления. Войска под командованием И.М. Бутурлина в 1605 г. взяли указанные пункты и приступили к строительству укреплений. В то же время на Руси началась польская интервенция, а шамхал, собрав войска, осадил Тарки. После упорного боя Бутурлин согласился выйти из Тарков, получив заверение шамхала, что русскому войску позволено беспрепятственно отойти к г.Терки. Шамхал слова своего не сдержал и почти весь семитысячный отряд Бутурлина был истреблен, как только он покинул Тарки27).

Вследствие ослабления Русского государства во время польской интервенции, в шамхальстве усилилась позиция Персии. В декабре 1613 г. к н. Дм. Пожарский доносил в Москву: "А кумыки де... ныне все под шахом, и шаховы де люди ныне живут в Тарках"28). Слух, появившийся в 1614 г., что шах Аббас хочет взять Тарки и построить там укрепление, обеспокоил жителей шамхальства и они сочли нужным обратиться к царю московскому за заступничеством29). Это сопровождалось улучшением отношений между кумыками и подданными царя московского.

В это время Тарки не были резиденцией шамхала. В Тарках жили братья Андий-шамхала, Гирей и Ильдар. Правителем Тарков считался Гирей, которого русские документы называли князем. Несмотря на покровительство шаха Аббаса, которым пользовались Гирей и Ильдар, оба они придерживались мирной политики по отношению к Руси. Жители Тарков свободно ездили в русские пределы, а русские находили гостеприимный прием в Тарках. Так, сохранились сведения о приезде в 1614-15 гг. из Тарков в русское укрепление Терки кумыка Битуя30), из Терков в Тарки: стрелецкого сотника Степана31), стрельца Микитки Солодова (ездившего покупать хлеб)32) и царского посла в Персию И.Брехова33). В 1615 г. в Тарках останавливался ехавший из Персии русский посол М.Н.Тиханов34).

Шах Аббас настаивал, чтобы царь московский основал укрепление в Тарках. Последнее нужно было шаху для того, чтобы воспрепятствовать подходу турецких и татарских войск к Дербенту. Но московское правительство не склонно было повторять поход на Тарки и отговаривалось тем, что война с Польшей мешает удовлетворить просьбу шаха35).

В 1619 г. в Тарках останавливалось возвращавшееся из Персии русское посольство во главе с кн. М.П. Барятинским. При этом, "не доезжая до Тарков с версту, встретил послов князь Ильдар князь кумыкский., и поехал с послы в Тарки... А велел корм давать тем людям, у которых послы стояли", но Барятинский от дарового корма отказался, так как "почели давать мало, а лепешки просяные, а дурны добре"36).

Русский купец Ф.А. Котов, побывавший в Тарках в 1624 г., так описывает этот город: "А в Тарках посад невелик, а острожек деревянной стояче. И тут седит Илдырхан шурин шахов того зовут крымшахом. А люди живут в Тарках кумычаня, а послушны шаху... А Тарки стоят под горами от моря с версту". Важной статьей дохода таркинских шамхалов являлись, говорит Котов, "великие пошлины", которые они получают с проезжих купцов37). [...]

[...] В 1604 г. в Тарках останавливалось русское посольство с кн. Мышецким, следовавшее в Кахетию. В 1643 г. Тарки подверглись нападению со стороны уцмия Кайтагского и владельца Эндрейского, которые выступили против шамхала Сурхая, постоянно проживавшего в Тарках. Напавшие сожгли дом шамхала, перебили многих жителей и увели с собою значительный полон, в числе которого были и жены шамхала38).

Нужно заметить, что с конца 1630-х гг. Тарки окончательно становятся столицей шамхальства, но это не оградило Тарки от нападения соседей. Через несколько лет после набега кайтагцев и андрейаульских кумыков, Тарки подверглись зимой нападению со стороны терских воевод, в наказание за за антирусскую политику Сурхай-шамхала. Население успело скрыться в горы39).

Несмотря на этот эпизод, русский монах А.Суханов, возвращавшийся из паломничества в Иерусалим, в 1652 г. останавливался в Тарках и, будучи принят в палатах шамхала, вел с ним дискуссию на религиозные темы, между прочим, встретил среди шамхальской челяди, полонянку, родом из Киева40).

Во время Персидского похода Степана Разина Тарки подверглись нападению. Еще в 1667 г. грамота царя Алексея Михайловича предупреждала астраханских воевод, что С. Разин со своими казаками "хотят идти на Тарковского Суркая шевкала"41), а в 1668 г. астраханские воеводы доносили царю, что, по полученным сведениям, "воровские казаки во многих стругах шли от Дербени к Таркам"42). Через месяц после этого царицынские воеводы донесли в Москву, что Разин с казаками, после взятия Дербента, Тарковского Суркай шевкала город же взяли"43). В последнем документе, речь идет, очевидно, о Тарках. Но Тарки, кажется, не очень пострадали от Разина. Во всяком случае, его поход не смог нарушить торговой деятельности таркинских купцов. В том же 1668 г. в Астрахань приезжали легкие корабли "с тарковскими торговыми людьми"44). В 1673 г. армянский купец прибыл в Астрахань на судне, которое он нанял в Тарках, где были наняты им и гребцы45). [...]

[...] Итак:

Возникновение Тарков можно отнести ко II тысячелетию до н.э.; первые упоминания в письменных источниках встречаются в VII-VIII вв. н.э.

Ко времени арабского нашествия (VIII в.) Тарки, называвшиеся также Семендером, являлись столицей Хазарского каганата. После арабского нашествия на Дагестан Тарки остались в составе Хазарии, в качестве крупного пограничного города.

