Кумыкский мир

Культура, история, современность

Исследования

Кумыки и Россия: роль аманатства

Институт аманатства уходит своими корнями вглубь веков и в исследуемый нами период был широко распространен во многих странах Востока, в том числе в различных формах и у народов Кавказа. Сам термин «аманат» арабского происхождения и обозначает заложника или залог, выдаваемый побежденной стороной с целью заключения мира со своим противником. В Дагестане аманаты использовались при заключении договоров о союзе между феодалами, между феодалами и союзами сельских общин, во взаимоотношениях с соседними владетелями, в частности, кабардинскими, причем формы аманатства бывали различными: 1) в виде выдачи в залог ценного имущества (оружия, определенного количества скота, пастбищного участка); 2) в виде выдачи в залог детей из знатных фамилий; 3) совмещенная форма, когда в залог выдавались и люди, и ценное имущество. 

Важную роль в процессе политической ориентации кумыкских феодальных владетелей к России сыграла так называемая система аманатов, которая была в руках кавказской администрации надежным средством политического воздействия и подчинения местных правителей той внешней политике, которая проводилась вплоть до покорения Кавказа. Это было надежное средство для того, чтобы регулировать политические неурядицы и добиться верноподданнической присяги царю со стороны кумыкских князей.  Уже в 1718 г. могущественный кумыкский феодальный владетель шамхал Адиль-Гирей Тарковский вступает в подданство России. Он, «…для лутчего уверения…», посылает своего сына Хасбулата в Терки как аманата.  Кумыкские феодальные владетели внимательно следили за тем, чтобы их аманаты не были ущемлены в правах в сравнении с детьми других знатных лиц. Аманаты содержались за счет российской казны.  С основанием в 1735 г. Кизлярской крепости сюда были переведены и все аманаты. Здесь был построен особый двор, где проживала родня северо-кавказских  владетелей. В документах кизлярского комендантского архива содержатся важные сведения, содержащие просьбы кумыкских владетелей дать аманатов, заменить их другими и т.д.

Так, в Рапорте от 18 июня 1739 г.  Кизлярской комендантской канцелярии в астраханскую губернскую канцелярии о смене аманатчика, содержащегося в Кизляре, сказано: «Минувшего мая 28 дня в указе Е. И. В. из  астраханской губернской канцелярии писанном  того ж  мая от 21 дня под № 533… ко мне в Кизлярскую крепость предложено велено в приеме в аманаты на место содержащихся в Астрахани в аманатах Андреевского владельца Айдемирова сына Бамата, а костековского владельца Алиша Хамзина племянника его принять от дяди его Баматова Темира Хамзина сына его родного со свидетельством и поступать, как  прописанной в помянутом Е. И. В. указе присланной из высокого кабинета Е. И. В. указ гласит во всем осторожно с осмотрением, и о том в астраханскую губернскую канцелярию рапортовать и по силе оного Е. И. В. указу на место вышеписанного содержащегося в Астрахани в аманатах Айдемирова сына Бамата от дяди его Темира Хамзина сего июня 17 числа прислан сын его родной хан Темиров…, которого привез в Кизлярскую крепость дядя его родной костековский владелец Алиш Хамзин, …токмо содержащиеся в Кизлярской крепости в аманатах того Андреевской деревни аманатчика его знают, что подлинно оной хан реченного Темира Хамзина сына родного, а другие аманатчики и по старанию его ни кто не знают, и оной хан Темиров в Кизлярскую крепость в аманаты принят и написан с прочими аманатами в именной список и денежное кормовое жалованье и за определенное вино деньгами сего по девяти рублей по одиннадцати копеек на месяц с прочими аманатчиками производить ему хану сего июня с 18 дня 1739 года буду».  Документ свидетельствует, что кизлярские коменданты не могли самостоятельно решить вопрос о замене без предварительного на то правительственного указа. При этом они должны были следить, чтобы замена являлась равноценной, «ибо случалось, что когда по докукам хозяев тех аманатов дано было согласие на перемену, то они нарядя в хорошее платье крестьянского или пленного мальчика, и назвав сыном, онаго на обмен настоящего отдавали, и потом от верности и послушания отставали. Но когда кого и по указу переменить повелено будет, тогда о новом аманате всячески стараться разведать, чтоб новый не хуже был первого». 