Татарское нашествие подорвало политическую роль Тарков, ставших одним из периферийных центров какого-то дагестанского феодального владения, скорее всего - шамхальства Кази-Кумухского.

В XVI в. шамхалы превратили Тарки в свою вторую (после Кази-Кумуха) резиденцию.

С 40-х гг. XVII в. Тарки окончательно становятся столицей шамхальства. [...]

 

Примечания:

  1. М.И. Исаков. Археологическая раскопка Таркинского могильника. "Труды Первой научной сессии Дагестанской базы Академии Наук СССР". Махачкала, 1948; A.M. Твердохлебов. Об археологических работах в Дагестане в 1947-48 гг. Там же; Е.И.Крупнов. Новый памятник древних культур Дагестана. "Материалы и исследования по археологии СССР", N 23. М.. 1951 К.Ш. Смирнов. Археологические исследования в районе дагестанского селения Тарки в 1948-1949 гг.
  2. К.Ф.Смирнов. Указ. соч., стр. 272; его же. О некоторых итогах исследования могильников местной и сарматской культуры Прикубанья и Дагестана. "Краткие сообщения ИИМК", вып. 37. М., 1951, стр. 160; его же. Археологические исследования в Дагестане в 1948-1950 гг. Там же, вып. 45. 1952, с. 1.
  3. К.Патканов. из нового списка географии, прописываемой Моисею Хоренскому. "Журнал Министерства народного просвещения", 18 март, стр. 118
  4. История халифов Вардапета Гевонда, писателоя VII века. СПб., 1862. С. 28.
  5. М.И.Артамонов. Очерки древнейшей истории хазар. Л. 1936. С. 97.
  6. М. Саидов. Дербент-намэ. "Труды второй научной сессии Дагестанской базы Академии Наук СССР", Махачкала. 1949. С. 105.
  7. Очерки истории СССР, IX-XIII вв. М. 1953. С. 667.
  8. Там же, с. 967.
  9. Там же, карта.
  10. М.И.Артамонов. Указ. Соч., с.96.
  11. С.Т.Еремян. Моисей Каланкатуйский о посольстве албанского князя Вараз Трдата к хазарскому хакану Алп-Илитверу. "Записки Института Востоковедения АН СССР", т. VII, М.-Л, 1939.
  12. Письмо от 18 апреля 1957 г.
  13. Н.А. Караулов. Сведения арабских географов IX и X веков по Р.Хр., о Кавказе и Азербайджане. "Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа", вып. 38, Тифлис, 1908, с. 43.
  14. Там же, стр. 115
  15. Там же, стр. 3.
  16. Худуд ал-алем, рукопись Туманского. Л., 1930, с. 31-32.
  17. П.К. Коковцев. Еврейско-хазарская переписка в X веке. Л., 1932, с. 100.
  18. Н.А. Караулов. Ук.соч.,с.5, 43, 114, 115; Худуд ал-алем, с.32.
  19. Н.А. Караулов. Указ соч., с. 114.
  20. И. де Плано Карпини. История монголов. СПб., 1911, с. 36.
  21. В.Г.Тизенгаузен. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой орды. Т. II, М.-Л., 1941, стр. 119,123,175 и 185.
  22. Полное собрание русских летописей, т. XIII, 2 половина. СПб., 1906, с. 324, 330.
  23. С. Белокуров. Отношения России с Кавказом. 1. М., 1888. С. 58-60.
  24. Там же, стр. 207.
  25. Там же, с. 255.
  26. Там же, стр. 257, 266 и 273; Памятники дипломатических и торговых сношений IV Московской Руси с Персией, т. 1., "Труды Восточного отделения Русского археологического общества", т. XX, СПб., 1890, с. 220, 362; То же, т. П. "Труды Восточного отделения Русского археологического общества", т. XXI, СПб., 1892, с. 48; Полное собрание |летописей, т. XIV. СПб., 1910, с. 46.
  27. Полное собрание русских летописей, т. XIV. СПб., 1910, с. 57 и 58; Памятники дипломатических и торговых сношений Московской Руси с Персией, т. III. "Труды Восточного отделения Русского археологического общества", т. XXII, СПб., 1898, с. 3.
  28. Памятники дипломатических и торговых сношений Московской Руси с Персией, т. II, с. 170.
  29. Там же, с.223, 248, 351 и 353
  30. Там же, с. 353.
  31. Там же.
  32. Там же, т. III с. 54.
  33. Там же, т. II с. 333 и 381.
  34. Там же, с. 304.
  35. Там же, т. III с. 452, 453, 466.
  36. Там же. с. 486-489.
  37. Ф. А. Котов. О ходу в Персидское царство и из Персиды в Турскую землю и в Индию и в Урму, где корабли приходят - "Известия Отделения языка и словесности Имп. Академии наук", 1907, т.XII, кн.1, с.79 и 81.
  38. Посольство кн. Мышецкого и дьяка Ключарева в Кахетию 1640-1643 гг. Тифлис.. 1928, с.107, 108 и 179.
  39. Акты исторические , т. IV, стр. 163-165.
  40. Проскинитарий Арсения Суханова 1649-53 гг. "Православный палестинский сборник", т. VII, вып. 3 (21). СПб., 1889, с. 116-120.
  41. Акты исторические, T.IV, стр. 377.
  42. Там же, с. 384.
  43. Там же, с. 392 и 393.
  44. Там же, с.390.
  45. Армяно-русские отношения в XVII веке. М. 1955. С. 100.


Опубликовано:
"Ученые записки Института истории, языка и литературы ДФ АН СССР", т. 4. 1958

Размещено: 28.08.2005 | Просмотров: 10989 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.