Также в письме от 26 апреля  1748 г. содержится просьба  аксаевских владетелей Каплан-Гирея Ахмадханова и Султанбека Магомед Уцмия ген.-л. А. П.  Девицу    о перемене своих аманатов: «Содержащегося  у вас в аманатах сын мой, которого просим отпустить, а на место его желает, мы отдать Уцмиева сына, и как тот содержится у вас, так и его Уцмия дети нам оба равные, и никакой разноты нет, а о том же деле, чтоб сына нашего переменить писано было от нас к Кизлярскому коменданту, на, что и в ответ получили письмом, что от  него писано [было] к астраханскому губернатору, а что оттуда будет получено нас обещал уведомить, а ныне сим письмом вашему высокопревосходительству объявляем, что в бытность здесь ген.-аншефа В. Я. Левашова, которой при отъезде своем нам словесно объявил, что наших содержащихся в аманатах детей велено по силе Е. И. В. указу содержать с переменою, почему мы вашего высокопревосходительства покорно просим оного нашего сына из аманатов отдать, а на место его брата моего Мугамед сына взять, а о перемене ваше высокопревосходительство в журнале у себя имеете указ и для нашей просьбы оного нашего сына переменить, …а как меньший сын, так и большой оба нам равные…». 

В письме  же от 26  мая 1753 г. эндиреевский владелец Темир Хамзин  просит кизлярского  коменданта И. Л. фон Фрауендорфа,  заменить находящегося в аманатах его старшего сына на младшего: «… после отцов и дедов своих обыкновение такое есть, хотя от брата или от меня сына меньшего в аманаты брали, а большого из аманатов отпускали. А ныне я своего сына меньшего даю на смену большого сына, и как ваше высокородия мне отец находится и прошу, чтоб сына моего, как указы Е. И. В. повелевают из аманатов переменить, и ежели по указам изволите переменить, то прошу меня уведомить, и по уведомлению на смену меньшего пришлю, и в том прошу постараться…». С аналогичной просьбой обратились  костековский и эндиреевский владельцы Алиш Хамзин, Темир Хамзин и Бамат Айдемиров кизлярскому  коменданту И. Л. фон Фрауендорфу 18  июня  1753 г.: «Брата нашего Темира Хамзина сына  его большого из аманатов просим у Е. И. В. меньшим  сыном переменить итого  предписанного меньшего сына просим, чтоб приказать нам прислать тому на смену».   

Из каких именно бекских фамилий давать аманат, решали сами владетели. Так, 19  ноября 1756  г. костековский воевода князь Алиш Хамзин обращается кизлярскому  коменданту И. Л. фон Фрауендорфу с просьбой принять аманатов от Чупан бековой стороны: «При сем вашему превосходительству объявляем, что  майор Татаров для  требования аманатов к нам  прибыл, с которым мне советовать приказано с кого надлежит аманатов взять, и я  по вашему приказанию с ним майором Татаровым совет имел и понеже у нас есть обычай, чтоб аманат давать от  трех дворов, то есть трех фамилий первой от Хамзы, второй Чупан  Шамхалова,  третей Чупан бека, ныне от нашей фамилии в аманатах есть Темиров сын, а  Чупан шамхал со всем разорен дом его, и после его остался один сын и тот возврастом  только семи лет, и по нашему мнению, что состоим мы в милости Е. И. В. не рассудилось нам по  разорению от шамхаловой стороны аманатов взять, а рассудили мы взять аманат от Чупан бековой стороны, о чем и им объявили, чтоб они дали аманат, но токмо от стороны их Хаджи Муртазали бек того аманата отдать не хочет, а более в том предается на вашу волю».

Сведения о порядке выбора владельцами  аманатчиков от своего владения содержатся в рапорте ротмистра Терского войска Батырмурзы Шеидякова и мурзы Алиша Килякаева кизлярскому коменданту  И. С. Вешнякову от 1786 г.: «Вашему высокородию доносим, …что  дожидались аксаевских владельцев, которые в Андреевскую деревню  приезжали и отданные нами письма распечатав  ж читали, …и ездили опять в аксаевскую деревню, где  между собою два дня советовали, и с узденями в том чтоб дать аманат, Бамат и Каспулат Арсланбековых просили аксаевские владельцы, дабы они потому, что имеют детей дали аманат, но они на то были не согласны, однако ж как аксаевские владельцы приехали в другой раз в дом Андреевского владельца Темира Хамзина, то  присоветовали отдать аманат, но Казбулат обязался отдать своего сына, а из андреевских владельцев Аджи-Муртазали Чепанов, Алисултан с узденями приехавши в дом  Темира учинили через Коран присягу, что и Арслан-Гирей исполнил, в том, чтоб не быть  к российской стороне противниками и условились, дабы Темиру быть послушны, мы просили от узденей аманатов, но они на то не согласились, что виде, как у них шло дело другое, то  и оставлено до времени, потом просили нас владельцы, что б мы  ехали в Кизляр обождали, и писали б  о том к вам, позволители вы нам еще здесь пробыть дня два, для того, что  они между тем изготовят аманатчикам платья и их хотят отослать вместе с нами…».

В 1789 г. были взяты в качестве аманатов родственники многих владетелей и узденей, лучшие из которых были препровождены к графу Г. А. Потемкину и оставались при нем в качестве кавказских депутатов вплоть до его кончины.  Так, в рапорте ген.-майора Савельева от 10 августа 1790 г.  кизлярскому коменданту Д. Грызлову о смене аманата в Кизляре сказано: «По поводу требования  господина ген.-майора и кавалера Горича, благоволите ваше  высокоблагородие содержащегося в Кизляре аманатом аксайского владения Казбулата сына  Мурзу приказать ему  Казбулату отдать поелику  на смену оного  доставлен  к нему господину ген.-майору и кавалеру  другой владелец Муртазали, которой следует с ним  к его  светлости высокоповелительному господину ген.-фельдмаршалу главнокомандующему армиями на юге великому гетману и многих орденов кавалеру князю Григорию Александровичу Потемкину Таврическому». Значительная часть этих аманатов участвовала в военных действиях против турок и шведов, возвратясь на Родину в 1792 г. «с чинами и жалованием по оным». Среди них значились и кумыки: эндиреевский владетель Чопалав, дослужившийся до подполковника и участвовавший в русско-шведской войне. Его сын Гирей-хан имел чин секунд-майора. В такой же чин были определены аксаевские аманаты Муртазали Ахматханов и Биярслан Эльдарханов, а также сын костековского владетеля Устархан Хамзаев и ряд других представителей кумыкской аристократии.   

Необходимо отметить, что царская администрация внимательно следила за условиями содержания аманатов в Кизляре, придавала важное значение их воспитанию в духе политической благонадежности и российского подданства. Кизлярским комендантам предписывалось быть обходительными с аманатами. Так, в правительственном указе от 20 мая 1763 г. кизлярскому коменданту, полковнику И. Ф. де-Боксбергу, содержится наставление об обращении с содержащимися в Кизляре аманатами: «…в Кизляре… содержащиеся аманаты в первом  месте от кабардинских и кумыкских владельцев, а в другом от  Нурали хана киргиз кайсацкого и тамошних старшин берутся по введенному уже обыкновению для обязательства их  к верности и воздержания от продерзостей, со всем тем по состоянию сих варварских народов не обходиться, однако же, без того, чтоб и, притом не происходило от них при здешних местах воровства пленения людей, и  самого убийства, и потому рассуждается, не можно ли будет, пользуясь бытностью таких аманатов в здешних городах стараться отводить их от варварских нравов и вселять в них людкость и лучшее обхождение, доводя их до того, чтоб они часто обращались с россиянами и преклоняя их только весьма искусным образом, чтоб они российского языка, да и грамоте обучались, внушая им  язык и грамота русская потребна и великую подаст потребность способность со всеми русскими  людьми самим без переводчиков говорить, и куда потребно писать, и от них читать письма, когда несколько человек из находящихся в здешних местах из сих варварских народов аманатов через, то поправить были б со временем и другие из них народов, лучшее обхождение от них перенимать стали б, только надобно с крайнею осторожностью и искусством доводить их до того, чтоб они  здешнего языка и грамоте обучались по собственной  их охоте, дабы инако отцы их и родственники, как  магометане напрасно встревожены не были, будто оные их аманаты наставляются в христианском законе для приведения их  и действительно потом в оной,… и для внушения сего в них надлежит оных аманатов почасту употреблять вам в праздничные и викториальные дни …столу, и когда случиться бал, то  приучивать их к обыкновенным российским забавам, что таким молодым людям может и по пригодиться, то ж чинить приказать и другим штаб офицерам и тамошним природным русским дворянам, и притом об обучении русской грамоте между другими разговоры внушать искусным  образом и показанную полезность им толковать от себя…». По замыслу царского правительства аманаты, получив подобное воспитание, станут впоследствии надежной опорой российского влияния на Северном Кавказе. 

Документы Кизлярского комендантского архива свидетельствуют, что аманаты получали ежемесячное жалованье. В сообщении  кизлярского коменданта И. И. Штендера от 13  марта 1775 г. в Государственную коллегию иностранных дел об установлении содержания аманату от Буйнакского владения сказано: «Господин ген.-поручик и кавалер И. Ф.  Де Медем  по выступлении с войсками в поход против кайтагского уцмия Амир Хамзы из костековской деревни прислал сюда от буйнакского владельца Бамата в аманаты сына Шабаз-Гирея с двумя при нем узденями и двумя служителями предписал содержать его в форпосте  в доме тезика Аджи Мирзы Кирякозова производить кормовые деньги на день аманатчику по рублю, узденем по 20 коп., а служителям по 10 коп., которой в исполнении его предписание и содержится в доме того тезика и кормовые деньги ему с узденями и служителями по назначенному им господином генерал-поручиком числу производится  начеты из здешних доходов о чем государственной коллегии иностранных дел покорнейше доношу». В рапорте ген.-майора И. Савельева от  27 марта 1790 г. кизлярскому коменданту Д. А. Грызлову содержатся сведения о выделении  кормовых денег  на  содержание  аманатов в Кизляре: «Присланные ко мне  ордере  его сиятельства  командующего кавказским корпусом господина ген.- поручика …графа Антона Богдановича Дебалмена от 20 числа  июля  следующие  содержащимся  в Кизляре  двенадцати аманатчикам  с начала нынешнего года по первое число августа кормовые деньги  четыреста восемьдесят семь рублей шестьдесят копеек да издержанные наряженные казенные расходы двести восемьдесят рублей восемь копеек,  всего  семьсот пять рублей шестьдесят восемь копеек  препровождая при сем  ваше высокородие о получении оных донести  к его сиятельству и меня  уведомить».  Аналогичные сведения есть и в ордере от 23 ноября 1790 г. ген.-майора И. Д. Савельева кизлярскому коменданту Д. А. Грызлову об ассигновании денежных средств на содержание в Кизляре аманатов: «Доставленные ко мне правлениях от его сиятельства  покойного  ген.-поручика графа Антона  Богдановича де Балмена, и от его превосходительства  господина  ген.-майора Сергея  Алексеевича Булгакова вместо употребления на содержание состоящих  в Кизляре горским аманатчикам  казначейской суммы,  на август шестьдесят  восемь  рублей двадцать копеек, на сентябрь пятьдесят пять рублей пятьдесят копеек, на октябрь пятьдесят семь рублей  тридцать пять копеек всего сто восемьдесят один рубль пять копеек при сем препровождаю о получении ко мне предлагаю вашего высокоблагородию меня уведомить».

Таким образом, подводя итог вышеизложенного материала, мы приходим к заключению, в XVIII в. аманатство было весьма распространенным явлением в политической жизни Кумыкии. Аманатство, по сути, превратилось  в систему, ставшую надежным гарантом верности кумыкских владетелей российскому престолу.

 

Магомед-Паша Абдусаламов,

кандидат исторических наук

Размещено: 11.11.2014 | Просмотров: 2061 | Комментарии: 0

Комментарии на facebook

 

Комментарии

Пока комментариев нет.

Для комментирования на сайте следует авторизоваться.